Алкогольные психозы клиника

Алкогольные психозы клиника

В начальной стадии алкоголизма психозы практически не бывают. Очень редко возможно патологическое опьянение. В хронической стадии чаще всего встречаются острые, редко подострые психозы. В поздней стадии возможны любые формы психозов, но наиболее часто бывают подострые и хронические.

Различают следующие психические расстройства при алкоголизме: алкогольный делирий, галлюцинозы, бредовые алкогольные психозы, структурно сложные (смешанные) острые алкогольные психозы, алкогольные энцефалопатии, алкогольные депрессии, дипсомании.

Алкогольные психозы – различные по клиническим проявлениям и течению нарушения психической деятельности, возникающие во II и III стадиях алкоголизма. Алкогольный психоз развивается не в связи с непосредственным действием алкоголя, а под влиянием продуктов его распада и продуктов нарушенного обмена. В частности, наиболее распространенные психозы – делирии и галлюцинозы – возникают, как правило, не в период запоев, т.е. на высоте алкогольной интоксикации, а во время абстиненции, когда содержание алкоголя в крови резко снижается. У лиц, не страдающих алкоголизмом, алкогольные психозы не появляются даже при исключительно больших дозах спиртного (опоях). Часто возникновению психозов предшествуют дополнительные вредности – травмы, острые инфекционные заболевания, психические стрессы, способствующие развитию психотической реакции со стороны измененной центральной нервной системы больных алкоголизмом.

Делирий, галлюцинозы, бредовые алкогольные психозы и энцефалопатии бывают острые, подострые и хронические. Кроме того, имеются еще различные их формы. Например, встречается 14 вариантов делирия, 15 вариантов галлюциноза и т.д. Почти в 45% случаев отмечаются острые алкогольные психозы и в 27% — подострые и хронические. При повторении приступов чаще всего наблюдаются однотипные клинические проявления в виде клише, при непрерывном течении психоза происходит усложнение психопатологической симптоматики.

Алкогольные психозы – психозы, возникновение и развитие которых связаны с алкоголизмом, а клиническая картина выражается в экзогенном типе реакций, с грубыми нарушениями отражения действительности и психоорганическими расстройствами.

Алкогольный психоз возникает в 13% случаев у лиц, злоупотребляющих алкоголем в течении 5-7 лет.

Белая горячка является наиболее частым острым алкогольным психозом, возникающим у хронических алкоголиков в результате длительного злоупотребления спиртными напитками. Частота развития делирия увеличивается с возрастом, что связано как с соматическим состоянием больных, так и с длительностью заболевания. С наибольшим постоянством делирий возникает на 7-10 году алкоголизма. Значительно чаще по сравнению с женским алкоголизмом эта форма психоза наблюдается у мужчин.

В этиологии этого заболевания, кроме самого алкоголя, по-видимому, большое значение приобретают те болезненные нарушения в организме человека в целом и в первую очередь в печени, которые являются следствием длительной алкогольной интоксикации. Развитию белой горячки могут способствовать различные дополнительные вредности, такие, как травма, инфекции и психические потрясения.

Алкогольный делирий представляет собой галлюцинаторное помрачение сознания. Для этой формы психоза характерны:

· преобладание истинных зрительных галлюцинаций, иллюзий и парейдолий;

· резко выраженное двигательное возбуждение в сочетании с напряженным аффектом страха и образным бредом;

· дезориентировка во времени, месте наряду с сохранностью самосознания.

Продолжительность алкогольного делирия в основном составляет от 2 до 8 дней.

Чаще всего алкогольный делирий (белая горячка) — начинается на фоне вынужденного воздержа­ния, похмельного синдрома. Нередко правоцируют начало заболевания такие факторы, как ослабление организма — пневмония, грипп, гепатит, истощение, воздействие психотравмирующих или вредных физических факторов. Они утяжеляют картину психоза, а нередко могут привести к летальному исходу.

В зависимости от влияния различных факторов клиническая картина алкогольного делирия может быть разно­образной, но основными симптомами являются нарушения сна, дезориентировка во времени, месте, иллюзии, галлю­цинации, бред, возбуждение, соматоневрологические нару­шения. Прежде всего нарушается сон. Он становится по­верхностным с устрашающими сновидениями, от которых больные просыпаются в страхе, ужасе. Нередко перед засыпанием возможны гипногагические галлюцинации (в состоянии между сном и бодрствованием). При закрытых глазах появляются устрашающие картины: при откры­тых — вначале могут быть иллюзии, например в темном углу комнаты видится фигура человека, в посторонних звуках слышатся оклики или отдельные голоса. Затем иллюзии могут становиться множественными, больным видятся на стенах, потолке целые картины, чаще всего фантастического содержания.

К иллюзиям присоединяются галлюцинации, как правило, зрительные. Больным видятся мелкие животные — жуки, пауки, мухи, которые ползают по стенам, потолку, кровати, наползают на больного, он отмахивается от них, прогоняет, пытается бороться. В дальнейшем галлюцинации становятся разнообразнее.

Описывают своеобразные тактильные галлюцинации — «ротоглоточные галлюцинации инородного тела». Они выявляются в виде обманов восприятия в области рта, глотки, зева, когда в этих местах имеются мацерации сли­зистых. Больные тянут нити, жалуются, что у них во рту имеются иголки, вата, поролон, загнутые причудливые предметы, даже животные или отдельные части их, напри- 1 мер лапки, усики, хвостики.

Возможны галлюцинации эротического характера, к которым присоединяются единичные слуховые обманы. Голоса комментируют зрительные галлюцинации, называют больных импотентами, имитируют сексуальные сцены — звуки поцелуев, любовные диалоги, чаще с посторонними мужчинами. На основе этих галлюцинаций формируется бред ревности. Он отличается от систематизированного бреда образностью, конкретностью содержания, полной зависимостью от галлюцинаторных переживаний. Нередко бредовые идеи носят характер отношения, преследования, воздействия. Больным кажется, что их преследуют, хотят убить. После выхода из болезненного состояния может остаться резидуальный бред на фоне стойкой астении. Память бывает нарушена на реальные события и сохраняется на пережитые обманы восприятия.

Доказано, что в клинической картине белой горячки примерно в одинаковом количестве случаев встречаются делириозньй и онеироидный варианты. Онейроидный синд­ром проходит 3 этапа развития — инициальный период с гипногагическими переживаниями, когда при закрытых глазах происходит нарушение ориентировки в месте и вре­мени. На 1—2-й день наступает этап ориентированного онейроида, заключающегося в нескольких сценоподобных картинах, связанных между собой одной канвой содержа­ния. На 2-3-й день наступает истинный онейроид с отре­шенностью от действительности, полным нарушением самосознания. Фантастичность переживаний доходит до того, что у них возникает чувство проваливания в толщу земли, вознесения к небесам.

Начальный период делирия может продолжаться нес­колько дней с обострением к ночи и просветлением соз­нания днем. Окончание психоза чаще всего происходит критически после сна. Средняя продолжительность психо­за — 3—5 дней. Но болезнь может затянуться и до 2 нед. После тяжелых форм заболевания и выхода из болезнен­ного состояния еще несколько недель, месяцев может держаться выраженное астеническое состояние — с пси­хической слабостью, раздражительностью, "головными бо­лями, порой с отдельными нарушениями восприятия.

Свои переживания больные помнят и хорошо могут рассказать о них после выхода из состояния психоза. У одних и тех же лиц алкогольный делирий может повториться, иног­да он приобретает затяжное течение с периодическими обострениями или трансформируется в хронический галлюциноз, корсаковский психоз. Некоторые исследователи в течение алкогольного делирия различают несколько этапов по мере изменения или усложнения клинической картины: абортивные формы психоза, когда клиническая картина заболевания, не развернувшись, затухает, и тяжелые формы. При тяжелых формах отмечаются резкая общая ослабленность, цианоз губ, верхних частей тела. Артери­альное давление резко снижается до 90/60 мм рт. ст., температура тела достигает 39° С.

Больные, как правило, находятся в постели, но при резких движениях могут переваливаться через край кровати, упасть на пол. Производят движения, характер­ные для их профессии, выкрикивают отдельные слова, от­носящиеся к профессиональной деятельности. Речь постепенно становится невнятной, бормочущей. Привлечь внимание больных, вступить с ними в контакт не пред­ставляется возможным. Летальность от алкогольного дели­рия, особенно его тяжелых форм, достигает 5—12%.

Алкогольный галлюциноз составляет 5-11% общего числа алкогольных психозов, занимая второе место по распространенности после делирия. Алкогольные галлюцинозы значительно чаще встречаются у больных алкоголизмом женщин. Подобно белой горячке, алкогольный галлюциноз является заболеванием, возникающим у хроническим алкоголиков в результате длительных многолетних злоупотреблений спиртными напитками.

Основным признаком алкогольного галюциноза, отличающим его от белой горячки, является то, что он протекает на фоне ясного сознания и сохранной ориентировки. В клинической картине отмечается явное преобладание слуховых галлюцинаций, в то время как при белой горячке на первом месте стоят нарушения зрительных восприятий в форме иллюзорных и галлюцинаторных переживаний. В отличие от алкогольного делирия при галлюцинозе сознание не помрачено – больные правильно ориентированы в месте и времени, доступны контакту, сохраняют воспоминания о своих переживаниях и поведении в психотическом состоянии.

Алкогольный галлюциноз бывает острый (описано 8 вариантов), подострый (4 варианта), хрони­ческий (3 варианта).

Острый алкогольный галлюциноз начинается на фоне похмельного синдрома и становится как бы продолжением его, приобретая, однако, насыщенность психопатологи­ческой продукцией, т. е. превращаясь в новое качествен­ное состояние. Изредка галлюциноз может формироваться и во время алкогольного делирия.

Основным симптомом являются слуховые галлюцина­ции. Вначале это оклики, отдельные звуки, затем голоса, идущие со стороны. Их может быть множество и единицы.

Голоса бывают мужские, женские, детские, различного тембра, звучания — громкие, глухие. Они могут комментировать действия больного, критиковать, осуждать, хвалить Порой один голос ругает больного, называя его «пьяни­цей», «тунеядцем», «прощелыгой» и другими нелестными словами, другой же голос смягчает эту критику, говоря: «ничего, братец, ты не один», «ты выздоровеешь и станешь хорошим» и т. п. Зрительных галлюцинаций немного; так­тильные, обонятельные встречаются редко. Из слуховых галлюцинаций быстро формируется бред преследования, отношения. Больному начинает казаться, что вокруг него собирается шайка, его хотят убить, четвертовать, издеваются над ним.

Эмоциональный фон понижен, больные мрачны, угрю­мы, их обуревают опасение, страх. Бреду, галлюцинациям, эмоциональной настроенности соответствует поведение-больного. Они прячутся, вооружаются различными пред­метами самозащиты. Описаны случаи, когда больные первыми совершают нападения, опасаясь агрессии окру­жающих. Острый алкогольный галлюциноз, как правило, протекает в течение 2—3 дней до нескольких недель, хотя возможно и абортивное течение психоза.

Обращает на себя внимание кратковременный харак­тер острых алкогольных галлюцинозов, в течение несколь­ких дней. Характерны эротическое содержание галлюцина­ций, разговоры о выдающихся способностях, талантах больных. Встречаются психические автоматизмы с элемен­тами воздействия — лучами, мощными волнами и др.

Подострый алкогольный галлюциноз — это психоз, длящийся несколько месяцев или текущий с обострениями. В этих случаях аффект становится тусклым, маловы­разительным, в нем преобладает не страх, а тревога и опасение. Больные становятся малоподвижными, много времени провопят в постели, прислушиваясь к голосам. Бред преследования теряет свою актуальность, вместо него преобладают бредовые идеи отношения, самообвине­ния. Такие больные требуют строгого надзора и наблюде­ния, так как возможны суицидальные поступки.

Хронический алкогольный галлюциноз чаще начинает­ся после перенесенных острых психических расстройств. На начальных этапах могут быть слуховые галлюцинации, бредовые идеи преследования, отношения. Вскоре остают­ся лишь слуховые галлюцинации, которые беспокоят больных целый день, иной раз и ночью они продолжают слышать голоса — громкие, тихие, мужские, женские. Одни голоса комментируют мысли, действия больного, изде­ваются, другие хвалят, защищают его. Нередко вступают в спор между собой. Со временем больные привыкают к этим голосам, они становятся привычными раздражи­телями. В этих случаях больные лишь иногда отвечают на голоса, а в остальное время могут даже исполнять ка­кую-то работу. Настроение постоянно остается мрачным, угрюмым, сниженным. Критика к своему состоянию то появляется, то исчезает.

Лечение хронического алкогольного галлюциноза, особенно при многолетнем течении, не приводит к желаемым результатам. Однако настойчиво проводимая терапия при условии полного воздержания от вина может освободить некоторых больных от галлюцинаторных переживаний.

Алкогольный параноид есть остро или хронически протекающий психоз с систематизированным бредом, в клинической картине которого выступают идеи преследования, ревности, отравления и т.д. Здесь все же не отмечается такое многообразие бредовых переживаний, которое встречается при шизофрении, и на первый план выступают картины преследования или, еще чаще, ревности. В клинической картине состояния хронических алкоголиков, высказывающих бредовые идеи ревности, всегда наличествует общая бредовая оценка окружающей действительности и бредовое отношение к большинству людей, с которыми им приходится сталкиваться. Эта бредовая оценка принимает самые различные клинические формы: здесь и бредовые идеи преследования, и отношения, и отравления, и значимости, а иногда даже и величия. Характерно, что алкогольный параноид возникает скорее как первичный бред, не зависящий от галлюцинаций, и структура его возникновения и развития протекает чаще по паранояльному типу, с известной зависимостью от внешних, психогенных мотивов. Однако встречаются картины и определенно параноидной структуры, когда многое зависит от галлюцинаторных переживаний, в дальнейшем способствующих формированию бредовых идей и придающих им ту или иную конкретную форму и наполняющих их определенным содержанием.

В тех случаях, когда переживания хронического алкоголика ограничены одними идеями ревности, налицо лишь определенные характерологические особенности, заостренные специфическим в этом отношении влиянием длительной алкогольной интоксикации. У алкоголиков с психопатическими состояниями чертами характера при определенной реальной ситуации возможно появление сверхценных идей ревности и паранояльного развития с преобладанием переживаний, связанных с идеями ревности.

Коренным образом дело меняется, когда идеи ревности начинают приобретать бредовый характер, т.е. начинается формирование алкогольного параноида как заболевания. Речь идет о формировании алкогольного параноида, а не об алкогольном бреде ревности потому, что в этом случае переход идей ревности в бредовую форму происходит не в виде количественного усиления и нарастания интенсивности болезненных переживаний, а как их качественное изменение. Теперь уже круг болезненных переживаний не замкнут одной идеей ревности. Если она и играет ведущую роль, то все равно сопровождается еще рядом бредовых переживаний: идей преследования, отношения, отравления и т.д., т.е. дает оформленную картину параноидного синдрома в целом.

Алкогольный параноид имеет несколько вари­антов течения. Из них 4 относятся к острым алкогольным бредовым психозам, а 2 — к затяжным, хроническим. Во всех случаях психоз формируется не сразу. При тщатель­ном обследовании и сборе анализа оказывается, что он как бы проходит несколько ступеней. В начальном периоде преобладает неврозоподобная симптоматика, в структуре которой главное место отводится астении. Наблюдаются преимущественно сосудистые и вегетативно-вестибулярные расстройства: колеблется артериальное давление, темпера­тура тела, очень часто нарушается сон, больные с трудом засыпают, быстро пробуждаются, их мучают кошмарные сновидения. Отмечаются головокружение, непереноси­мость жары, бывают пароксизмальные явления. Всегда выражена психическая и физическая истощаемость, ко­торую больные стараются не замечать, бравируют.

Далее на фоне сохраняющейся неврозоподобной симптоматики выявляются расстройства эмоционально-волевой и интеллектуальной сфер. Одни больные плохо управляют своими эмоциями, становятся несдержанными, взрывчатыми, гневливыми, другие отличаются медлитель­ностью, общей заторможенностью. Появляются симптомы астенодепрессивного, ипохондрического состояния, навяз­чивые мысли. Нарушается чувство дистанции, снижает­ся контроль за морально-этическим поведением, критика к своему состоянию. Нарастают эгоцентризм, переоценка собственной личности, при этом у многих отмечаются тревожность, настороженность, подозрительность.

Психотическая симптоматика нередко формируется остро в зависимости от внешних вредных воздействий. Неврозоподобная симптоматика отступает на задний план, главным становится состояние, характеризующееся стра­хом, беспокойством, элементарными гипногагическими галлюцинациями. Затем появляются ошибки в интерпре­тации окружающего, снижение уровня интеллектуальной деятельности. Далее формируются бредовые идеи. Могут

быть и другие варианты начального этапа алкогольного параноида по типу постепенного формирования стойкого, детально разработанного паранояльного бреда отношения, преследования, ревности. Началу формирования параноида может сопутствовать аффект напряжения, беспокойства с колебаниями температуры тела, вегетативными кризами, головными болями.

Острый алкогольный параноид развивается, как прави­ло, в хронической стадии заболевания, спустя 5—8 лет от начала систематического злоупотребления алкоголем. Различают острейший алкогольный параноид, возникаю­щий на фоне похмелья с неразвернутой картиной бредово­го содержания, и кратковременный. Другой вариант ха­рактеризуется развернутым параноидным содержанием и явлениями психического автоматизма.

2.4. БРЕДОВЫЙ АЛКОГОЛЬНЫЙ ПСИХОЗ

Бредовый алкогольный психоз возника­ет на фоне массивной интоксикации, как правило, в слож­ных ситуациях (в дороге, при переутомлении, в незнако­мой местности, при наличии в анамнезе черепно-мозговой травмы). Ведущим признаком является не галлюцинация, а бред. Чаще всего он носит характер преследования. Больному кажется, что люди о нем говорят, подают друг другу знаки, сговариваются его убить или придумывают какую-нибудь изощренную пытку, хотят погубить не толь­ко его, но и детей, всю семью. Спасаясь от мнимых преследователей, больной сам может стать преследователем и первым совершить нападение из страха перед ожидаемым несчастьем. Некоторые больные совершают самоубийства. У большинства настроение подавленное, они испытывают чувство страха. Тревога, состояние беспокойства постоянно проявляются в их поведении. Они подозритель­ны, вследствие чего нередко отказываются от лекарств, еды, опасаясь отравления. Больные целиком находятся во власти своих переживаний, поэтому окружающую действительность они практически не воспринимают.

Хронический алкогольный параноид характеризуется затяжным течением, возникает спустя 10—15 дней после начала болезни, в хронической или поздней стадиях заболевания. Чаще всего психоз начинается на фоне тяже­лого или затянувшегося похмельного синдрома, после острого эпизода делирия или галлюциноза. Одни из них имеют рецидивирующий характер, другие принимают затяжной характер, третьи — медленнопрогредиентный с постепенным наращиванием симптоматики. При этом большее значение имеют не только алкоголизация, но и особенности личности больного, влияние эндогенных и экзогенных факторов. Эти психозы формируются у лиц в более позднем возрасте — 45—55 лет. Чаще всего в медленнопрогредиентных вариантах вначале как бы утяжеля­ется психопатоподобное поведение больных с последую­щим формированием сверхценных идей, а затем паранояльных, систематизированных идей отравления, ревности и др.

Алкогольный бред ревности встречается в 10% случа­ев по отношениям ко всем случаям алкогольного психоза. Его относят к одному из синдромов алкогольного паранои­да, часто сочетающегося с другими переживаниями боль­ного. Обычно бредовые подозрения нелепы, упреки в супружеской неверности недоказательны, наивны. Жена и дети осуждают поведение пьяницы. Возникает охлаж­дение семейных отношений, что в свою очередь больного наводит на ложную мысль, что жена «завела себе любов­ника».

У лиц, страдающих алкоголизмом, рано наступает им­потенция, что также стимулирует бредовую настроенность. Некритичные к себе, они склонны в этом обвинять жен. Иногда эти идеи возникают во время простого опьянения, белой горячки, галлюциноза, а затем фиксируются. Порой играют роль подозрительность и настороженность, возни­кающие как результат изменения личности больных. Их невозможно переубедить в ошибочности суждений, и это часто приводит к конфликтам в семье, разрыву, а иногда и более тяжелым последствиям.

2.5. КОРСАКОВСКИЙ ПСИХОЗ

Корсаковский психоз (болезнь Корсакова) — это заболевание, которое возникает у лиц, длительно злоупотребляющих спиртными напитками, особенно из числа тех, которые пьют различного рода суррогаты (неочищенный спирт-сырец, самогон и т.п.). Корсаковский психоз развивается преимущественно на конечной стадии алкоголизма.

В картине психических нарушений на первый план выступают характерные расстройства памяти. Способность запоминания значительно нарушается. Больной не способен дать ответ на самые простые вопросы, а именно, обедал он или нет, заходил ли к нему только что кто-нибудь и т.д. Он многократно здоровается с врачом или сестрой, так как стоит им выйти из палаты, как он уже не помнит, видел он их или нет, и поэтому вошедшие в нее снова через несколько минут являются для него впервые увиденными. В беседе он мгновенно забывает то, что сказал сам и услышал от других, и в силу этого способен помногу раз спрашивать об одном и том же и повторять уже сказанное. Пробелы памяти восполняются псевдореминисценциями и конфабуляциями. Характерной особенностью этих симптомов при корсаковской болезни, в отличие от прогрессивного паралича или других органических психозов, является отсутствие в них элемента фантастичности и нереальности. Больной рассказывает о событиях, которые, может быть, и не имели места в его жизни в таком виде, как он о них сообщает, но, принимая во внимание его положение и образ жизни до болезни, вполне можно допустить, что они произошли. Чаще всего сообщаемое больным действительно происходило с ним несколько месяцев или лет назад до болезни, например, находящийся длительное время в больнице больной сообщает врачу, что он вчера вернулся из командировки или из дома отдыха, что он проводил собрание, был на выставке или в театре.

Расстройствами памяти на текущие события объясняются резко выраженные у страдающих корсаковским психозом нарушения ориентировки в пространстве и времени. Но, несмотря на тяжелые нарушения памяти, восприятие и мышление таких больных оказывается измененным в значительно меньшей степени, и поэтому ядро личности как бы остается сохранным.

В лечении на первом месте стоит немедленное и полное прекращение употребления спиртных напитков. Одно выполнение этого обязательного условия может повлечь обратное развитие симптомов болезни.

Подобно корсаковскому психозу, алкогольный псевдопаралич развивается у лиц, длительно злоупотребляющих алкогольными суррогатами. Предрасполагающим моментом к его развитию является наблюдаемое в особенно сильной степени у некоторых алкоголиков резкое расстройство питания с нарушением обмена веществ, сопровождаемое явлениями авитаминоза. В психической сфере таких больных на первый план выступают явления интеллектуальной деградации. Больной не осознает своей неполноценности, не замечает совершаемых просчетов и ошибок. Фон настроения преобладает благодушный, эйфоричный. Одновременно начинает развиваться переоценка своей личности, принимающая в выраженных стадиях болезни характер нелепого бреда величия. Дальнейшее развитие болезни ведет к известному снижению психической активности, в силу чего продуктивная симптоматика в форме галлюцинаторных и бредовых переживаний меркнет, утрачивает характер системности, и больные пребывают в состоянии вялости и безразличного отношения к окружающему.

С неврологической стороны при алкогольном псевдопараличе отмечается вялая реакция зрачков на свет, некоторая дизартричность речи, боли в конечностях. При более легких формах зрачковые рефлексы могут не страдать, а наблюдаются только нарушения в сухожильных рефлексах, выраженный тремор пальцев рук, полиневритические явления.

2.7. АЛКОГОЛЬНАЯ ЭНЦЕФАЛОПАТИЯ

Алкогольная энцефалопатия бывает острой (3 формы) и хронической (10 форм). Она возникает у лиц с длительным алкогольным «стажем» при употребле­нии преимущественно водки, суррогатов, крепких вин. Все разновидности энцефалопатии возникают на фоне хрони­ческого алкоголизма с частым употреблением алкоголя или запойным пьянством. Чаще всего это больные в позд­ней стадии болезни, с выраженными соматическими и неврологическими расстройствами. Нередко последние преобладают в клинической картине.

Алкогольная энцефалопатия имеет смешанную клини­ческую картину. В основе патогенеза лежат нарушение обменных процессов, гиповитаминозы, в частности недо­статок витаминов группы В. При употреблении алкоголя в организме отмечается недостаток тиамина, что усугуб­ляется нарушением деятельности печени и в свою очередь приводит к патологии углеводного обмена, являющегося

основным энергетическим источником, обусловливающим деятельность головного мозга. При энцефалопатии нару­шается также баланс пиридоксина (витамин Вб) и нико­тиновой кислоты.

2.8. ГЕМОРРАГИЧЕСКИЙ ПОЛИЭНЦЕФАЛИТ

Геморрагический полиоэнцефалит (бо­лезнь Вернике) занимает главное место среди острых состояний. Это сложное заболевание, в котором сочетаются соматические, неврологические и психические расстройства, в основе которых лежат дегенеративно-деструктивные процессы. В продромальном периоде (3—4 мес) отмеча­ются адинамия, диспепсические, вегетативные расстройст­ва, нарушения сна, а также выраженная неврологическая симптоматика — тремор, дизартрия, атактические симпто­мы, глазодвигательные и бульбарные расстройства (выпадение глоточного, небного, дыхательного, чихатель­ного рефлексов).

Психические нарушения протекают в виде тяжелого делирия (чаще мусситирующего, профессионального) с сильным возбуждением, в пределах постели, состояние может усложняться и переходить в аменцию или оглушение. Происходит утяжеление соматических и неврологи­ческих симптомов. Снижается артериальное давление, учащается дыхание, печень увеличена и становится болез­ненной, отмечаются жидкий стул, мышечные подергива­ния и гипертония или гипотония мышц конечностей, слож­ные гиперкинезы. Постоянно отмечаются оральные невро­логические автоматизмы, выраженная атаксия, полиневри­ты, пирамидные знаки. Нередко наступает летальный исход, чаще всего от каких-либо интеркуррентных заболе­ваний. Возможен переход в хроническую стадию энце­фалопатии типа корсаковского психоза.

К острым формам геморрагического полиоэнцефалита относят и заболевание с молниеносным течением, прохо­дящее с высокой температурой тела и заканчивающееся в течение 3—5 дней смертью.

2.9. АЛКОГОЛЬНАЯ ДЕПРЕССИЯ

Алкогольная депрессия как самостоятельное заболевание встречается редко. Чаще она длится от нескольких дней до нескольких недель. Депрессия харак­теризуется чувством тоски с бредом обвинения, раздра­жительностью. Больные обвиняют окружающих, особенно близких, в нечутком к себе отношении, вместе с тем сами чувствуют свою неполноценность, вину перед родными. Отмечаются суточные колебания настроения. Встречаются депрессии с дисфорией, тревогой, слезливостью. У боль­ных появляются частые и стойкие суицидальные мысли, стремление реализовать их, поэтому они требуют тщатель­ного наблюдения.

Дипсомания — это внезапно появляющееся стрем­ление к пьянству — запою, встречается у психопатических личностей, у лиц, страдающих эндокринным психосинд­ромом, в некоторых случаях эпилепсией, маниакально-депрессивным психозом. Длится запой от нескольких дней до 2—3 нед, начинается внезапно на фоне продолжитель­ного воздержания от приема алкоголя и также внезапно заканчивается. При этом может наступить отвращение к алкоголю.

Приступу нередко предшествуют нарушение сна, раз­личные истощающие организм моменты. Количество употребляемого алкоголя колеблется в широких преде­лах — от незначительных до больших доз, вызывающих высокое опьянение.

2.11. АНТАБУСНЫЙ ПСИХОЗ

Антабусный психоз — одно из тяжелых ослож­нений при лечении алкоголизма тетурамом (тетурам, или дисульфирам, антабус — лекарственное средство, при­меняемое с 1958 г. для лечения алкоголизма). Примене­ние высоких доз препарата, повышенная чувствительность к тетураму в результате органической неполноценности Ц НС, обусловленной хронической алкогольной интоксика­цией или черепно-мозговой травмой, могут привести к психозу. Чаще всего психоз наступает в процессе лечения, во время тетурамалкогольной реакции, на фоне поддержи­вающей терапии.

Различают 3 стадии развития антабусного психоза. Продромальная стадия длится от 2—3 дней до 2 нед. Отмечаются головная боль, головокружение, сонливость, вялость, расстройство сна, неприятное ощущение в об­ласти сердца, гиперестезия, подавленное настроение, идеи самоуничижения.

Разгар заболевания протекает в виде нескольких ва­риантов — вариант со спутанностью сознания (делириозно-аментивный, делириозно-онейрический); вариант с галлюцинаторно-параноидными и параноидными расстрой­ствами; вариант с маниакальным состоянием. Заканчива­ется психоз астеническими явлениями с преобладанием вялости, слабости над эмоциональной лабильностью. Воспоминания острого периода нечеткие, фрагментарные. Длительность психоза от нескольких дней до 1—2 мес.

Суицидальные попытки, действия (завершенные) при алкоголизме занимают значительное место. Причины этого явления различны: с одной стороны это связано с аффективными колебаниями в состоянии алкогольной интоксикации или похмелья, с другой — с особенностями личности, с третьей – с разнообразными ситуационными моментами.

Важно отметить зависимость частоты самоубийства от выраженности деградации личности больного. Больные с выраженным слабоумием реже совершают суицидальные действия, и наоборот, интеллектуально – сохранные больные чаще совершают агрессивные поступки, направленные на себя. Нередко причиной являются семейные конфликты.

Совершаются суицидальные действия, как правило, в состоянии депрессии или на фоне аффективной вспышки. Сравнительно часты самоубийства при острых алкогольных психозах, и диктуются они содержанием императивных слуховых галлюцинаций или аффектом страха, тревоги, доходящим до приступа возбуждения. Нередки суицидальные акты у больных с алкогольным бредом ревности. Причем в этих случаях могут пострадать несколько человек – предполагаемый соперник, супруга, дети, сам больной.

Бабаян Э. А., Гонопольский М.Х. Наркология – Москва: Медицина, 1987 (учебная литература для студентов медицинских институтов)

Алкогольная болезнь. Поражения внутренних органов при алкоголизме (под редакцией проф. В.С. Моисеева), Москва, издательство Университета дружбы народов, 1990.

valery-159.narod.ru

Расстановка ударений: АЛКОГО`ЛЬНЫЕ ПСИХО`ЗЫ

Алкогольные психозы (греч. psychē — душа, душевное состояние + -ósis) — расстройства психической деятельности, развивающиеся в результате многолетнего злоупотребления спиртными напитками. За несколько лет до возникновения А. п. у больного появляются все или почти все проявления синдрома наркоманической зависимости — измененная толерантность, синдром похмелья и др. (см. Алкоголизм, Алкоголизм хронический, Наркомании) и весьма часто характерные изменения личности. Возникновению А. п. способствуют соматические болезни, травмы, авитаминоз. Поскольку А. п., как правило, не возникают в состоянии опьянения, их трактуют как металкогольные психозы.

Различают следующие группы алкогольных психозов: алкогольный делирий; алкогольный галлюциноз; алкогольные бредовые психозы; структурно сложные и атипичные А. п.; алкогольные энцефалопатии (см.). Кроме того, к А. п. относят алкогольную эпилепсию, алкогольную депрессию, дипсоманию и патологическое опьянение. К А. п. можно отнести и те смешанные случаи, при к-рых симптоматика А. п. возникает на фоне других психических заболеваний.

Алкогольный делирий под названием delirium tremens впервые описан Саттоном (Т. Sutton) в 1813 г. Алкогольная этиология психоза была установлена Райе (Rayer) в 1818 г. Закономерности развития алкогольного делирия, его симптоматика и основные формы были изучены Маньяном (V. Magnan), Ласегом (С. Lasegue), Розе (Rose), Бонгеффером (К, Bonhoeffer), Крепелином (Е. Kraepelin), С. С. Корсаковым.

Французские психиатры термин «delirium tremens» употребляют для с обозначения наиболее тяжелых состояний, сопровождающихся значительной гипертермией, а легкие и средней тяжести делирии обозначают как приступы спутанно-сновидного помрачения сознания. В отечественной и немецкой литературе под названием делириум тременс (белая горячка, алкогольный делирий) описываются различные по тяжести и сложности симптоматики А. п., сопровождающиеся выраженным помрачением сознания.

Алкогольный галлюциноз описан в 1847 г. Марселем (Marcel). Термин «алкогольный галлюциноз», принятый в немецкой и отечественной психиатрии, был предложен в 1900 г. Вернике (С. Wernicke). Клиника острых и хронических алкогольных галлюцинозов получила наиболее полное отражение в работах Бонгеффера, Мегендорфера (F. Meggendorfer), Крепелина, С. А. Суханова, И. Н. Введенского и С. Г. Жислина. Алкогольный бред преследования (острый алкогольный параноид) под названием алкогольный бред был описан Н. П. Тяпугииым в 1914 г., к-рый отметил отсутствие иллюзий и галлюцинаций, связь психоза с окончанием запоя. Начиная с 1949 г. психоз описывался М. О. Гуревичем и другими отечественными психиатрами.

Алкогольный делирий (белая горячка, delirium tremens) обычно развивается в первые сутки или даже в ближайшие часы после прекращения многодневного употребления алкоголя. Первому приступу делирия (см. Делириозный синдром), как правило, предшествует длительный период злоупотребления алкоголем, повторные же психозы могут возникать и после более коротких запоев. Стадией предвестников белой горячки является утяжеленный в своих проявлениях синдром похмелья (см. Алкоголизм хронический). Чаще всего психоз развивается на высоте похмелья, реже на этапе его обратного развития.

Вначале появляется суетливость, торопливость движений, изменчивость настроения. Внимание у больного неустойчивое, он легко отвлекается, временами нарушается ориентировка во времени, обстановке, ситуации. Возникают наплывы мыслей, образных воспоминаний, затем иллюзии и галлюцинации. Белая горячка может начаться одним или серией судорожных припадков, наплывом слуховых о галлюцинаций, образным бредом преследования. В начале развития делирия зрительные галлюцинации, иногда сценические, могут сочетаться с сохранной ориентировкой в обстановке. При углублении делирия появляется ложная ориентировка в обстановке, но ориентировка в своей личности остается. Поведение больного зависит от содержания обманов восприятия: больные выгоняют из комнаты крыс, кошек, чертей, топчут змей, ловят и отыскивают куда-то спрятавшихся карликов. Появление видений сопровождается яркими аффектами удивления, протеста, любопытства. Характерно сочетание страха с грубоватым юмором. В нек-рых случаях к зрительным галлюцинациям присоединяются слуховые, возникает чувственный бред преследования, колдовства, ревности. С развитием делирия галлюцинации становятся разнообразными (помимо зрительных, возникают слуховые, термические, вестибулярные, тактильные галлюцинации, в т. ч. и галлюцинации полости рта и общего чувства), появляются парестезии, нарушения схемы тела (см.).

При обилии галлюцинаций больные стряхивают с себя нити, что-то тянут изо рта, сбрасывают с тела насекомых и животных, жалуются на льющуюся воду или сыплющийся в глаза песок, отмахиваются от нападающих зверей.

При концентрации собеседником внимания больных, напр. на их биографических данных, галлюцинации на время исчезают. Больные легко откликаются на содержание ведущейся в их присутствии беседы, вставляют свои замечания. Соответствующими вопросами легко удается вызвать ложные узнавания и внушить обманы чувств. Так, услышав предложение читать, больной видит на чистом листе бумаги напечатанные слова (симптом Рейхардта); живо разговаривает «по телефону», если дать в руки отключенную от аппарата телефонную трубку (симптом Ашаффенбурга); при надавливании на закрытые глаза и провоцирующих вопросах «видит» животных, людей, насекомых (симптом Липманна). Окружающих больные принимают за своих знакомых, на вопросы отвечают быстро, торопливо, не замечая непоследовательности и грубых противоречий в своих высказываниях, многие из к-рых отличаются крайней нелепостью. Собственные ответы и сам факт беседы очень быстро забывают. Временами обилие обманов восприятия уменьшается, на первый план выступает ложная ориентировка в месте и времени, суетливое или гиперкинетическое возбуждение. Больные все время чем-то заняты, суетятся, стремятся куда-то идти, отдают распоряжения, обращаются с просьбами, договариваются с мнимыми собеседниками о встрече, употреблении алкоголя, «грузят товары», считают «деньги» (профессиональный делирий).

Длительность делирия редко превышает 3—4 суток. Обманы восприятия и нарушения ориентировки чаще всего исчезают после многочасового сна. Содержание делирия частично амнезируется. По прояснении сознания отмечается кратковременный период астении. Иногда в течение нескольких дней отсутствует критическое отношение к части делириозных расстройств (резидуальный бред).

Для алкогольного делирия типична следующая сомато-неврологическая симптоматика: абсолютная бессонница, потливость, тахикардия, колебания артериального давления, тремор рук, головы, всего тела, атаксия, мышечная гипотония, гиперрефлексия, рефлексы орального автоматизма, иногда горизонтальный нистагм, слабость конвергенции глазных яблок.

Вовремя делирия у больного часто находят следующие соматические расстройства: увеличение печени, темно-коричневый налет на языке, нередко легкую желтушность склер, увеличение в крови билирубина и холестерина, лейкоцитоз и сдвиг в лейкограмме влево, ускорение РОЭ, гипохромную анемию; характерна субфебрильная температура.

Кроме описанной классической картины, различают еще несколько вариантов белой горячки.

Абортивный делирий длится несколько часов, появление галлюцинаций не сопровождается нарушением ориентировки.

При гипнагогическом (возникающем при засыпании) делирии содержание сновидений напоминает делирий (участие животных, авантюрно-приключенческая тематика сцен преследования, погони, спасения). По пробуждении критическая оценка сновидений появляется не сразу, и в течение нек-рого времени отмечается неправильное поведение. Иногда гипнагогический делирий предшествует за несколько суток развернутой картине белой горячки.

«Делирий без делирия» [Деллькен (A. Dollken)] протекает без обманов восприятия и бреда, но с дезориентировкой и суетливым возбуждением. Состояние напоминает то, к-рое наблюдается при обычном Делирии, когда на время исчезают обманы восприятия.

При систематизированном делирии преобладают сценоподобные зрительные галлюцинации, образующие содержание последовательно развивающихся, опасных или забавных, но лишенных масштабности событий. Обычно это сцены преследования, бегства, гораздо реже приятные события. Глубина помрачения сознания незначительная, нередко сохраняется частичная ориентировка в месте и времени. По прояснении сознания резидуальный бред может держаться несколько суток.

Для делирия с преобладанием слуховых галлюцинаций характерно сочетание систематизированного галлюцинаторного бреда с выраженным расстройством сознания. Глубина помрачения сознания постоянно колеблется, временами состояние приближается к галлюцинозу. Сходство с последним особенно значительно в начале психоза и в стадии его обратного развития.

Тяжело протекающий алкогольный делирий обычно начинается как классический, затем в течение первых суток появляется нарастающая оглушенность. Профессиональный делирий сменяется гиперкинетическим делирием или мусситирующим (больной невнятно что-то бормочет, совершает однообразные простейшие движения руками, что-то тянет, скручивает, ощупывает, «обирается»; в контакт с ним вступить не удается). На 4—5-й день заболевания возможно возникновение гипертермической комы со смертельным исходом в результате обусловленного отеком мозга коллапса или паралича дыхания. При благоприятном течении оглушенность постепенно уменьшается, сознание с каждым днем проясняется все больше. Все же весьма часто после периодов ясного сознания вновь появляется делириозная симптоматика. Развитию тяжелого алкогольного делирия часто предшествуют многомесячные запои, судорожные припадки с потерей сознания, многократные приступы рвоты. На высоте психоза характерна следующая неврологическая симптоматика: грубая атаксия, дизартрия, гнусавость, мышечная дистония, различные гиперкинезы, патологические рефлексы, рефлексы орального автоматизма, глазные симптомы (миоз, нистагм, слабость конвергенции), вегетативные нарушения (гипергидроз с обезвоживанием, падение артериального давления, гипертермия до t° 42°, абсолютная бессонница). Течение затяжное, порой с обострениями, окончание психоза постепенное, с полной амнезией делирия и длительной астенической фазой. Повторные психозы у возобновивших злоупотребление алкоголем в части случаев сохраняют форму первичных (это характерно для тяжелых делириев). Однако весьма часто они принимают форму атипичных, фантастических делириев или галлюцинозов.

Атипичный делирий — симптоматика включает те или иные проявления синдрома Кандинского — Клерамбо. Обычно психоз протекает вначале в форме систематизированного делирия или делирия с преобладанием слуховых галлюцинаций. На высоте развития заболевания появляются разнообразные сенестопатические, идеаторные и даже двигательные автоматизмы, чувственный бред воздействия, метаморфозы, одержимости (см. Бред, Кандинского—Клерамбо синдром). Доминирует чувственный бред преследования, к-рыи сочетается с идеями отравления, гипнотического воздействия, ревности. Преобладает аффект страха, тревоги, отчаяния. Весьма часто содержанием атипичного делирия становится тема смерти и воскрешения. Больным кажется, что различными способами преследователи, не причиняя боли, отрезают им ноги и руки, прокалывают сердце, подвергают воздействию тока, газа, лучистой энергии. Они ощущают, как останавливается сердце, холодеют руки и ноги, потом видят себя на кладбище, в гробу, слышат сообщения о собственной смерти и считают себя умершими. Затем происходит «воскрешение». Атипичный делирий сопровождается достаточно глубоким помрачением сознания, выраженным двигательным и речевым возбуждением. На высоте психоза вступить в контакт с больными трудно, речь их отрывиста и непоследовательна. Прояснение сознания с восстановлением ориентировки в окружающем наступает после длительного сна; через несколько суток появляется критическое отношение к перенесенному психозу. Течение атипичного делирия может быть затяжным, особенно в тех случаях, когда велик удельный вес слуховых галлюцинаций.

Фантастический делирий (алкогольный онейроид) возникает на высоте развития атипичного или систематизированного делирия, а также на высоте острого галлюциноза. Фантастический делирий, как правило, не является первым в жизни психозом. У большинства больных отмечается ранее несколько типичных или атипичных острых алкогольных психозов. Появлению фантастического делирия может предшествовать этап фантастических по содержанию сновидений. Переход от систематизированного делирия к онейроиду (см. Онейроидный синдром) совершается внезапно или постепенно. Появляется растерянность, усиливается иллюзорность восприятия окружающего. Затем возникает двойная бредовая ориентировка в окружающем, нарастает возбуждение или появляется заторможенность, доходящая до степени субступора с явлениями восковой гибкости, пассивной подчиняемости (см. Кататонический синдром). Особенностью стадии, непосредственно предшествующей онейроиду, является наличие острого чувственного бреда, бреда инсценировки с ложными узнаваниями, вербальных (словесных) галлюцинаций, разнообразных психических автоматизмов. На высоте онейроида возникает полная дезориентировка, сценические зрительные галлюцинации фантастического содержания, острый фантастический бред, сочетающийся с различными проявлениями синдрома Кандинского—Клерамбо (см. Кандинского—Клерамбо синдром), нарушениями схемы тела, деперсонализациоиными расстройствами (см. Деперсонализация). Страх,тревога, тоска и отчаяние сочетаются с депрессивным мегаломаническим бредом (см. Бред); аффект радости, восторга характерен для экспансивного онейроида. С развитием фантастического бреда возбуждение сменяется двигательной заторможенностью. Если фантастический делирий развивается на высоте галлюциноза, ему предшествует появление двойной ориентировки, бреда, инсценировки, психических автоматизмов.

Как и при других формах делирия, обратное развитие симптоматики обычно начинается после длительного многочасового сна, наступающего после приема снотворных или введения нейролептиков. Вначале исчезают сенестопатии (неприятные ощущения в разных частях тела), потом проявления психического автоматизма (бред воздействия, псевдогаллюцинации). Дольше всего держатся слуховые галлюцинации. Критическое отношение к перенесенному психозу может появиться лишь через несколько суток после прояснения сознания.

Алкогольный галлюциноз

Алкогольный галлюциноз (галлюцинаторное помешательство пьяниц, алкогольный галлюцинаторный бред, алкогольная паранойя) развивается в результате многолетнего злоупотребления алкоголем и протекает в форме острого, затяжного или хрон. психоза.

Острый галлюциноз возникает в состоянии похмелья, к-рое часто протекает тяжелее, чем обычно. Психоз может начаться с делириозных расстройств, элементарных обманов восприятия, но чаще всего с внезапно появляющихся словесных галлюцинаций. Вначале больной слышит непостоянно звучащие голоса одного-двух человек. Пока их содержание непосредственно не касается больного, поведение его явно не меняется. Вместе с тем возникает аффект любопытства, недовольства, возмущения, удивления или недоумения, стремление обнаружить тех лиц, чьи голоса слышатся. На высоте психоза вербальный галлюциноз сочетается с более или менее систематизированным бредом. Преобладает аффект страха, тревожного и напряженного ожидания, тоскливости и отчаяния. Ориентировка во времени и обстановке не нарушается. Сценические вербальные галлюцинации отличаются чувственной яркостью, разнообразной тональностью, множественностью, комментирующим характером, повторяемостью слов и фраз. Голоса комментируют ощущения и движения больных, их прошлые и настоящие поступки, намерения и мысли, иногда появляются зрительные и тактильные галлюцинации. Больной часто слышит эмоционально насыщенные диалоги с упоминанием о нем в третьем лице. Содержание голосов сводится к угрозам, издевательским комментариям и замечаниям, обвинениям, приказаниям, предсказаниям. Обвинения в пьянстве, совершении аморальных поступков чередуются с угрозами убить, искалечить, уволить с роботы, опозорить, заключить в тюрьму. Одновременно больной слышит и защищающие и оправдывающие голоса.

Чувственный бред тесно связан с галлюцинациями, он почти всегда шире простой переработки последних. Чаще всего возникает бред преследования, инструментального наблюдения, колдовства, физического и психического воздействия. Типично сочетание бреда воздействия с истинными галлюцинациями и различными патологическими ощущениями. Первичные феномены отчуждения — представления, ощущения и аффекты с непосредственным чувством сделанности (см. Кандинского—Клерамбо синдром) наблюдаются чрезвычайно редко. Поведение отражает конкретное содержание бреда, галлюцинаций и особенности аффекта: больные бегством спасаются от преследования, обращаются за помощью в милицию и мед. учреждения, принимают меры самозащиты (баррикадируют квартиру, вооружаются тяжелыми предметами для обороны от преследователей).

Суицидальные попытки совершаются на высоте аффекта отчаяния. Таким путем больные пытаются избежать якобы грозящей им мучительнейшей расправы. Агрессия в отношении окружающих редка. Во время наплыва галлюцинаций больные вслух задают вопросы и отвечают мнимым собеседникам, они целиком поглощены содержанием галлюцинаций. Временами возникает состояние галлюцинаторной отрешенности с двигательной заторможенностью, доходящей до полной обездвиженности. Обилие обманов восприятия сопровождается появлением легких нарушений сознания, выражающихся в расстройствах внимания, ассоциативных процессов и частичной амнезии реальных событий. Исчезновение симптоматики происходит постепенно или крайне быстро после многочасового сна. Вначале нормализуется аффективная сфера, затем исчезают галлюцинации, патологические ощущения и бред. Длительность острого галлюциноза не превышает 3—4 недель.

К абортивным алкогольным галлюцинозам относят психозы длительностью до суток, при которых бред и галлюциноз не достигают полного развития. Галлюциноз с преобладанием параноидных расстройств характеризуется остро возникающим бредом преследования; словесные галлюцинации немногочисленны, но содержание их соответствует тематике бреда. Атипичные галлюцинозы сопровождаются появлением кратковременного ступора или выраженной депрессией. Ступор с оцепенением длится всего несколько часов, дальнейшее течение психоза обычное. При выраженной депрессивной симптоматике отмечается двигательная и идеаторная заторможенность, депрессивный бред, обвиняющее и осуждающее содержание галлюцинаций, тоска с чувством безысходности. Синдром вербального галлюциноза остается неразвернутым. Сочетание симптоматики делирия и галлюциноза выражается в чередовании тех и других проявлений, смене галлюциноза делирием или фантастическим делирием, в возникновении последнего на высоте галлюциноза.

Клиническая картина перечисленных А. п. порой весьма сложна, а отнесение заболевания к делирию или галлюцинозу весьма условно. Повторные галлюцинозы развиваются в результате возобновления злоупотребления алкоголем. Характерно для них отсутствие делириозных включений, появление затяжных и атипичных форм.

К затяжным (протрагированным) алкогольным галлюцинозам относят психозы, длящиеся от месяца до года. От острых они отличаются частотой появления депрессивных расстройств и атипичной симптоматики. Последняя выражается в возникновении истинных автоматизмов (идеаторных, сенестопатических и моторных), парафренного синдрома и зрительного галлюциноза. При нек-рых затяжных галлюцинозах, особенно повторных, сохраняется частичная или полная критика к неприятным по содержанию галлюцинациям.

Хронический алкогольный галлюциноз встречается редко. Вербальные галлюцинации часто возникают после периода тревожно-боязливого настроения.

Начальная симптоматика иногда близка к делирию с обильными слуховыми обманами или к атипичному делирию. Выделяют стационарную и прогредиентную формы. При первой в клинической картине доминируют вербальные галлюцинации, а бред редуцируется. При второй медленно нарастает органическое слабоумие и формируется систематизированный бред, различные автоматизмы (истинные сенсорные, идеаторные, моторные, внушенные чувства и сновидения), парафренная симптоматика. Обострения вызываются злоупотреблением алкоголем, перенесенными инфекционными заболеваниями. Симптоматика их напоминает острый галлюциноз или галлюциноз с делириозными включениями (т. е. с симптомами, характерными для делирия, — зрительными галлюцинациями, помрачением сознания и т.д.). Вне обострений поведение остается упорядоченным. Нек-рые больные, несмотря на многолетнее существование галлюциноза, сохраняют трудоспособность.

Алкогольные бредовые психозы

Алкогольные бредовые психозы. Выделяют алкогольный бред преследования и алкогольный бред ревности.

Алкогольный бред преследования (алкогольный параноид) внезапно развивается в состоянии похмелья. Образный бред физического уничтожения, преследования сочетается с вербальными иллюзиями и резчайшим аффектом страха или напряженного ожидания. Больные всюду замечают преследователей, по-бредовому толкуют речь, мимику, жесты и поведение окружающих, обращаются за помощью в милицию, в мед. учреждения, бегством спасаются от «гибели». Они убеждены, что их хотят убить, чтобы воспользоваться их деньгами или из мести. Если и возникают единичные слуховые галлюцинации, то в самом начале психоза, содержание их не совпадает с тематикой бреда. Психоз длится до 10—14 дней. При затяжных формах идеи преследования и отношения сочетаются с тревожно-тоскливым аффектом. Рецидивирующий параноид протекает в форме острых или затяжных психозов, возникающих каждый раз после запоев.

Алкогольный бред ревности (бред супружеской неверности) чаще всего развивается у лиц с психопатическими чертами характера или признаками алкогольной деградации. Вначале ревнивые опасения высказываются в опьянении или в похмелье, они нестойки и поддаются коррекции. Постепенно формируется систематизированный бред ревности. Возможно появление идей отравления и преследования. Больной начинает утверждать, что жена, желая сойтись с любовником, намерена его отравить или убить. Случайные факты оцениваются как доказательства измены и подготавливаемой расправы. В пожилом возрасте часто наблюдаются конфабуляции, ретроспективная бредовая оценка далекого прошлого, бред ревности приобретает ущербный характер. Идеи ревности могут впервые возникнуть в делирии или галлюцинозе, они не подвергаются коррекции и становятся основой для формирования систематизированного бреда.

Структурно сложные алкогольные психозы

Структурно сложные алкогольные психозы протекают в виде чередования типичных для алкоголизма состояний. Так, психоз определяется синдромом острого параноида, затем развивается вербальный галлюциноз, сменяющийся делирием. Чаще всего наблюдается чередование вербального галлюциноза и делирия. Напр., галлюциноз сменяется делирием, затем сознание проясняется и вновь преобладает симптоматика галлюциноза.

Атипичные алкогольные психозы

В клинической картине наблюдается симптоматика, характерная гл. обр. для эндогенных психозов. Атипичными являются делирий с проявлениями синдрома Кандинского—Клерамбо, в т. ч. и фантастический делирий (см. выше); острые галлюцинозы, сопровождающиеся кратковременным ступором с оцепенением или выраженной депрессией (см. выше); затяжные и хронические галлюцинозы с истинными психическими автоматизмами, парафренной симптоматикой; зрительный галлюциноз. Появление атипичных психозов после типичных говорит о нарастании энцефалопатических изменений. Дальнейшее углубление энцефалопатии может привести к исчезновению атипичной симптоматики и возникновению органических психозов (напр., развитию псевдопаралитического синдрома вместо парафренного).

Алкогольные психозы, возникающие при сочетании алкоголизма с другими психическими заболеваниями

Алкогольные психозы, возникающие при сочетании алкоголизма с другими психическими заболеваниями, могут иметь нек-рые отличия от типичной картины. Органические заболевания мозга (сосудистые, инфекционные, аллергические) часто видоизменяют симптоматику делирия, вызывая большую глубину помрачения сознания или появления психических автоматизмов, удлиняя период существования резидуального бреда. Остаточные явления органического поражения мозга, в т. ч. и травматического, эпилепсия с редкими припадками, маниакально-депрессивный психоз, сочетаясь с алкоголизмом, сами по себе не ведут к атипизации алкогольных психозов.

В 1909 г. Гретер (V. Graeter) описал больных, злоупотребляющих алкоголем, у к-рых вначале возникали психозы, сходные с алкогольными, а позже обнаруживались типичные шизофренические расстройства. Дальнейшее изучение показало, что алкоголизм сочетается с наиболее благоприятно протекающими формами шизофрении. Его влияние на шизофреническую симптоматику выражено больше, если развитию шизофрении предшествует многолетняя алкогольная интоксикация. Меньше всего влияние алкоголизма сказывается на симптоматике приступообразно-прогредиентной и периодической шизофрении, значительно больше — в начальной стадии параноидной п при вялотекущей шизофрении. Сочетание алкоголизма с вяло текущим процессом или неглубоким дефектом после приступа шизофрении исключает развитие классической белой горячки (психозы с помрачением сознания возникают редко и протекают в форме галлюцинозов с делирантными включениями или онейроидов). Обычно развиваются галлюцинозы или острые параноиды, длительность к-рых, как и алкогольных, не превышает 2—3 недель, а симптоматика часто включает депрессивно-параноидные, кататонические расстройства и истинные психические автоматизмы. В начальной стадии параноидной шизофрении могут наблюдаться двухфазные психозы, напоминающие только в первой фазе алкогольные. При вяло текущей шизофрении после запоев иногда развиваются галлюцинозы, неотличимые от алкогольных, однако повторные психозы утрачивают связь с алкогольными. Развитие параноидной и приступообразно-прогредиентной шизофрении может привести к уменьшению тяжести алкоголизма и даже полному прекращению употребления спиртного.

Алкогольная депрессия

Алкогольная депрессия — понятие, служащее для обозначения различных депрессивных состояний у больных хрон. алкоголизмом. В узком смысле алкогольная депрессия — это синдром похмелья с тоскливостью, идеями самообвинения, неглубокой идеаторной и двигательной заторможенностью. К алкогольной депрессии относят также ситуационно обусловленные депрессивные реакции, усиливающиеся в состоянии похмелья. Возникновение в запое и после его окончания выраженной тоскливости может быть связано с конституциональными особенностями — склонностью к циклотимным расстройствам: настроения.

Алкогольная эпилепсия

Алкогольная эпилепсия — судорожный синдром в третьей стадии хронического алкоголизма. Единичные или серийные припадки с потерей сознания, тоническими и клоническими судорогами, прикусыванием языка, недержанием мочи могут неоднократно возникать в первые дни после окончания запоя, перед делирием или в начале острой формы энцефалопатии Гайе—Вернике (см. Алкогольные энцефалопатии). Сочетание алкоголизма с резидуальными органическими (травматическими) поражениями мозга облегчает наступление припадков. В межприпадочный период на электроэнцефалограмме характерных для эпилепсии изменений нет. Появление в состоянии опьянения припадков типа petit mal или больших судорожных припадков не характерно для алкогольной эпилепсии. Изменения личности характерны для алкоголизма.

Алкогольные энцефалопатии

Алкогольные энцефалопатии — одна из групп металкогольных психозов, развивающихся при А. п., для к-рых характерно сочетание психических расстройств с системными соматическими и неврологическими нарушениями, нередко доминирующими в клинической картине (подробно — см. Алкогольные энцефалопатии).

Патологическое опьянение

Патологическое опьянение — сумеречное помрачение сознания, возникающее после употребления незначительных доз алкоголя и реже после больших доз алкоголя. Патологическое опьянение развивается не только у больных хроническим алкоголизмом и не относится к собственно алкогольным психозам. Наступлению его способствует утомление, недосыпание, эмоциональное напряжение.

При эпилептоидном (эпилептиформном) варианте внезапно изменяется состояние: утрачивается ориентировка, обстановка воспринимается неясно и неправильно, появляются обманы восприятия и отрывочные бредовые идеи. Резкое возбуждение с аффектами гнева и ярости сопровождается беспорядочной агрессией, стремлением к разрушению. Поведение может носить характер автоматических безотчетных действий.

При параноидном варианте искаженное бредовое восприятие ситуации и поведения окружающих сочетается с обманами восприятия, аффектом страха, тревоги, надвигающейся опасности. Больные вооружаются для обороны, нападают на мнимых врагов, убегают от опасности.

Патологическое опьянение отличается от простого опьянения внезапностью начала, отсутствием внешних признаков опьянения, сохранной координацией движений. Оно длится от нескольких минут до нескольких часов и нередко заканчивается глубоким и продолжительным сном. При параноидном варианте сохраняются частичные воспоминания о перенесенном состоянии, при эпилептиформном — наступает полная или почти полная амнезия.

Дипсомания — один из видов периодически наступающих запоев. Перед запоем появляются подавленно-раздраженное настроение, беспокойство, суетливость, физическое недомогание, бессонница, потеря аппетита, иногда головные боли, потливость и тремор. Трудоспособность снижается или утрачивается. Если приступ дипсомании развивается в исходной стадии хрон. алкоголизма, он начинается в связи с сильным влечением к алкоголю и длится 7—14 дней. Больные пьют спиртное днем и ночью, испытывая неудержимое влечение к алкоголю и пытаясь небольшими порциями водки или вина избавиться от быстро появляющихся тяжелейших проявлений абстиненции (см.). К окончанию запоя выносливость к алкоголю падает, усиливаются слабость, атаксия, тремор, одышка, тахикардия, появляется почти полная бессонница. Аппетит отсутствует, по утрам возникает рвота. Влечение к алкоголю ослабевает или исчезает, не обнаруживаясь до следующего запоя. Если дипсоманический приступ возникает у психопатических личностей или при стертых формах циклотимии, эпилепсии, шизофрении, физические и психические проявления опьянения могут быть незначительными, несмотря на приемы больших доз алкоголя (до 1 л и более в сутки), а подавленное настроение остается. Окончание запоя обычно внезапное, сопровождается исчезновением потребности в алкоголе, иногда отвращением к нему. После запоя может возникнуть повышенное настроение, сопровождаемое неутомимой и продуктивной деятельностью.

Патогенез и патологическая анатомия

В патогенезе алкогольного делирия большое значение имеет усиление всех обменных и нейро-вегетативных нарушений, свойственных хрон. алкоголизму. При делирии основную роль играют изменения в промежуточном мозге с нарушением нейро-вегетативиой регуляции и функций гипофизарно-надпочечниковой системы. Важнейшую роль в нарушении гомеостаза играет накопление в крови продуктов неполного сгорания алкоголя и последующее резкое прекращение приема спиртных напитков. Нейро-вегетативная дисрегуляция усугубляется дефицитом витаминов В1, В6, В12, РР и фолиевой к-ты, нарушением функций печени. В результате в крови накапливаются кетокислоты, возникает ацидоз, повышается уровень билирубина, холестерина, падает концентрация ионов магния и калия, развивается вначале гипер-, затем гипоадренергия. Токсикоз и мозговая гипоксия вызывают повышенную проницаемость сосудистой стенки и отек мозга, к-рый в свою очередь усиливает вегетативную дисрегуляцию. Развитие синдрома делирия связывают прежде всего с угнетением фазы парадоксального сна.

Патогенез остальных алкогольных психозов изучен недостаточно. При острых психозах изменения, видимо, близки к тем, к-рые имеются при делирии. В патогенезе затяжных, хрон. галлюцинозов и бреда ревности придается значение энцефалопатическим изменениям и сопутствующим заболеваниям.

Морфологические изменения при алкогольном делирии, помимо характерных для алкоголизма, выражаются в усиленном кровенаполнении мозга, расширении капилляров, периваскулярном отеке, различных видах дегенерации нервных клеток. Преобладают изменения в гипоталамусе, в области III желудочка, на дне IV желудочка, но без характерной для алкогольной энцефалопатии Гайе—Вернике зональной ограниченности.

Диагноз и дифференциальный диагноз

Алкогольный делирий отличается от неалкогольных делириозных состояний типичной психопатологической симптоматикой (сочетание страха с эйфорией, откликаемость, алкогольная тематика галлюцинаторных сцен) и характерными неврологическими признаками (тремор, атаксия, гиперрефлексия, мышечная гипотония, рефлексы орального автоматизма, гипергидроз). При тяжелом похмелье, в отличие от делирия, нет нарушений сознания с дезориентировкой, галлюцинации появляются лишь при закрывании глаз или в дремотном состоянии (гипнагогические галлюцинации).

Острый алкогольный галлюциноз отличается от алкогольного делирия преобладанием слуховых галлюцинаций и бреда, сохранностью ориентировки.

Алкогольный бред преследования и ситуационный параноид, возникающий у больного алкоголизмом в необычной или таящей в себе опасность обстановке, — тождественные состояния; их различие гл. обр. в условиях возникновения. Острый алкогольный параноид, в отличие от острого алкогольного галлюциноза, протекает без обманов восприятия; если и возникают слуховые галлюцинации, они кратковременны, скудны и содержание их не совпадает с тематикой бреда.

Отличие затяжных и хрон. галлюцинозов при органических заболеваниях от алкогольных выражается в иной неврологической симптоматике, нехарактерном для алкоголизма типе снижения интеллекта, большем однообразии галлюцинаций.

Алкогольный бред ревности отграничивается от сходных паранойяльных состояний при прогредиентных заболеваниях на основании его конструктивной простоты, близости мотивов патологической ревности к обычной, наличия признаков алкогольной деградации.

Дифференцировать психозы, возникающие при сочетании шизофрении с алкоголизмом, с алкогольными психозами весьма затруднительно, т. к. алкоголизм сочетается с наиболее благоприятно текущими формами шизофрении, при к-рых дефект не выражен. Все же в большинстве случаев удается выявить характерные для вяло текущей или приступообразной шизофрении изменения мышления н эмоционально-волевой сферы, возникшие задолго до острого психоза. Кроме того, при острых алкогольных галлюцинозах и параноидах не возникает депрессивно-параноидная, кататоническая симптоматика и растерянность с истинными психическими автоматизмами (см. Кандинского—Клерамбо синдром). Депрессивно-параноидные и кататонические расстройства не наблюдаются при затяжных и хрон. алкогольных галлюцинозах и весьма характерны для шизофрении, сочетающейся с алкоголизмом.

Алкогольная эпилепсия отличается от эпилептической болезни наступлением припадков в похмелье, неврологическими признаками энцефалопатии, исчезновением судорожных пароксизмов при воздержании от алкоголя, отсутствием специфических изменений на электроэнцефалограмме.

Прогноз острых А. п. благоприятен; при своевременном стационировании они заканчиваются выздоровлением. Опасность для жизни представляет лишь тяжело протекающий делирий. Многократное и частое возникновение острых психозов, свидетельствуя об углублении энцефалопатии, сопровождается снижением интеллекта. При хронических и протрагированных галлюцинозах возможно наступление временной или постоянной нетрудоспособности.

Лечение А. п. должно проводиться в стационаре. Терапевтическая тактика определяется формой психоза, его длительностью и тяжестью. При всех формах делирия, кроме тяжелых, эффективно назначение одпого из следующих средств: сочетание 0,5—0,7 г барбамила с 90—100 мл 40% спирта, 50—100 мг аминазина или тизерцина внутримышечно или внутривенно, 20—40 мг седуксена внутримышечно, 10—15 мг галоперидола внутривенно, 250—500 мг хлорметиазола внутрь или внутривенно. Суточная дозировка каждого из средств определяется быстротой наступления сна, его длительностью и полнотой исчезновения симптоматики делирия по пробуждении. Дополнительно назначают сердечные средства (кордиамин, корглюкон), витамины В1, С, РР, В6, B12, фолиевую к-ту, внутримышечно 20 мл 25% раствора сульфата магния.

При тяжелых делириях аминазин и тизерцин можно вводить только в стадии повышенного артериального давления. Возбуждение устраняют барбамилом со спиртом, хлорметиазолом, элениумом, седуксеном, оксибутиратом натрия. Наступление коллапса предотвращают назначением 60—120 мг преднизолона внутрь или парентерально, внутривенно вводят 400 мл полиглюкина с мезатоном или норадреналином. Отек мозга устраняют капельным вливанием 60—90 г мочевины внутривенно, к-рое немедленно прекращают, если оно вызывает ухудшение состояния. Обязательным является назначение больших доз витамина В1 — до 1000—1500 мг в сутки, из к-рых 500—600 мг вводят внутривенно.

Длительность указанной терапии определяется быстротой наступления сна, исчезновения неврологической симптоматики и прояснения сознания.

Благодаря современной терапии А. п. резко сократилась смертность при делириях. Введение в терапию седуксена, оксибутирата натрия, мочевины привело к сокращению длительности тяжелых делириев, исчезновению волнообразности и длительной сонливости, критическому окончанию психоза.

При острых галлюцинозах и параноидах наиболее эффективно внутримышечное введение 50—150 мг аминазина пли тизерцина, а также комбинация одного из этих препаратов, вводимых внутримышечно, с 5—10 мг галоперидола или 20—40 мг трифтазина. При затяжных галлюцинозах отсутствие эффекта от трифтазина (до 60 мг), этаперазина (до 80—100 мг), галоперидола (до 30 мг) или триседпла (до 10 мг) вынуждает начать инсулинотерапию в сочетании с одним из указанных препаратов. Обострения при хрон. галлюцинозах купируются как острые галлюцинозы.

При бреде ревности наиболее эффективны инсулинотерапия, трифтазин (до 60 мг), галоперидол (15—25 мг), метеразин (до 150 мг).

Профилактика — борьба с алкоголизмом, профилактика и раннее лечение хрон. алкоголизма, проведение активной противоалкогольной терапии тем, кто однажды перенес психотическое состояние.

См. также Алкоголизм, Алкоголизм хронический.

Значение алкогольных психозов в судебно-психиатрической практике

Судебно-психиатрическое значение А. п. весьма велико. По частоте и тяжести совершения общественно опасных деяний первое место занимают больные алкогольными бредовыми психозами. Социальная опасность таких больных определяется характерными для них бредовыми идеями преследования с аффектом страха и тревоги или бредовыми идеями ревности; развитие последних представляет наибольшую опасность. Второе место занимают больные алкогольным делирием. Они опасны для окружающих их лиц и для себя особенно в инициальном периоде заболевания, в к-ром появляются интенсивные аффекты страха и тревоги, спутанность сознания.

Больные алкогольным галлюцинозом чаще всего совершают опасные деяния в случаях обострения и особенно при присоединении к вербальному галлюцинозу отдельных зрительных обманов и бредовых идей. Наличие делирия, галлюциноза или патологического опьянения исключает вменяемость.

Сумеречные расстройства сознания травматической этиологии, возникающие на фоне опьянения, также исключают вменяемость.

Лиц, совершивших общественно опасные действия в состоянии А. п. и признанных невменяемыми, с целью профилактики повторения психотических состояний следует направлять на принудительное лечение в психиатрические больницы. Лиц, у к-рых А. п. возник после правонарушения, следует направлять на лечение в психиатрические больницы; после выхода из болезненного состояния возвращают в распоряжение следственных органов пли суда. Лиц, у к-рых А. п. принимают затяжное течение, освобождают от уголовной ответственности и направляют на принудительное лечение.

При экспертизе лиц, в прошлом перенесших А. п. и привлекаемых к ответственности по какому-либо правонарушению, следует учитывать их стремление к метасимуляции — сознательному целевому воспроизведению психотических симптомов, пережитых ими ранее.

Библиогр.: Банщиков В. М. и Короленко Ц. П. Алкоголизм и алкогольные психозы, М., 1968, библиогр.; Банщиков В. М., Короленко Ц. П. и Короленко Т. А. Интоксикационные психозы, с. 60, М., 1968, библиогр.; Гулямов М. Г. Синдром психического автоматизма, Душанбе, 1965, библиогр.; Жислин С. Г. Очерки клинической психиатрии, М., 1965, библиогр.; Патогенез и клиника алкогольных заболеваний, под ред. И. И. Лукомского, М., 1970; Bonhoeffer К. Die akuten Geisteskrankheiten dcr Gewohnheitstrinker, Jena, 1901, Bibliogr.; Boudin G. et Lauras A. Le delirium tremens, P., 1960; Kraepelin E. u. Lange J. Psychiatric, Bd 2, Lpz., 1927.

Значение А. п. в судебно-психиатрической практикеВведенский И. Н. Проблема исключительных состояний в судебно-психиатрической клинике, в кн.: Пробл. суд. психиат., под ред. Ц. М. Фейнберг, т. 6, с. 331, М., 1947; Затуловский М. И. О патологическом опьянении и его диагностике в судебно-психиатрической практике, в кн.: Вопр. суд.-психиат. экспертизы, под ред. А. Н. Бунеева и др., с. 104, М., 1955; Качаев А. К. Отграничение сложных форм простого алкогольного опьянения от патологического опьянения, в кн.: Пробл. суд. психиат., под ред. Г. В. Морозова, в. 18, с. 77, М., 1967; Рожнов В. Е. Алкоголизм и другие наркомании, в кн.: Суд. психиат., под ред. Г. В. Морозова, с. 277, М., 1965, библиогр.

А. Г. Гофман; А. К. Качаев (суд. психиат.).

  1. Большая медицинская энциклопедия. Том 1/Главный редактор академик Б. В. Петровский; издательство «Советская энциклопедия»; Москва, 1974.- 576 с.

Алексей Злыгостев оформление, разработка ПО 2001–2018

При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:

sohmet.ru