Дети с синдромом дауна в обычной школе

Для родителей главное — верить, а для учителей — дать шанс

Восьмилетняя Аня БЕННЕР стала первым в Воронеже ребёнком с синдромом Дауна, который учится в обычной городской школе

«Ве-тер по мо-рю гу-ля-ет», — старательно ведя пальчиком по книжке, читает первоклассница Аня. «А теперь пропой: «Ветер по морю гу-у-уляет», — просит учительница Нина Комарчева. Детский голосок уверенно повторяет. Тут Нину Ивановну отвлекает другой ученик, а Аня с любопытством разглядывает незнакомую тётю в лице журналистки «МОЁ!», которая пришла на урок в 1 «А» школы № 67, расположенной в Левобережном районе. Аня родилась с синдромом Дауна, однако это не помешало ей ходить в обычный детский сад, а сейчас благодаря новому закону о совместном обучении обычных детей и ребят-инвалидов она учится в общеобразовательной школе.

Мама Ани Жанна благодарна врачам роддома, которые не сказали ей, что её дочка родилась с синдромом Дауна. На диагноз в выписке «трисомия 21» женщина и внимания не обратила. И лишь через некоторое время узнала от педиатра, что у непонятного слова есть синоним — синдром Дауна.

— Я была потрясена, — признаётся Жанна. — Но у меня не произошло отторжения, как это бывает у мам, узнавших о диагнозе сразу после родов. Я обожала свою дочку и поставила цель максимально её развить.

С малых лет Аня воспитывалась как обычный ребёнок, росла очень общительной. А в три года пошла в детсад № 76 (ул. Арзамасская).

— Нам повезло, заведующая садиком работала в реабилитационном центре «Парус надежды» и знала, что дети с синдромом Дауна совсем не агрессивные, а ведь такие стереотипы до сих пор живы, — говорит мама. — Детишки приняли Аню хорошо, называли «Аня-маленькая» — думали, раз она делает всё медленнее, значит, младше. Огромное спасибо воспитателям, благодаря им Анюта раскрылась — выступала на утренниках, а потом стала песни петь. Теперь она у меня артистка, в прошлом году стала лауреатом областного фестиваля для детей с ограниченными возможностями.

«Каждое слово — это победа»

Когда пришло время идти в школу, были проблемы. Директора нескольких школ говорили, что Аня не потянет. Но в начале этого года стартовала программа «Доступная среда», которая подготавливает школы и сады к обучению детей-инвалидов, и Аню приняли в 67-ю школу, вошедшую в программу. Она занимается по индивидуальной программе, но ЕГЭ станет сдавать вместе со всеми и получит обычный аттестат.

Анечка — одна из самых примерных учениц.

— Сегодня она впервые написала слово «дом», — рассказывает учительница Нина Комарчева. — Каждое её новое слово — наша победа!

А дома Аня играет в школу: раскладывает на столе книжки и диктует воображаемым ученикам задания. Мама не сомневается — её дочка и в вуз поступит. Трудностей, например насмешек детей, не боится — говорит, плохие люди попадаются на пути у каждого, пусть дочка учится справляться.

— К сожалению, многие мамы и папы считают, что синдром Дауна — это приговор, – говорил женщина. — На самом деле главное для таких малышей — расти среди обычных детей, общаться и тянуться за ними.

Мамы «солнечных детей» говорят, что закон о совместном обучении — огромный шаг вперёд. Однако надо сделать ещё много шагов. Ведь до сих пор в некоторых роддомах матерям малышей с синдромом Дауна советуют от них отказаться. Мамы уверяют: сложности есть, но какое счастье видеть, как твой малыш ждёт тебя, смеётся, как он говорит свои первые слова. Ведь для родителей главное — верить в своего ребёнка, а для учителей — дать ему шанс.

«Ребёнок с синдромом Дауна может учиться в обычной школе»

Врач-психиатр, кандидат медицинских наук, доцент кафедры психиатрии с наркологией ВГМА Сергей ПОДВИГИН:

— Если с этими детишками заниматься, они выдают совершенно потрясающие результаты. Я сам посещал мероприятия, которые проводит реабилитационный центр «Парус надежды». Огромное удовольствие смотреть, как они танцуют! Да, у них есть некоторое отставание в умственном развитии, тем не менее каждый такой ребёнок потенциально имеет возможность отучиться в обычной школе и получить аттестат (если у него нет тяжёлых сопутствующих заболеваний). В Европе совместное обучение практикуется уже давно.

Благодарим директора воронежской организации помощи детям-инвалидам «Судьба» Зинаиду Вострикову за помощь в подготовке материала.

newspaper.moe-online.ru

Дети с синдромом Дауна. Возможности социальной адаптации

Что такое синдром Дауна?

Слово «синдром» обозначает множество признаков или особенностей. Название «Даун» происходит от фамилии врача Джона Лэнгдона Дауна, который впервые описал этот синдром в 1866 году. В 1959 году французский профессор Лежен доказал, что синдром Дауна связан с генетическими изменениями. Тело человека состоит из миллионов клеток, и каждая клетка содержит определенное число хромосом. Хромосомы — это крошечные частицы в клетках, несущие точно закодированную информацию обо всех наследуемых признаках. Обычно в каждой клетке находится 46 хромосом, половину которых человек получает от матери, а половину — от отца. У человека с синдромом Дауна в 21-й паре хромосом имеется третья дополнительная хромосома, в итоге их 47. Синдром Дауна наблюдается у одного из 600-1000 новорожденных. Причина, по которой это происходит, до сих пор не выяснена. Дети с синдромом Дауна рождаются у родителей, принадлежащих ко всем социальным слоям и этническим группам, с самым разным уровнем образования. Вероятность рождения такого ребенка увеличивается с возрастом матери, особенно после 35 лет, однако большинство детей с этой патологией все-таки рождаются у матерей, не достигших этого возраста.

Синдрома Дауна нельзя предотвратить и его невозможно вылечить. Но благодаря последним генетическим исследованиям теперь о функционировании хромосом, особенно о 21-й, известно намного больше. Достижения ученых позволяют лучше понять типичные особенности этого синдрома, а в будущем они, возможно, позволят усовершенствовать медицинскую помощь и социально-педагогические методы поддержки таких людей.

Как распознается синдром Дауна?

Наличие синдрома Дауна обычно выявляется вскоре после рождения ребенка, так как врач, медсестра или родители обнаруживают характерные черты. А затем обязательно проводятся хромосомные тесты, чтобы подтвердить диагноз.

У малыша уголки глаз слегка приподняты, лицо выглядит несколько плоским, полость рта чуть меньше, чем обычно, а язык — чуть больше. Поэтому малыш может высовывать его — привычка, от которой постепенно можно избавиться. Ладони широкие, с короткими пальцами и слегка загнутым внутрь мизинцем. На ладони может быть лишь одна поперечная складка. Наблюдается легкая мышечная вялость (гипотония), которая проходит, когда ребенок становится старше. Длина и вес новорожденного меньше, чем обычно.

Как проявляет себя лишняя хромосома?

Лишняя хромосома воздействует на состояние здоровья и развитие мышления. У одних людей с синдромом Дауна могут быть серьезные нарушения здоровья, у других — незначительные.

Некоторые заболевания встречаются у людей с синдромом Дауна чаще, например: врожденные пороки сердца, часть из которых серьезна и требует хирургического вмешательства; часто встречаются недостатки слуха и еще чаще — зрения, нередко возникают заболевания щитовидной железы, а также простудные заболевания.

У людей с синдромом Дауна обычно бывают нарушения интеллекта в различной степени.

Развитие детей с синдромом Дауна бывает очень разным. Так же как обычные люди, став взрослыми, они могут продолжать учиться, если им дается такая возможность. Однако важно отметить, что, как к каждому обычному человеку, к каждому такому ребенку или взрослому надо относиться индивидуально. Точно так же, как нельзя заранее предсказать развитие любого младенца, нет возможности предсказать заранее развитие младенца с синдромом Дауна.

Родители узнают, что у малыша нарушение развития

Все родители, пережившие этот момент, говорили, что испытали страшный шок и нежелание верить в диагноз — как будто наступил конец света. В этот момент родители, как правило, страшно пугаются, и кажется, что они хотят сбежать от этой ситуации.

Некоторые родители стараются не смотреть правде в глаза, надеются, что произошла ошибка, что хромосомный анализ был проведен неправильно, и в то же время они могут устыдиться таких мыслей. Это — естественная реакция. Она отражает общее для всех людей стремление спрятаться от ситуации, которая кажется безвыходной. Многие родители боятся, что рождение ребенка с синдромом Дауна каким-то образом отразится на их социальном положении, и они упадут в глазах других — как люди, давшие жизнь ребенку с нарушением умственного развития.

Чтобы вернуться к своему обычному состоянию, приступить к повседневным делам, наладить привычные связи, требуется не один месяц. Возможно, печаль и чувство утраты никогда не исчезнут окончательно, и, тем не менее, многие семьи, столкнувшиеся с этой проблемой, свидетельствуют и о благотворном влиянии такого опыта. Они почувствовали, что жизнь приобрела новый, более глубокий смысл, и стали лучше понимать, что в жизни действительно важно. Иногда такой сокрушительный удар придает силы и сплачивает семью. Такое отношение к ситуации благоприятнее всего скажется на ребенке.

Знакомство с малышом

Некоторые родители признаются в своем нежелании приблизиться к новорожденному. Однако в какой-то момент они преодолевают свои сомнения и страхи, начинают рассматривать своего малыша, дотрагиваться до него, брать его на ручки, заботиться о нем; тогда они чувствуют, что их малыш прежде всего младенец и гораздо больше похож, чем не похож, на других малышей. Вступая в контакт с ребенком, мама и папа лучше ощущают его «нормальность». Родители обычно стремятся поскорее познакомиться с индивидуальными особенностями новорожденного.

Каждой семье требуется разное время для того, чтобы почувствовать себя с ребенком хорошо. Чувство печали может появляться вновь, особенно когда какие-то обстоятельства напомнят родителям, что их ребенок с синдромом Дауна не умеет делать того, что умеют его обычные ровесники.

Узнав, что у малыша синдром Дауна, родители часто не могут сразу решить, сообщать ли об этом родным и знакомым. В любом случае родные, друзья, знакомые увидят, что ребенок выглядит немного необычно, заметят скованность и печаль родителей. Они заведут разговор о новорожденном, и это может стать причиной неловкости или даже сделать отношения натянутыми. Разговор, пусть болезненный, может стать важным шагом для возвращения родителям прежней уверенности в себе и душевного равновесия.

В свою очередь, друзья и родные тоже не всегда знают, как им реагировать на такую нерадостную весть. Они боятся предложить помощь, чтобы она не была расценена как вмешательство в чужие дела или праздное любопытство, ждут какого-нибудь знака, что их присутствие желательно, а помощь может быть полезной. Бывает, что отношения рушатся, если родители ждут и не получают доказательств прежнего расположения близких к себе. Самое разумное в такой ситуации — приступить к делам, обычно следующим за рождением ребенка: нормальные, общепринятые знаки внимания помогут родителям лучше чувствовать себя.

В этот период бабушкам и дедушкам может потребоваться отдельная помощь. Их внимание сосредотачивается на взрослых детях — родителях малыша, и они мучительно размышляют, как защитить их от стресса.

Беседа с братьями и сестрами новорожденного

Если с синдромом Дауна рождается младший ребенок в семье, перед родителями встает еще одна трудность: что сказать своим старшим детям. Возникает естественное желание оградить их от огорчений взрослых. Часто родители переоценивают чувствительность своих детей к переживаниям взрослых и их способность заметить что-нибудь необычное во внешности и развитии новорожденного. Однако опыт показывает, что с ними важно поговорить как можно раньше.

Родители детей с синдромом Дауна, точно так же как и все мамы и папы, озабочены вопросом: какое будущее ожидает их детей? Чего же они желают для своих детей?

  1. Уметь полноценно общаться как с обычными людьми, так и с людьми, возможности которых ограниченны. Иметь настоящих друзей среди тех и других.
  2. Уметь работать среди обычных людей.
  3. Быть желанным посетителем тех мест, куда часто приходят другие члены общества, и участвовать в общих мероприятиях, чувствуя себя при этом комфортно и уверенно.
  4. Жить в доме, который соответствовал бы желанию и материальным возможностям.
  5. Быть счастливыми.
  6. Для того чтобы научиться взаимодействовать с обычными людьми так, как надо, ребенок с синдромом Дауна должен посещать обычную государственную школу. Интеграция в обычную школу даст ему возможность учиться жить и действовать так, как это принято в окружающем его мире.

    Интеграция может быть разной. Учащийся может проводить весь учебный день в обычной школьной обстановке, при этом ему оказывается необходимая помощь: предоставляются специальные учебные пособия, с ним занимается дополнительный персонал, для него составляется особый (индивидуальный) учебный план. Или, хотя главной учебной средой ребенка будет обычный класс, часть времени ученик может проводить в специальном классе. При этом количество часов, проводимых в специальном классе, устанавливается в соответствии с его индивидуальными нуждами и согласовывается с родителями и школьным персоналом в процессе составления индивидуальной учебной программы.

    Многие педагоги и родители убеждены, что детям с ограниченными возможностями, независимо от типа нарушения, следует посещать те школы, в которые ходят дети, живущие по соседству. Если ребенка возят в какую-то другую школу, он сразу становится в глазах общественности не таким, как все. Кроме того, в этом случае ему гораздо труднее наладить хорошие взаимоотношения с ровесниками и найти среди них друзей.

    Право детей с синдромом Дауна, как и других ребят с ограниченными возможностями, на максимальную социальную адаптацию, то есть на посещение обычных детского сада и школы, в России закреплены законодательно 1 .

    1 Согласно Конвенции о правах ребенка (одобрена Ген. Ассамблеей ООН 20 ноября 1989г.), ратифицированной Постановлением ВС СССР от 13 июня 1990 г. №1559-1, «дети-инвалиды с отклонениями в умственном развитии, в том числе дети с синдромом Дауна, дети с множественными психофизическими нарушениями, имеют право на получение образования и реабилитацию в условиях наибольшей социальной интеграции в системе общего или специального (коррекционного) образования».

    В соответствии с п. 1 ст. 16 Закона «Об образовании» органы управления образованием обеспечивают «прием всех граждан, которые проживают на данной территории и имеют право на получение образования соответствующего уровня». При этом родители имеют право «выбирать формы обучения, образовательные учреждения» для своих детей, предусмотренное п.1ст. 52 Закона РФ «Об образовании».

    Ориентируемся на международный опыт

    Одна из примет нашего времени — удивительный прогресс в разработке и практическом применении новых методов обучения детей с отставанием умственного развития. Прежде всего это «ранняя педагогическая помощь» этим детям от рождения до 4 — 5 лет (и их родителям) и упомянутое выше «интегрированное образование» — воспитание и обучение этих детей в районных детских садах и школах в среде нормально развивающихся сверстников. Родители и педагоги стали лучше сознавать потребность таких ребят в любви, внимании, поощрении; они убедились в том, что эти дети могут, так же как и другие, с пользой для себя учиться в школе, активно отдыхать и участвовать в жизни общества. Одно из следствий такого прогресса в цивилизованных странах — то, что все дети с синдромом Дауна воспитываются в семьях, а не в специальных учреждениях вне дома. Многие из них посещают обычные школы, где учатся читать и писать. Большинство взрослых с синдромом Дауна имеют работу, находят друзей и партнеров, могут вести полноценную и достаточно независимую жизнь среди обычных людей. Наша страна — пока в начале этого пути.

    Используем новые методы обучения

    Рост популярности программ ранней педагогической помощи обусловлен результатами их внедрения. Сравнительные исследования показали, что дети, с которыми занимались по таким программам, к моменту поступления в детский сад и в школу умели уже гораздо больше, чем те, кого они не коснулись.

    Многие дети стали посещать обычные местные школы, где они обучаются в общих классах по индивидуальным программам. Согласно исследованиям, все дети показывают лучшие успехи в образовании в условиях интеграции.

    Находясь среди типично развитых сверстников, особый ребенок получает примеры нормального, соответствующего возрасту поведения. Посещая школу по месту жительства, эти дети имеют возможность развивать взаимоотношения с детьми, живущими по соседству. Посещение обычной школы является ключевым шагом к интеграции в жизнь местного общества и общества в целом.

    Дети со средними и даже с тяжелыми нарушениями учатся читать и писать, общаются с окружающими их «здоровыми» людьми. Они овладевают этими умениями не потому, что им дают какое-то «лекарство», а потому, что их учили тому, что нужно, тогда, когда нужно, и так, как нужно. В нашей стране также создаются центры ранней педагогической помощи и начинаются попытки интегрированного образования таких детей. В 1998 г Министерство Образования России рекомендовало к широкому использованию Программу ранней педагогической помощи детям с отклонениями в развитии «Маленькие ступеньки», авторы: М. Питерси, Р. Трилор.

    Нельзя сказать, что дети с синдромом Дауна просто отстают в своем общем развитии и таким образом нуждаются только в упрощенной программе. Они имеют определенный «профиль обучаемости» с характерными сильными и слабыми сторонами. Знание факторов, которые облегчают или затрудняют обучение, позволяет учителям лучше составлять планы и подбирать задания, а также успешнее работать над их выполнением. Таким образом, во внимание должны быть приняты характерный «профиль обучаемости» и приемы, успешные при обучении детей с синдромом Дауна, наряду с индивидуальными способностями, увлечениями и особенностями каждого ребенка.

    Обучение детей с синдромом Дауна опирается на их сильные стороны: хорошее зрительное восприятие и способности к наглядному обучению, включающие способность выучить и использовать знаки, жесты и наглядные пособия; способность выучить написанный текст и пользоваться им; способность учиться на примере сверстников и взрослых, стремление копировать их поведение; способность обучаться по материалам индивидуального учебного плана и на практических занятиях.

    Взаимоотношения с родителями, со сверстниками

    Эмоционально дети с синдромом Дауна мало чем отличаются от своих здоровых сверстников. Из-за более ограниченного, чем у «обычных» детей, круга общения, дети с синдромом Дауна больше привязаны к родителям. Дружеские отношения со сверстниками представляют для таких детей особую ценность. Подражая им, дети с синдромом Дауна могут учиться, как вести себя в бытовых ситуациях, как играть, как кататься на роликах, велосипеде.

    В целях установления позитивных, дружеских отношений между детьми-инвалидами и нормально развивающимися сверстниками должны проводится программы взаимной поддержки и шефства учащихся и вовлечения детей-инвалидов во внеклассные занятия — кружки, секции и др. В рамках программ взаимной поддержки нормально развивающиеся дети помогают детям-инвалидам выполнять задания, готовиться к «контрольным», участвовать в других классных и внеклассных занятиях и мероприятиях и др. Это важно прежде всего для «здоровых» детей потому, что создает благоприятную учебную среду для всех детей. Опыт показывает, что именно так утверждается приоритет общечеловеческих ценностей, свободного развития личности, воспитывается гражданственность, толерантность, уважение к правам и свободам человека.

    В демократических странах многие молодые люди с синдромом Дауна после окончания школы получают начальное профессиональное образование, в той или иной степени соответствующее их интересам и возможностям. Это позволяет им найти работу в самых различных областях. Они могут работать помощниками воспитателей в детских садах, помощниками среднего медицинского персонала в клиниках и социальных учреждениях, выполнять различную техническую работу в офисах (особенно хорошо осваивают работу на компьютере), работать в сфере обслуживания — кафе, супермаркетах и видеотеках, а также вести другую профессиональную деятельность. Известны случаи, когда люди с синдромом Дауна занимаются творчеством в изобразительном искусстве, музыке, хореографии, театре и кинематографе. В 1997 году актер с синдромом Дауна Паскаль Дюкен получил на Каннском фестивале главный приз за исполнение лучшей мужской роли!

    «Утенок умеет летать, а я — нет. У него есть крылья, а у меня — нет. У него длинный нос, а у меня — короткий. Утенок умеет плавать, и я тоже умею плавать. Утенок хороший и добрый. Как он выглядит? Я уже сказала, что у него длинный нос. Он желтый в крапинку, покрытый пухом. Допустим, я иду в лес, у меня вырастает длинный нос, вырастают перья, я становлюсь желтая в крапинку, у меня есть крылья, я могу летать по небу! И я — утенок!»

    Это сочинение на тему «Я — как будто животное, в движении» написала наша дочь Вера, ученица 7 класса. Кажется, невеликое достижение для человека в 15 лет, но только не для того, у которого синдром Дауна.

    Этот диагноз ей поставили еще в роддоме, почти сразу после рождения, чем надолго ввергли нас с женой в пучину тяжелых переживаний. Вся радость и торжество от рождения ребенка вывернулись наизнанку.

    Утешили нас спустя год на Европейском конгрессе организаций родителей, дети которых родились с синдромом Дауна. Мы увидели глаза этих родителей, спокойно и уверенно смотрящие в мир, и — со светом любви и радости — на нашего ребенка. Мы узнали название этого взгляда — «стимулирующий», воодушевляющий на жизнь и развитие. До этого были нервные поиски информации, советы вроде «просто заботьтесь о ней» и надежда на то, что диагноз ошибочен, за которую можно спрятаться хотя бы на время.

    С первыми успехами Веры появилась радость общения, и постепенно мы сами научились «светить» глазами на свою дочь. Научились относиться к ребенку — своему и другим — с ожиданием успехов, научились создавать «развивающее окружение», что, конечно, нелегко в нашей жизни.

    Утешило бы нас раньше, при ее рождении, это будущее сочинение и длинный список достижений, включая последние — занятия танцами в стиле фламенко и тренировки в секции бадминтона? Думаю, да.

    Расстроили бы нас все те трудности — «барьеры», которые мы привычно преодолеваем в повседневной жизни, огорчения, которые настигают внезапно, когда встречаешь ее ровесниц и ровесников, значительно более умелых и самостоятельных? Наконец, те усилия, которые вся семья, включая ближайших родных, прикладывали для ее развития и воспитания? Не знаем.

    Мы стали другими — более сильными, более храбрыми и более старыми.

    Но еще будучи моложе и самонадеяннее, мы создали организацию родителей — Ассоциацию «Даун Синдром», чтобы защищать права наших детей, как это делают такие же родители на Западе, и передавать дальше обобщенный опыт.

    президент МООИ «Общество «Даун Синдром» (Ассоциация у «Даун Синдром»)

    www.7ya.ru

    Необычные дети в обычной школе: за и против

    — У меня ребенок-инвалид, с детским церебральным параличом с сохранным интеллектом. Ребенок передвигается самостоятельно, полностью сам себя обслуживает. Легкая задержка психического развития, стертая дизартрия, всё. По заключениям всех ПМПК, ребенок готов к общеобразовательной школе, а я боюсь. Потому что мои амбиции – это мои амбиции. Да, я хочу, чтобы он закончил общеобразовательную школу. Мне очень хотелось бы. А сможет ли он потянуть вот эту общеобразовательную программу? Я сейчас столкнулась с такой ситуацией, что когда после коррекционного садика я для социализации отдала его в ортопедический сад, ортопедическую группу, где не 5 детей, 17, ребенок пережил стресс. Почему? Он сохранный, он понимает, что он не такой, как они. У него элементарно не получается взять листочек и ровненько сложить. И у ребенка истерика: как же так, там он был лидером, а здесь он хуже, чем другие. В итоге – я сама психолог, но мне пришлось обратиться за помощью к психологу. И мне, и ребенку.

    – У нас в школе толерантная среда. И по сию пору здороваются дети, даже в Плесе, где мы отдыхали: "Вася, здравствуй, как твои дела?" Я понимаю, что это ребенок из нашей школы. Большая школа, много классов. Единственное, что каждый год, когда приходили новые первоклассники, было такое хи-хи. Я обычно сразу в стойку, как дура. На самом деле этого ничего не нужно, потому что они один раз обернутся, второй, на третий привыкнут. Наоборот, ко мне подходили, говорили: "Что вы его ругаете?" "Виноват, – говорю, – потому что". "Да он же хороший". Они его от меня защищали. Я их никого не знаю. Они же просто видят мои растерянные глаза, потому что я его постоянно искала. На переменах, пока я с учителем разговариваю, он у меня уже где-то растворился, часто в раздевалке. Но первым делом я шла в библиотеку. Это был единственный ребенок в школе, которого искать надо было в библиотеке. Но если библиотека закрыта, то надо искать по школе. Встречаются ребята и говорят: "Вася там, под лестницей сидит, во взрослой раздевалке". И на уроке все были готовы помочь. Это ничего не стоило организовать. Помощь детей, введение в урок.

    Я ничего не имею против учителей. Им сказали: "Мы его не учим". Если бы им сказали: "Мы его учим", то было бы так. На четвертый год нашего обучения меняется педагог, и он вдруг мне говорит: "Я его учить не буду". Я уже там четыре года, я там работала до этого несколько лет. И у меня все сжимается. А это педагог, который 100 тысяч получил на конкурсе педагогов. То есть передовой из передовых. И я говорю: "Да вы не учите, не учите. Мы тут так просто сидим". Вы не представляете, как это обидно.

    – Я пришла в восьмой класс со своим ребенком, который до этого сидел дома и его не брали никуда и никогда. Взяли меня, взяли и его, и дальше у меня была задача сделать так, чтобы я для этих детей стала любимой учительницей. Тогда они в нагрузку будут относиться не так жестоко к моему ребенку. Ровно так и получилось. Но это должно быть честно. Я не должна их использовать, а я действительно должна быть для них настоящей любимой учительницей. То есть мотивация учительская и родительская. Это единственное, что работает. И тогда остальные учителя, которые относятся тоже не очень толерантно, видя, как человек изо всех сил сбивает сметану, тоже начинают помогать. Потому что, когда видят, что родитель ничего ни от кого не требует, а только сам бьется, всегда образуются рядом хорошие люди. И атмосфера меняется. То есть травить этого ребенка среди учителей становится уже не модным. Это единственный работающий путь.

    www.svoboda.org

    В московской школе разгорается скандал из-за «солнечного ребенка»

    Родители школьников потребовали убрать с общей фотографии класса изображение 7-летней девочки с синдромом Дауна.

    Это дочь классного руководителя, она постоянно находилась в школе, общалась с детьми, а вот взрослые такой импровизированный тест на человечность не прошли. Наш корреспондент Максим Уразаев — о слишком разных людях.

    Одноклассники и многие родители винят в этом Машу, семилетнюю дочь учительницы. Вот она на фотографии в школьном альбоме. Вроде бы все как у всех, аккуратная прическа, белый бант. Нужно очень постараться, чтобы на фото разглядеть особенность девочки – синдром Дауна. Только это и стало поводом убрать Машу – из альбома, а заодно и из жизни класса.

    Ася Синяева: «Одна девочка… Она ругалась на нее, что она делает у нас в классе? Это проблема учительницы, что ее некуда деть?».

    Учительнице матери-одиночке было не на кого оставить дочь. Няня уволилась. Пришлось брать девочку с собой на работу. Никого из родителей это не смущало. До тех пор, пока фотография Маши не оказалась в школьном альбоме. Среди учеников класса. Ошибка фотографа – а отвечать девочке и ее матери. На нападки в социальных сетях и в жизни.

    «Родители детей 100% правы, зачем на фотографиях, за которые они заплатили деньги, физиономия Дауна? Это то же самое что пятно с браком на фото! И конечно такому больному ребёнку не место в обычной школе».

    Татьяна Радаева: «А кто кого учит ненавидеть? Ничего подобного. Есть вещи, которые вызывают здоровое отвращение».

    Ноэма Петрова, председатель родительского комитета 4 класса школы №1392 им. Д.В.Рябинкина: «Мы в классе случайно узнали, что у нас есть такой ребенок. И мы должны были знать, что ребенок такой. Чтобы мы детей могли подготовить».

    Вслед за родителями многие школьники и правду оказались не готовы общаться и считаться с особенной девочкой. Для десятилетних детей само слово Даун – скорее ругательное, к тому же хороший повод снять на видео.

    Сандро Чантурия, ученик 4 класса школы №1392 им. Д.В.Рябинкина: «К ней приставали и ее били. Потому что она их тоже била. Дергала за волосы».

    Не готов к такому повороту событий оказалось и директор заведения. Как это убрать Машу? Не по статусу это. Школа-то инклюзивная, в ней вместе обучаются и абсолютно здоровые дети, и дети с особенностями развития.

    Денис Бахарев, директор ГБОУ школы №1392 им. Д.В.Рябинкина: «Что касается педагога, он уже нашла няню, которая будет сопровождать ее ребенка. Мама готовит документы для того, чтобы подать их на зачисление ребенка в первый класс. Учреждение готово обучать ребенка в нашей школе».

    Школа фигурного катания в Петербурге может и толерантности научить. Здесь, на одном льду, тренируются олимпийские чемпионы – действующие и, вероятно, будущие и спортсмены с особенностями.

    Дмитрий Козлов, председатель общественной организации «Даун-центр»: «То, что произошло в Москве у меня как у родителя, и у как у председателя общественной организации за права детей с синдромом Дауна, вызвало недоумение. Вот этим родителям, им нужно помочь этой учительнице, а не отталкивать от себя и учительницу и ребенка. У них в классе зло побеждает добро».

    Дочь Дмитрия, фигуристка с синдромом Дауна, делает те же элементы, что и здоровые дети. На олимпийский лед, Майя, конечно, не выйдет. Для людей с ее особенностями есть специальная Олимпиада Special Olympics. На льду все удается, но сложнее не забыть закрывать рот. Некоторым родителям рты не закроешь. Есть и такие – молчать не намерены, поддерживают учителя и ее дочь, хотя родительский комитет класса решил альбом переделывать и Машу все же убирать.

    Ольга Синяева: «Я альбом оставлю такой как есть. Меня в нем все устраивает».

    Родители и школьники ничего противозаконного, казалось бы, не сделали, но будут наказаны. Как минимум порицанием общественности. Десятки жителей Москвы захотели сфотографироваться с особенным ребенком. Об этом пишут в социальных сетях. Правда неизвестно, захочет ли сама Маша когда-либо появляться на фото. После случившегося мама с девочкой ушла на больничный.

    m.5-tv.ru

    Внешние ссылки откроются в отдельном окне

    Они сидят за одной партой во втором классе московской образовательной школы. Оба поглощены заданием — что-то вырезают. 8-летний Иван и его ровесница Соня, родившаяся с синдромом Дауна.

    Право на совместное обучение детей здоровых и с ограниченными возможностями закреплено в статье 79 Закона об образовании. На практике школ, где дети с расстройствами аутентичного спектра, хромосомными патологиями и прочими серьезными заболеваниями учились бы вместе с обычными — единицы на всю страну. И все же эксперты уверены, что будущее за инклюзивным образованием. Почему – в завершающем материале bbcrussian.com о современной российской школе.

    Идея развития «школы для всех» поддерживается в России на самом высоком уровне. В октябре российский лидер Владимир Путин заявил, что «инклюзивное образование крайне важно для всех членов общества — и для людей с ограниченными возможностями, и для детей, у которых нет проблем со здоровьем».

    Для экспертов вопрос целесообразности «школы для всех» уже не стоит.

    Однако здесь «слишком много подводных рифов, каждый из которых нужно обойти, чтобы не дискредитировать эту замечательную идею», считает он.

    «С чего это мы взяли, что родители здоровых детей жаждут, чтобы рядом с ними учились больные дети, которые даже выглядят необычно», — отмечает Ямбург.

    Мнение мамы ученицы одной из школ СЗАО Москвы, у которой в одном классе с дочерью учится ребенок с нарушениями психики, как ничто лучше подтверждает эти слова.

    «Я против категорически! Этот мальчик представляет опасность для окружающих детей. Однажды он ударил одноклассника, и ему ничего за это не было, учитель всегда на его стороне», — говорит собеседница Би-би-си, попросившая не называть её имя.

    Елена Волкова, директор московской школы № 1447, около 10% учеников которой — дети с серьезными проблемами со здоровьем, включая аутизм и синдром Дауна, называет такой подход предсказуемым.

    «Совершенно обычные дети в школе могут ссориться, толкать друг друга – это присуще детям на фоне становления личности, отстаивания интересов. Для большинства это поведение типично, но поступки особенных всегда под более пристальным вниманием», — объясняет она.

    «Если проблема инклюзивного образования будет решаться неподготовленными людьми, это будет опасно и для здоровых, и для больных», — считает он.

    В предыдущих материалах речь шла о новых стандартах образования, принятых в России.

    По его словам, работа учителя резко изменилась. Теперь от него требуется поменять свой подход к урокам, поскольку новое регулирование направлено на развитие ребенка, его особенностей, а не на объем материала.

    «Это потрясающе — видеть, каких результатов могут добиться эти дети», — делится впечатлениями от работы преподаватель танцев в инклюзивной школе Вадим Мартынов.

    Но и их статичную картинку можно изменить, это вопрос терпения, убежден Мартынов.

    На пути к «школе для всех» есть одна остановка, на которой в некоторых случаях все и заканчивается.

    Директор такой школы Ирина Сивцова объясняет, что под одним образовательным учреждением у нее объединены более 10 подразделений, в том числе для детей с интеллектуальными нарушениями, для детей с девиантным поведением (совершившим правонарушение – прим. bbcrussian.com), а также интернат для глухих и слабослышащих детей.

    Однако все они поют вместе, танцуют, работают над проектами и лучше узнают друг друга, продолжает Сивцова.

    По ее словам, долгие годы «в стране проводилась сегрегация особенных детей в резервациях».

    «В нашей школе есть возможность познакомить эти миры один с другим, но сделать это деликатно», — добавляет она.

    Профессор Хельсинского университета, почетный профессор факультета психологии МГУ Яркко Хаутомаки консультирует российских специалистов по специальному образованию с 1970-х годов.

    Он убежден, что переход к «школе для всех» в России происходит медленно, однако так было и в других странах.

    «Здесь нужны хорошие примеры. Чиновники могут издать указ, но учитель поверит в себя, в то, что и он может заниматься с особыми детьми, только увидев, как другие учителя делают это», — считает он.

    По его словам, в министерстве есть уверенность, что новые стандарты образования, речь в которых идет и о детях с особыми потребностями, это правильное решение.

    Обычная школа в России — не для особых детей?

    Поделиться сообщением в

    Внешние ссылки откроются в отдельном окне

    «Это — верная стратегия, в рамках которой развивается весь мир», — рассказал bbcrussian.com доктор педагогических наук, член-корреспондент РАН Евгений Ямбург.

    Остановимся подробнее на самых коварных.

    «Опасность для окружающих»

    Школам с детьми-инвалидами нужны пандусы, лифты, тьюторы для сопровождения таких детей на переменах и вообще гораздо больше финансовых средств, которых в государственных образовательных учреждениях и так бывает недостаточно. Но любой специалист, занимающийся проблемой инклюзивного образования, скажет, что главная проблема — «в голове».

    «Наша школа первой в России перешла на систему «школа для всех», еще в 2004 году, и у нас нет ни одного подтверждения тому, что дети с ограниченными возможностями, в том числе психическими, более опасны или агрессивны», — утверждает Волкова.

    При этом работа с детьми «менее ювелирная», чем с их родителями. «Если дети с первых классов привыкли видеть вокруг себя детей на колясках, детей не таких, как остальные, они легко принимают их. Причем не только в школе», — считает директор.

    В восьмом классе ее школы учится подросток с синдромом Дауна. Большинство одноклассников рассказали нам, что воспринимают его нормально, без предрассудков, и уж тем более у них не возникает мысли поиздеваться над ним. Лишь один молодой человек признался, что в обществе «колясочников» и «даунов» ему некомфортно, однако он пришел в эту школу не так давно.

    Для работы со смешанным контингентом учащихся нужна особая компетенция, убежден Евгений Ямбург.

    «Впервые за все время истории обучения школа переориентирует учителей на задачи, которые нужно ставить, учитывая особенности детей. В том числе детей с ограниченными возможностями», — рассказал Русской службе Би-би-си заместитель департамента государственной политики в сфере общего образования министерства образования и науки Павел Сергоманов.

    Тем же, кому этот подход изменить удалось, работа в «школе для всех» доставляет даже больше удовольствия, чем в обычной.

    «С детьми с синдромом Дауна вообще нет проблем, они умницы. А вот с аутистами особая специфика, у них другое восприятие, они не совсем понимают образы», — рассказывает он.

    Инклюзивная или интеграционная?

    Речь идет о школе интеграционной, где особенные дети учатся отдельно от обычных, однако общаются на школьных праздниках и других мероприятиях.

    Такая схема кажется ей наиболее оптимальной. «С одной стороны, у нас сохранилась образовательная траектория — дети с интеллектуальными проблемами не мешают тем, у кого повышенный мотивационный уровень».

    Если взять глухих, то у них было свое сообщество, они «жили в этой среде и только в ней, создавали там семьи, им не было места в большом мире, и мир тоже не знал, как вести себя с ними».

    «Сейчас в Финляндии почти нет коррекционных школ, но мы начали в 1968 году. Тогда мы поняли, что дети с синдромом Дауна очень легко могут быть интегрированы в обычную школу, по крайней мере в начальную и среднюю, слепые дети также легко. Со слабослышащими труднее, но и с ними это возможно», — рассказывает он bbcrussian.com.

    Перемены в школе – дело небыстрое, поскольку это очень консервативная область, согласен с ним Павел Сергоманов из министерства образования.

    «Но мы по-прежнему хотим оставить в прошлом школу, в которой требовалось изучить формулу, много формул, чем больше, тем лучше. Этот закапсулированный, забетонированный, непроницаемый к сигналам внешнего мира внутренний анклав», — говорит он.

    «Государство действует в рамках программ и проектов. Какие-то проекты совершаются, какие-то нет. Этот проект должен совершиться. Он не быстрый. Но в образовании нужно иметь длинную волю», — убежден Павел Сергоманов.

    www.bbc.com

    Может ли ребенок с инвалидностью учиться в обычном школьном классе?

    В 2016 году Минобрнауки опубликовал приказ об инклюзивном образовании, который дал родителям детей с особенностями развития или инвалидностью право выбора — отдавать своего ребенка в коррекционную школу или общеобразовательную. И хотя право на совместное обучение детей с нормальным развитием и с особенностями закреплено законом, по-прежнему популярен стереотип о том, что особенные ученики не должны посещать общеобразовательную школу, потому что будут отставать от своих одноклассников или перетягивать на себя внимание учителей. «Такие дела» попросили руководителя отдела инклюзивного образования «Перспектива» Марию Перфильеву рассказать, кто поддерживает этот стереотип и почему лучше воздержаться от сравнений.

    Мария Перфильева Фото: из личного архива

    Мария Перфильева, руководитель отдела инклюзивного образования региональной общественной организации людей с инвалидностью «Перспектива»

    Фонд поддержки детей в трудной жизненной ситуации проводил исследование об инклюзивном образовании, где говорилось, что практически все родители — и детей с особенностями развития, и без них — хотели бы, чтобы их дети учились вместе. Вместе с тем опросы показывают, что только треть граждан (32%) считают обычный учебный класс оптимальным для детей с ДЦП. В случае ребенка с синдромом Дауна или аутизмом за обычный класс выступают только 7% респондентов, с нарушениями слуха или зрения — 6% респондентов, а в случае проблем умственного развития — 4%.

    Есть стереотип, что раз человек на инвалидной коляске, то у него априори не все в порядке с мозгами, но это не так. Нет никаких сведений о том, что дети с инвалидностью хуже усваивают урок или хуже успевают именно в силу своих особенностей.

    Естественно, дети с синдромом Дауна и без него будут усваивать информацию по-разному как раз в силу физиологии. Но это не значит, что ребенок с синдромом Дауна будет отставать в обучении — у него просто своя программа. Его нельзя оценивать относительно других детей. Если все остальные на уроке химии пишут формулы, то он просто фиксирует изменения цвета в пробирке. Но это тоже учеба, и он вместе со всеми посещает урок.

    Дети с задержкой психологического развития уже очень давно учатся в обычных школах, но по специальным программам, и их никто не сравнивает с другими детьми и не должен сравнивать. Есть очень успешные примеры, практики и истории детей с особенностями развития, которые учились вместе со всеми и абсолютно вписаны в общество. Например, в Самаре школьник с аутизмом стал с удовольствием играть с одноклассниками и получил сертификат за активное участие в конференции. Если ребенок действительно включен с самого начала, то преград у него не существует.

    Конечно, бывают разные случаи, когда дети не успевают в школе. Любой ребенок — даже незрячий —может проиграть всю ночь в компьютерную игру, и на утро в школе ничего ему не надо, он сидит смурной и ничего не может ответить. Но это не значит, что его когнитивные способности хуже, чем у других. Педагогически запущенный ребенок, ребенок из неблагополучной семьи тоже может отставать в обучении, плохо усваивать информацию. Это касается всех детей, которые имеют некие специальные потребности в обучении — независимо от того, есть ли у них какие-то медицинские показания!

    Основное непонимание идет от педагогов. Потому что это а) стереотипы и б) абсолютное неумение и нежелание изменить ситуацию. Вот, например, есть три ученика с особенностями развития, у них своя программа обучения, но они сидят в общем классе. «Как это я буду с ними управляться?»— говорят некоторые учителя. На самом деле это говорит о плохой подготовке, что они не знают и не понимают, что такое инклюзивное образование.

    Когда учитель дает задание ребенку с ДЦП начертить что-нибудь, и ему ясно, что эту работу за ребенка сделает мама, при этом сопровождает он свои слова фразой: «Ну, вы же хотели равноправия, вот и получите», что это вообще такое? Просто садизм. Отчасти такое происходит потому, что учитель не знает, как иначе включить ребенка в процесс на уроке черчения, если у ребенка руки трясутся. Значит, учителям надо давать больше информации, показывать удачные практики.

    Самим детям все равно, как выглядит их одноклассник, какими приспособлениями пользуется, они его рассматривают совершенно по другим параметрам. Все стереотипы, которые появляются у детей — это стереотипы взрослых. Если не обсуждать с детьми толерантность, то годам к 13 у них складывается стереотипное отношение к людям с инвалидностью, которое навеяно извне. Когда ты начинаешь у этих детей спрашивать, почему ты думаешь, что ученик, который пользуется инвалидной коляской, менее способен, чем все остальные? Отвечает: «Ну не знаю, вот так от учительницы слышал…»

    Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — в телеграм-канале «Таких дел». Подписывайтесь!

    • 18:17 В Воронеже продавец мебели спас жизнь пожилой клиентке
    • 16:36 СК Ставропольского края проверит информацию об истязании 8-летнего мальчика в приюте
    • 15:17 Комитет Госдумы одобрил законопроект о возможности создания курилок в аэропортах
    • 14:14 В Кремле опровергли сообщения о готовности президента выделить 10 триллионов рублей на социальную сферу
    • 13:52 ВЦИОМ: 54% молодых россиян заявили о необходимости займов до зарплаты
    • 13:09 В Тверской области спасатели вытащили застрявшую в яме с битумом лосиху
    • 12:30 Правозащитники РФ и мира направили крупнейшим интернет-ресурсам открытое письмо в защиту Telegram
    • 11:43 Суд Москвы обязал лечиться от наркомании адвоката, съевшего материалы дела
    • 10:52 Школьникам подмосковного Волоколамска разрешили позже приходить на занятия из-за запаха со свалки
    • 10:07 В России многократно выросло число жалоб на домашнее насилие
    • 09:15 Школьники из подмосковного Королева пожаловались на принуждение участвовать в акции «Бессмертный полк»
    • 08:34 «Известия»: Совфед предлагает штрафовать россиян за распространение ложной информации
    • 23. 04. 2018 В Петербурге таксист из-за усталости увез ребенка с инвалидностью без матери
    • 23. 04. 2018 В Петербурге задержали замглавврача Александровской больницы за фиктивное лечение
    • 23. 04. 2018 «Не справляетесь сами? Сдайте в интернат!»: активистка борется за включение мобильных подъемников в перечень льготных средств реабилитации

    Загрузить ещё

    На Ваш почтовый ящик отправлено сообщение, содержащее ссылку для подтверждения правильности e-mail адреса. Пожалуйста, перейдите по ссылке для завершения подписки.

    Если письмо не пришло в течение 15 минут, проверьте папку «Спам». Если письмо вдруг попало в эту папку, откройте письмо, нажмите кнопку «Не спам» и перейдите по ссылке подтверждения. Если же письма нет и в папке «Спам», попробуйте подписаться ещё раз. Возможно, вы ошиблись при вводе адреса.

    Исключительные права на фото- и иные материалы принадлежат авторам. Любое размещение материалов на сторонних ресурсах необходимо согласовывать с правообладателями.

    По всем вопросам обращайтесь на [email protected]

    Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter

    Решением Совета Фонда

    помощи социально-незащищенным гражданам

    «Нужна помощь» от 2016 г.

    1. Значение настоящей публичной оферты
      1. Настоящая публичная оферта («Оферта») является предложением Благотворительного фонда помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь» («Фонд»), реквизиты которого указаны в п. 5 Оферты, заключить с любым лицом, кто отзовется на Оферту («Донором»), договор пожертвования («Договор») на уставные цели Фонда, на условиях, предусмотренных ниже.
      2. Оферта является публичной офертой в соответствии с пунктом 2 статьи 437 Гражданского кодекса Российской Федерации.
      3. Оферта вступает в силу со дня, следующего за днем размещения ее на Сайте Фонда в сети Интернет по адресу: nuzhnapomosh.ru.
      4. Оферта действует бессрочно. Фонд вправе отменить Оферту в любое время без объяснения причин.
      5. В Оферту могут быть внесены изменения и дополнения, которые вступают в силу со дня, следующего за днем их размещения на Сайте Фонда.
      6. Недействительность одного или нескольких условий Оферты не влечет недействительности всех остальных условий Оферты.
      7. Местом размещения Оферты считается город Москва, Российская Федерация.
    2. Существенные условия Договора
      1. Сумма пожертвования: сумма пожертвования определяется Донором, В случаях, предусмотренных п. 4.3 Оферты, устанавливается минимальный размер пожертвования.
      2. Назначение пожертвования: реализация уставных целей Фонда.
      3. Порядок заключения Договора
        1. Договор заключается путем акцепта Оферты Донором.
        2. Оферта может быть акцептована Донором любым из следующих способов:
          1. путем перечисления Донором денежных средств в пользу Фонда платежным поручением по реквизитам, указанным в п. 5 Оферты, с указанием «пожертвование на уставную деятельность» либо «пожертвование на реализацию Благотворительной программы «Нужна помощь.ру», в строке: «назначение платежа», а также с использованием платежных терминалов, пластиковых карт, электронных платежных систем и других средств и систем, позволяющих Донору перечислить Фонду денежные средства;
          2. путем направления Донором короткого сообщения (SMS) cо следующими словами (регистр и транслитерация значения не имеют):

            — sos (сумма по-умолчанию 25)

            — dzhaz (сумма по-умолчанию 50) — для сбора пожертвований на фестивалях «Усадьба Джаз»

            — afisha (сумма по-умолчанию 200) — для сбора на фестивалях «Пикник-Афиша»

            — novaya (сумма по-умолчанию 50) — для публикации в издании «Новая» [далее сумма платежа в рублях] на короткий номер 3443, используемый в целях сбора пожертвований на реализацию Благотворительной программы «Нужна помощь.ру»;

          3. путем помещения наличных денежных средств (банкнот или монет) в ящики (короба) для сбора пожертвований, установленные Фондом или третьими лицами от имени и в интересах Фонда в общественных и иных местах.
          4. Особенности порядка заключения Договора для реализации проекта «Пользуясь случаем» («Проект»), осуществляемого в рамках благотворительной программы Фонда, предусмотрены п. 4 Оферты.
          5. Совершение Донором любого из действий, предусмотренных пунктом 3.2 Оферты, считается акцептом Оферты в соответствии с пунктом 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации.
          6. Датой акцепта Оферты и, соответственно, датой заключения Договора является дата поступления денежных средств от Донора на расчетный счет Фонда, а в случае, предусмотренном п. 3.2.3 — дата выемки уполномоченными представителями Фонда денежных средств из ящика (короба) для сбора пожертвований.
          7. Проект «Пользуясь случаем»
            1. Условия о порядке заключения Договора, предусмотренный п. 3 Оферты, применяются к Договору для реализации Проекта, если иное прямо не предусмотрено настоящим п. 4 Оферты.
            2. Оферта Проекта может быть акцептована Донором любым из следующих способов:
              1. путем перечисления Донором денежных средств в пользу Фонда платежным поручением по реквизитам, указанным в п. 5 Оферты, с указанием «пожертвование на проект [номер мероприятия]» либо «пожертвование на реализацию благотворительного проекта „Пользуясь случаем“ [номер мероприятия]», в строке: «назначение платежа», а также с использованием платежных терминалов, пластиковых карт, электронных платежных систем, мобильного платежа и других средств и систем, позволяющих Донору перечислить Фонду денежные средства;
              2. путем помещения наличных денежных средств (банкнот или монет) в ящики (короба) для сбора пожертвований, установленные Фондом или организаторами мероприятий, осуществляемых в рамках Проекта, от имени и в интересах Фонда с указанием «на реализацию благотворительного проекта «Пользуясь случаем» в общественных и иных местах.
              3. В случае проведения акции или мероприятия, вход на которое осуществляется по предварительно полученным Донором в соответствии с п. 4.5 Оферты билетам («Событие»), организатор События вправе установить минимальный размер пожертвования для участия в Событии.
              4. В случае проведения События при акцепте Оферты Проекта способами, предусмотренными п. п. 4.2.1 и 4.2.2 Донор, помимо прочего, указывает адрес электронной почты в строке «назначение платежа» или в тексте короткого сообщения соответственно.
              5. В случае проведения События после акцепта Оферты Проекта в порядке, предусмотренном п. п. 4.2 и 4.4 Оферты, на [предварительно] указанный Донором адрес электронной почты будет выслан электронный билет для участии в Событии.
              6. Прочие условия
                1. Совершая действия, предусмотренные данной Офертой, Донор подтверждает, что ознакомлен с условиями и текстом настоящей Оферты, целями деятельности Фонда и Положением о благотворительной программе «Нужна помощь.ру», осознает значение своих действий, имеет полное право на их совершение и полностью принимает условия настоящей Оферты
                2. Настоящая Оферта регулируется и толкуется в соответствии с законодательством Российской Федерации.
                3. Реквизиты Фонда

                  Благотворительный фонд помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь»

                  125009, г. Москва, Столешников пер., д.6, стр.3

                  Номер счета получателя платежа: 40703810238000002575

                  Номер корр. счета банка получателя платежа: 30101810400000000225

                  Наименование банка получателя платежа: ОАО СБЕРБАНК РОССИИ г. Москва

                  Регистрируясь на интернет-сайте благотворительного фонда “Нужна помощь”, включающего в себя разделы “Журнал” (takiedela.ru), “Фонд” (nuzhnapomosh.ru), “События”(sluchaem.ru), («Сайт») и/или принимая условия публичной оферты, размещенной на Сайте, Вы даете согласие Благотворительному фонду помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь» («Фонд») на обработку Ваших персональных данных: имени, фамилии, отчества, номера телефона, адреса электронной почты, даты или места рождения, фотографий, ссылок на персональный сайт, аккаунты в социальных сетях и др. («Персональные данные») на следующих условиях.

                  Персональные данные обрабатываются Фондом для целей исполнения договора пожертвования, заключенного между Вами и Фондом, для целей направления Вам информационных сообщений в виде рассылки по электронной почте, СМС-сообщений. В том числе (но не ограничиваясь) Фонд может направлять Вам уведомления о пожертвованиях, новости и отчеты о работе Фонда. Также Персональные данные могут обрабатываться для целей корректной работы Личного кабинета пользователя Сайта по адресу my.nuzhnapomosh.ru.

                  Персональные данные будут обрабатываться Фондом путем сбора Персональных данных, их записи, систематизации, накопления, хранения, уточнения (обновления, изменения), извлечения, использования, удаления и уничтожения (как с использованием средств автоматизации, так и без их использования).

                  Передача Персональных данных третьим лицам может быть осуществлена исключительно по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

                  Персональные данные будут обрабатываться Фондом до достижения цели обработки, указанной выше, а после будут обезличены или уничтожены, как того требует применимое законодательство Российской Федерации.

                  Обработка Персональных данных может быть прекращена в любой момент путем направления Вами письменного заявления в Фонд или представителю Фонда по электронному адресу [email protected] .

                  takiedela.ru

Опубликовано в рубрике Дети