Это не любовь а невроз

Артур Янов: «Невроз — это борьба за любовь родителей»

У здорового человека нет фальшивого фасада. Он просто живет и дает жить другим, никому не завидует, не тревожится понапрасну, умеет находить источник радости в самом себе. Американский психолог и психотерапевт Артур Янов, автор мирового бестселлера «Первичный крик», объясняет механизм зарождения неврозов и способ с ними справиться — научиться выражать боль и обиду.

Невроз — это болезнь чувства. По сути, невроз — это подавление чувства и его трансформация в широкий диапазон невротического поведения.

Невроз развивается в тех случаях, когда рядом с ребенком находится человек, который должен его любить, но не любит в действительности. Он начинается как средство умиротворения невротических родителей путем отрицания или сокрытия определенных чувств в надежде, что «они» наконец полюбят несчастное дитя.

Если ребенку продолжают отказывать в поддержке и любви и у него нет отдушин для выхода боли первичных ран, то этот дополнительный натиск на и без того ослабленное «Я» приведет к формированию сильного нереального «Я», прикрывающего беззащитного ребенка. Впоследствии это нереальное «Я» начинает доминировать, защищая ребенка, но одновременно направляя его к развитию психоза.

Первичная боль — это потребности и чувства, подавленные или отринутые сознанием

Если находится человек, к которому маленький ребенок может обратиться со своими первичными чувствами, человек, который поможет ему понять, что он чувствует, человек, который сможет поддержать его, то велик шанс того, что сознание ребенка не расщепится, и он не станет кем-то другим.

Первичная боль — это потребности и чувства, подавленные или отринутые сознанием. Они причиняют боль, потому что им отказано в выражении и удовлетворении. Вся эта боль сводится к следующему утверждению: «Я не могу быть любимым и лишен надежды на любовь, если в действительности стану тем, кто я есть на самом деле».

Когда ребенок еще мал и его организм пока достаточно крепок, он может выдержать очень мощную защиту, сопряженную с весьма большим напряжением. Проходят годы хронического, постоянного напряжения, уязвимые органы и системы не выдерживают нагрузки и начинают отказывать.

Для того чтобы снова обрести цельность, надо почувствовать и распознать расщепление и испустить крик воссоединения, который восстановит единство личности. Чем интенсивнее ощущает пациент расщепление, тем интенсивнее и глубже переживание воссоединения расщепленных частей сознания.

Реально, по-настоящему почувствовать себя отвергнутым означает извиваться от боли во время прихода первичного чувства — значит ощутить себя брошенным, покинутым, нежеланным ребенком. Когда пациент прочувствует это, у него не останется больше чувства отверженности, оно будет исчерпано — останется только чувство того, что действительно происходит в каждый данный момент.

Для того чтобы невротик снова обрел способность чувствовать, он должен вернуться назад и стать тем, кем он никогда не был, — страдающим ребенком. Когда устанавливаются связи между разумом и болью, то психосоматические симптомы быстро проходят.

У здорового человека нет фальшивого фасада. Он просто живет и дает жить другим, умеет находить источник радости в самом себе. Он удовлетворен тем, что у него есть, не завидует другим, не хочет того, что хотят они, и не требует для себя того же, чем обладают эти другие. Это значит, что он позволяет другим — своей жене, своим детям, своим друзьям — быть и оставаться самими собой. Он не живет их достижениями и их успехами, не пытается растоптать в них малейшие признаки счастья и радости жизни.

Невротик тратит настоящее на то, чтобы изжить прошлое

Невротик, беспомощный перед своей первичной болью, часто нуждается в эксплуатации других, для того чтобы ощутить свою важность, которой он иначе не чувствует. Так как невротик постоянно находится не там, где он есть на самом деле, то он и не может быть довольным в течение какого-то, более или менее продолжительного времени. Настоящее он тратит на то, чтобы изжить прошлое.

Здоровый человек не ищет смысла жизни, ибо смысл этот возникает сам из его чувств. Смысл жизни определяется тем, насколько глубоко человек чувствует свою жизнь (жизнь как свои внутренние переживания). Отсутствие чувства — вот что разрушает личность и ее представление о самой себе, и, кроме того, отсутствие чувства позволяет разрушать личности других людей. От кого-то другого мы не можем получить истинного чувства. Сначала мы учимся чувствовать самих себя, а потом мы чувствуем себя, чувствуя других. Чем ближе становится человек самому себе, тем ближе становится он и другим.

Любовь — это то, что устраняет боль. Можно сказать, что любовь и боль являют собой полярные противоположности.

Любовь — это то, что усиливает и укрепляет ощущение собственной личности; боль же подавляет собственное «Я».

Любить — значит дать другому свободу роста и самовыражения. Решающее условие — оставаться самим собой и разрешить другому вести себя совершенно естественно. Определение любви в рамках первичной теории можно сформулировать так: дать человеку быть самим собой.

Невротик ищет в любви ощущения собственной личности, каковой ему никогда не позволяли быть. Он хочет найти такого человека — особого человека, — который научил и заставил бы его чувствовать. Невротик склонен считать любовью все, чего ему недостает, и все, что мешает ему стать цельной личностью.

Истинная любовь имеет место тогда, когда юноша и девушка любят друг друга и принимают такими, какие они есть в действительности — включая и тела друг друга. Невротики же эксплуатируют тела других людей для удовлетворения старых детских потребностей. Это исключает установление равноправных отношении?. Суть заключается в том, что если вы — невротик, то сможете превратить любого другого человека в то, чем тот на самом деле не является.

Ребенок, воспитанный психически здоровыми родителями, не испытывает потребности идентифицировать себя с ними. Родители не хотят и не требуют этого от ребенка. Напротив, ребенку позволяют обладать теми свойствами личности, которые изначально присущи именно ему.

Невротическая тревожность — это страх оказаться беззащитным перед первичной болью и обидой. Невротическое поведение служит прикрытием боли. На самом деле отвергнута, изуродована и унижена была собственная личность и ее восприятие; поэтому нет ничего удивительного, что человек испытывает страх, когда это чувство становится близким к осознанию.

Единственный способ победить страх — прочувствовать боль и обиду

Невротическии? страх — это страх потери лжи, в которой постоянно живет невротик. Любая попытка разрушить ложь порождает страх, так как ложь всегда содержит в себе крупицу надежды. Самый сильный страх больной, проходящий курс первичной терапии, испытывает, когда вся его невротическая игра подходит к концу. Наша цель — пробудить его страх, чтобы подтолкнуть больного к его реальным чувствам. Единственный способ победить страх — прочувствовать боль и обиду. Страх остается, пока не прочувствована боль.

Невроз — и это стоит хорошенько запомнить — спасает и убивает одновременно. Он защищает реальное «Я», реальную личность от полного распада, но делая это, он погребает спасенную им реальную личность. Ребенок вырастает привязанным к созданной неврозом нереальной личности, которая парадоксальным образом выдавливает из него жизнь.

Чем ближе пациент оказывается к своему чувству, тем ближе становится он к реальности внешнего мира, тем острее будет он вглядываться в других людей, тем глубже будет осознавать социальные феномены. Чем сильнее блокирована внутренняя реальность, тем больше искажено восприятие реальности. Любое продвижение по пути к выражению чувства есть неоценимый дар больному.

Быть реальным — это значит быть спокойным и расслабленным, — у больного исчезают депрессия, фобии и тревожность. Уходит хроническое напряжение, а вместе с ними пропадают в небытие наркотики, алкоголь, переедание, курение, чрезмерная перегрузка на работе. Быть реальным — это значит перестать разыгрывать из своей жизни символическую драму.

Артур Янов (Arthur Janov) — американский психолог и психотерапевт. Автор теории «Первичной терапии», основатель и директор Центра первичной терапии в Калифорнии, США. Его пациентами были Джон Леннон, Йоко Оно и Стив Джобс.

Неврозы сильных мира сего

Снедаемые манией величия и нарциссизмом, политики и крупные бизнесмены стремятся к единственной цели — получить власть и… вечность. И эта страсть порой заставляет их забыть даже о собственных убеждениях, объясняют психолог Алексей Ситников и психоаналитик Жан-Пьер Фридман.

Что мешает женщинам за сорок устроить личную жизнь

Многие женщины, перешагнувшие порог сорокалетия, убеждены, что возраст — помеха для любви. Так ли это на самом деле? Или это лишь следствие распространенных заблуждений и попытка защититься от душевной боли?

www.psychologies.ru

Директор Института мозга: «Любовь с точки зрения ученого – это невроз»

Что такое любовь? Откуда берутся предчувствия? Почему человек склонен испытывать муки

«АиФ»: — Что такое любовь с точки зрения ученого? Неужели — банальная игра гормонов и время ожидания воплощения надежд?

Святослав Медведев: — Любовьс точки зрения ученого – это невроз. Что такое невроз? Вот кол на голове теши, но он ее любит или она его. Это действительно невроз, который совсем не вреден, без которого жить человеку плохо, ему нужны такие встряски. Если имеется в виду пылкая любовь или влюбленность, а не любовь супругов, которые прожили вместе лет 10-20, то этот невроз проходит несомненно. Но он обязательно нужен, потому что это мощная стимуляция. Заметьте, когда девушка влюбляется, она неожиданно хорошеет.

Влюбленный мужчина тоже становится лучше, он пытается сделать что-то хорошее. Это действительно мощная стимуляция человека, поэтому любовь нужна, это неврознужный.

«АиФ»: — Бывает, что человек идет наперекор своему предчувствию и попадает в сложную ситуацию. Что первично тут происходит – это мозг каким-то непостижимым образом предугадывает события или человек ставит психологический крюк и притягивает конкретную ситуацию?

М.С.: — Наше сознание и есть в каком-то смысле мозг. Нельзя сказать, что любовь– это какое-то действие в мозге. Что такое музыка? Это не колебание струны, это не колебание звуковой волны, это наше восприятие этих колебаний. Музыка рождается в мозге, а не на скрипке, поэтому разные люди воспринимают музыку по-разному.

Мозг – это материальный носитель наших чувств и предвкушений. Если у вас есть предчувствие, то, если вы не поленитесь и подумаете, почему оно у вас есть, наверное, потому что внутренне вы понимаете, что идете на сомнительное мероприятие. К тому же человек может настроить себя на неудачу, думая, что у него все равно ничего не получится. Один подходит к девушке, скажет ей два слова и они уже друзья, а другой и два слова сказать не может. И не потому, что он глупый, а потому что заранее знает, что получит отказ.

«АиФ»: — Почему муки совести возникают?

М.С.: — В мозге человека есть такой механизм. Называется он — детектор ошибок. Что это такое? Вы встаете утром, выходите из дома и вас что-то гложет. Вы возвращаетесь домой, выясняется, что вы забыли выключить свет или закрыть дверь. Детектор ошибок сообщает, что произошло что-то не так. Он не говорит «Привяжите ремни». Вы чувствуете себя неловко, потому что ремни не привязаны. Например, я утром бреюсь, пью чай или кофе и планирую предстоящий день. Мне не придет в голову, прийти на интервью в купальном костюме или в гавайской рубашке. Это не потому, что я думаю одеть то-то или то-то, а потому что у меня есть некая матрица, которая говорит: «Вот так надо». Матрица стандартного поведения. Я не раздумываю. Если вижу дождь, то понимаю, что идти без плаща нельзя. Что происходит, когда мы должны делать что-то, что не соответствует этой матрице? Человек стандартно должен говорить правду и детектор ошибок поправляет его, когда он совершает ошибку.

М.С.: — Он ощущает, что что-то не так. Представьте себе, что человек должен обмануть жену, ведь наша жизнь очень часто подразумевает и обман. Вы играете в карты, любая игра – это обман противника. Здесь вроде бы это не ошибка, но детектор ошибок, тем не менее, сообщает, что ты действуешь неправильно, подумай еще раз. А вот перед тем, как это сделать, детектор ошибок говорит: «Ты хочешь сделать неверно». Дальше: «Ты сделал неверно». И если здесь есть серьезное рассогласование с той матрицей поведения, что мы считаем правильной, то тут и возникают муки совести. Детектор ошибок запускает угрызения, что все-таки ты сделал что-то серьезно не так. В этом смысле, так как это база механизма мозга, нет людей бессовестных. Есть люди, у которых матрица стандартов другая.

Люди испытывают муки совести при рассогласовании своего поведения с матрицей стандартов, а матрица стандартов может быть совершенно разная: у маньяка – одна, у гестаповца – другая, но она всегда есть.

«АиФ»: — Матрица стандартов может измениться сама по себе, или человек способен сам что-то поменять в своем мозге?

М.С.: — Самому менять трудно, а у ребенка этой матрицы еще нет. Матрицу можно воспитать. Ребенок сам учится, и понимание того, что трогать огонь нельзя, приходит со временем. Ребенок учится все время, он пытается играть со взрослым в «Кто сильнее», и у него формируется такая матрица, она воспитывается. К какому-то времени любые изменения вносятся все сложнее и сложнее. Ребенку легко объяснить, что не хорошо делать такие вещи. Вы объяснили ребенку, что врать плохо, потом говорите ему «Посмотри на меня» и ребенок краснеет. Это проявление того, что произошло рассогласование с матрицей стандартов. А можно делать другие стандарты.

Не все умирают от курения

«АиФ»: — Сейчас государство ведет антитабачную кампанию. В одном из интервью вы рассказываете, что стереотаксические операции, то есть создание искусственной дырки в мозге, помогает в лечении наркомании. А от табачной, алкогольной зависимости можно с помощью такого вмешательства вылечиться?

С.М.: — Наиболее простой способ излечиться от головной боли – отрубить голову. Что касается табакокурения – это вещь не сиюминутно смертельная. В конце концов человек – хозяин своей жизни и должен понимать, что у курящего должны быть большие отчисления в страховую медицину. Это вполне естественная вещь и это должно быть.

Человек – хозяин своего тела. Если он хочет себя гробить, то пускай гробит. А делать ему операции по этому поводу, я не считаю, что это правильно. От табака умирают не за секунду. Если от наркомании человек умирает за 3-4 года, при употреблении алкоголя человек может спиваться до 90 лет.

У нас в отделении был академик, очень известный человек, который, можно сказать, дал путевку Гагарину в космос, он курил до 90 лет и умер не от курения. Мой отец курил до 80 лет. Далеко не все умирают от курения. Вредно это?

Да, статистически это вредно. Я сам не люблю находиться в прокуренных помещениях, хотя раньше курил. Сейчас я не курю уже 25 лет, но лет двадцать курил и курил очень активно. Курение – это не сиюминутно смертельно, если человек хочет себя гробить, как он гробит себя алкоголем, тем более некачественным, как он гробит себя неправильным режимом дня. Это одного типа вещи.

www.aif.ru

Любовь — это активная заинтересованность в жизни и развитии объекта любви.

Тебе не везет в любви? Ты устала от вечных встреч и расставаний? Тебе кажется ,что ты ходишь по замкнутому кругу? И так хочется быть просто счастливой! Что делать?

Сначала нужно понять что есть любовь!

Главная ошибка всех девушек в том, что они не умеют отличать здоровые чувства, которые ведут к счастливым партнерским отношениям от любви — невроза, которая заставляет страдать.

Жизнь — это не пробы на главную роль в мексиканском сериале, поэтому нужно прекратить разыгрывать трагедии, а научиться наконец любить правильно и тогда в твою жизнь будут притягиваться мужчины, которые тоже способны на здоровые отношения. И которые, готовы создать семью в новом времени.

Любовь неправильная – это любовь невротика. Она полна ожиданий… Сначала девушка ждет, что “любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь”, часто не прилагая к этому усилий. Потом она ждет ухаживаний и подарков, предложения руки и сердца и полцарства в придачу. Потом шикарной свадьбы, медового месяца на Багамах, потом, что ее будут любить и лелеять до конца дней. Здоровая и красивая любовь ничего особо не ожидает — она сама дает, потому что знает, что только отдавая можно получать.

Ей не нужны гарантии и определенность. Именно способность человека жить в состоянии неопределенности отличает здоровую личность от личности незрелой. Как хорошо написано у К. Хорни по этому поводу: Различие между любовью и невротической потребностью в любви заключается в том, что главным в любви является само чувство привязанности, в то время как у невротика первичное чувство — потребность в обретении уверенности и спокойствия. Только четкие сроки, обязательства и выполнение, часто завышенных требований, дают возможность наконец расслабиться и перестать тревожиться – человеку с адекватным отношением к жизни гарантии не нужны. Он знает, что жизнь может внести коррективы в любые планы и готов к этому. Невротик себя не любит и считает себя в глубине души недостойным любви. Поэтому он влюбляется мгновенно, когда кто то начинает оказывать знаки внимания. То, что невротику представляется любовью, на самом деле — реакция благодарности за проявленную к нему доброту. Невротик в любви нуждается – отсюда истерики, нервы и бессонные ночи. Он в нужде – в детстве недолюбили, общество не оценило, не реализовался – поэтому ему как воздух нужно, чтобы хоть кто-то обнял и приголубил. Он голоден – он готов питаться подачками и чем попало, а не наслаждаться процессом…

Невротик ревнив. Его отношение к себе постоянно колеблется: то она Богиня, то полное ничтожество, поэтому она постоянно сомневается в том, что кто-то в принципе способен полюбить ее и тщательно отслеживает, что бы ни крошки внимания возлюбленный не раздал на стороне.

Невротик очень подозрителен. Ему все время что то чудиться. То его не любят, то любят недостаточно. То он старается, а его не ценят Его уверенность в чувствах партнера можно вызвать только романтическим поступком в его честь и длиться она недолго, до тех пор, пока жертва любви остается под впечатлением от события.

Невротик терпелив. Он все время выжидает.От скандала до истерики, от демонстративных уходов или игр в молчанку — он накапливает “материал “и терпит до последнего. А зачем? Ведь скажи ты все вовремя и спокойно – не пришлось бы потом ругаться.

Невротическая любовь не способна сделать по-настоящему счастливым объект своей любви! Конечно девушка всячески стремиться быть хорошей для любимого, приносить ему радость, искренне хочет, чтобы партнеру было с ней весело и хорошо, только в обмен на что то: смс-ки, романтические ужины, верность и т.д. (список никогда не заканчивается, невротику никогда не бывает достаточно любви – он ненасытен.)

И о горе тебе, возлюбленный, если ты не оправдываешь надежд (ну устал или неправильно интерпретировал туманные намеки или не обладаешь телепатическими способностями)– Все! Конец света! Невротик уходит в обиду! Вызывать жалость, обвинять, обижаться, унижаться и т.д. – он виртуозный манипулятор. Часто, чтобы его полюбили невротик специально изучает приемы НЛП и вообще ооочень старается, чтобы его не игнорировали, совершенно не заботясь о том , как себя чувствует второй человек в этих отношениях.

Для того , чтобы проверить влюблены Вы в этого человека или это обычный невроз, просто задайте себе вопрос: ”Если бы сейчас в Вашей жизни появился ухажер более красивый, более щедрый, более внимательный к Вам, о ставили бы Вы мысли о своей сегодняшней зазнобушке?

Жаль, что практически 100 процентов страдальцев любви отвечают, практически не задумываясь – Да! А ведь еще минуту назад Вы готовы были отдать жизнь за любимого…, правда, только на словах. Да и ту жизнь, которой Вы сами не дорожите.

Иначе впускали бы в нее только светлые чувства, наполняли бы ее друзьями, интересной работой, захватывающими увлечениями, книгами, заставляющими думать, красивой музыкой… и у Вас бы совсем не хватало времени и желания страдать. В вас было бы столько энергии и гармонии, что захотелось бы этим делиться. И тогда Вы бы почувствовали какими красивыми и вдохновляющими бывают отношения, когда люди стараются дарить друг другу радость, ничего не ожидая взамен. Поэтому прочитайте о том, каких «Прынцев» нужно избегать. Это поможет отфильтровать окружение.

Каждая интеллигентная девушка знает, что слово невротик пишется слитно.

Все наши подсознательные желания, противоречивые по природе и безграничные по содержанию, ждут своего исполнения именно в любви. Наш партнер должен быть сильным и в то же время беспомощным, вести и быть ведомым, быть аскетичным и чувственным одновременно. Он должен изнасиловать нас и остаться нежным, посвящать все свое время только нам и напряженно заниматься творческим трудом. Пока мы считаем, что он действительно может выполнить все это, он окружен ореолом сексуальной переоценки. Мы принимаем силу этой переоценки за силу нашей любви, но, на самом деле, лишь демонстрируем напряженность наших желаний, потому что сама природа этих требований делает их невыполнимыми. К.Хорни

5sfer.com

Артур Янов: Невроз – это борьба за любовь родителей

У здорового человека нет фальшивого фасада. Он просто живет и дает жить другим, никому не завидует, не тревожится понапрасну, умеет находить источник радости в самом себе. Американский психолог и психотерапевт Артур Янов, автор мирового бестселлера «Первичный крик», объясняет механизм зарождения неврозов и способ с ними справиться – научиться выражать боль и обиду.

Артур Янов (Arthur Janov) – американский психолог и психотерапевт. Автор теории «Первичной терапии», основатель и директор Центра первичной терапии в Калифорнии, США. Его пациентами были Джон Леннон, Йоко Оно и Стив Джобс. 21 августа 2014 годадоктор Янов отметил 90-летний юбилей.

Невроз – это болезнь чувства. По сути, невроз – это подавление чувства и его трансформация в широкий диапазон невротического поведения.

Невроз развивается в тех случаях, когда рядом с ребенком находится человек, который должен его любить, но не любит в действительности. Он начинается как средство умиротворения невротических родителей путем отрицания или сокрытия определенных чувств в надежде, что «они» наконец полюбят несчастное дитя.

Если ребенку продолжают отказывать в поддержке и любви и у него нет отдушин для выхода боли первичных ран, то этот дополнительный натиск на и без того ослабленное «Я» приведет к формированию сильного нереального «Я», прикрывающего беззащитного ребенка. Впоследствии это нереальное «Я» начинает доминировать, защищая ребенка, но одновременно направляя его к развитию психоза.

Первичная боль – это потребности и чувства, подавленные или отринутые сознанием. Они причиняют боль, потому что им отказано в выражении и удовлетворении. Вся эта боль сводится к следующему утверждению: «Я не могу быть любимым и лишен надежды на любовь, если в действительности стану тем, кто я есть на самом деле».

Для того чтобы снова обрести цельность, надо почувствовать и распознать расщепление и испустить крик воссоединения, который восстановит единство личности. Чем интенсивнее ощущает пациент расщепление, тем интенсивнее и глубже переживание воссоединения расщепленных частей сознания.

Реально, по-настоящему почувствовать себя отвергнутым означает извиваться от боли во время прихода первичного чувства – значит ощутить себя брошенным, покинутым, нежеланным ребенком. Когда пациент прочувствует это, у него не останется больше чувства отверженности, оно будет исчерпано – останется только чувство того, что действительно происходит в каждый данный момент.

Освобожденный от стыда, вины, отверженности и всех других ложных чувств, он осознает, что эти псевдочувства суть не что иное, как синонимы замаскированного великого первичного чувства отсутствия любви.

Для того чтобы невротик снова обрел способность чувствовать, он должен вернуться назад и стать тем, кем он никогда не был – страдающим ребенком.

Когда устанавливаются связи между разумом и болью, то психосоматические симптомы быстро проходят.

У здорового человека нет фальшивого фасада. Он просто живет и дает жить другим, умеет находить источник радости в самом себе.Он удовлетворен тем, что у него есть, не завидует другим, не хочет того, что хотят они, и не требует для себя того же, чем обладают эти другие. Это значит, что он позволяет другим – своей жене, своим детям, своим друзьям – быть и оставаться самими собой. Он не живет их достижениями и их успехами, не пытается растоптать в них малейшие признаки счастья и радости жизни.

Невротик, беспомощный перед своей первичной болью, часто нуждается в эксплуатации других, для того чтобы ощутить свою важность, которой он иначе не чувствует.

Так как невротик постоянно находится не там, где он есть на самом деле, то он и не может быть довольным в течение какого-то, более или менее продолжительного времени. Настоящее он тратит на то, чтобы изжить прошлое.

Здоровый человек не ищет смысла жизни, ибо смысл этот возникает сам из его чувств. Смысл жизни определяется тем, насколько глубоко человек чувствует свою жизнь (жизнь как свои внутренние переживания).

Отсутствие чувства – вот что разрушает личность и ее представление о самой себе, и, кроме того, отсутствие чувства позволяет разрушать личности других людей.

От кого-то другого мы не можем получить истинного чувства. Сначала мы учимся чувствовать самих себя, а потом мы чувствуем себя, чувствуя других.

Чем ближе становится человек самому себе, тем ближе становится он и другим.

Любовь – это то, что устраняет боль. Можно сказать, что любовь и боль являют собой полярные противоположности.

Любовь – это то, что усиливает и укрепляет ощущение собственной личности; боль же подавляет собственное «Я».

Любить – значит дать другому свободу роста и самовыражения. Решающее условие – оставаться самим собой и разрешить другому вести себя совершенно естественно. Определение любви в рамках первичной теории можно сформулировать так: дать человеку быть самим собой.

Невротик ищет в любви ощущения собственной личности, каковой ему никогда не позволяли быть. Он хочет найти такого человека – особого человека, – который научил и заставил бы его чувствовать. Невротик склонен считать любовью все, чего ему недостает, и все, что мешает ему стать цельной личностью.

Истинная любовь имеет место тогда, когда юноша и девушка любят друг друга и принимают такими, какие они есть в действительности – включая и тела друг друга. Невротики же эксплуатируют тела других людей для удовлетворения старых детских потребностей. Это исключает установление равноправных отношении?.

Суть заключается в том, что если вы – невротик, то сможете превратить любого другого человека в то, чем тот на самом деле не является.

Ребенок, воспитанный психически здоровыми родителями, не испытывает потребности идентифицировать себя с ними. Родители не хотят и не требуют этого от ребенка. Напротив, ребенку позволяют обладать теми свойствами личности, которые изначально присущи именно ему.

Если человек, личность чувствует себя, а не занимается символическим разыгрыванием чувств, то вряд ли этот человек будет поступать импульсивно или агрессивно. Диалектика гнева, так же как и боли, заключается в том, что он исчезает только после того, как его прочувствуют.

Невротическая тревожность – это страх оказаться беззащитным перед первичной болью и обидой. Невротическое поведение служит прикрытием боли. На самом деле отвергнута, изуродована и унижена была собственная личность и ее восприятие; поэтому нет ничего удивительного, что человек испытывает страх, когда это чувство становится близким к осознанию.

Невротическии? страх – это страх потери лжи, в которой постоянно живет невротик. Любая попытка разрушить ложь порождает страх, так как ложь всегда содержит в себе крупицу надежды.

Самый сильный страх больной, проходящий курс первичной терапии, испытывает, когда вся его невротическая игра подходит к концу. Наша цель – пробудить его страх, чтобы подтолкнуть больного к его реальным чувствам.

Единственный способ победить страх – прочувствовать боль и обиду. Страх остается, пока не прочувствована боль.

Невроз – и это стоит хорошенько запомнить – спасает и убивает одновременно. Он защищает реальное «Я», реальную личность от полного распада, но делая это, он погребает спасенную им реальную личность. Ребенок вырастает привязанным к созданной неврозом нереальной личности, которая парадоксальным образом выдавливает из него жизнь.

econet.ru

Синдром кувад или "беременность" мужчины

Название этого заболевания произошло от французского глагола couver, что означает «высиживать птенцов». Синдром кувад обозначает психогенные и психосоматические нарушения у мужчин во время беременности их жен.

Если мужчина переживает беременность жены, испытывая те же ощущения, что и супруга, — это не любовь, а истерический невроз, который носит название «синдром кувад». Об этом заболевании в интервью «Медицинской газете» рассказал профессор кафедры психиатрии и медицинской психологии Российского университета Дружбы Народов Валерий Марилов, который в течение 15 лет наблюдает пациентов с подобным расстройством.

— Используемый в названии заболевания термин произошел от французского глагола couver, что означает «высиживать птенцов». Синдром кувад обозначает совокупность психогенных и психосоматических нарушений у молодых мужчин, имеющих беременных жен. Клиника патологических ощущений молодого мужа соответствует тому, что происходит с его женой, ожидающей ребенка. Если у нее изменяется аппетит, все пищевое поведение, и женщина начинает употреблять малосъедобную пищу, то этим же страдает и ее муж. Он чувствует те же болевые ощущения, которые испытывает жена, например при расхождении тазовых костей.

К основным симптомам заболевания относятся: утренняя слабость, снижение, извращение или повышение аппетита, практически ежедневная тошнота и рвота — иногда натощак, иногда при виде или запахе какой-то определенной пищи, частые запоры или, наоборот, поносы, желудочные либо кишечные колики, боль внизу живота, которая иногда по характеру и интенсивности может даже имитировать приступ аппендицита, боль в области поясницы, психогенная зубная боль, а также так называемые боли сопереживания или боли симпатии. Последние выражаются в том, что у мужа ощущение локализуется в том же органе, что и у его беременной жены.

Эти симптомы сопровождаются эмоциональной неустойчивостью, повышенной раздражительностью, депрессией, внутренним напряжением, бессонницей, капризностью, крайним эгоцентризмом, нетерпимостью, неприятием иных точек зрения на ту или иную проблему. Интересно, что капризность мужчин с синдромом кувад значительно превосходит «ветреность желаний» реально беременных женщин. Чаще всего при таком синдроме имитация дискомфорта беременности относится к пищеварительной системе, хотя вариации в отношении вовлечения того или иного органа могут быть самыми широкими. Неудивительно, что этих мужчин отправляют в инфекционную или хирургическую клинику с подозрением на разные заболевания.

В процессе изучения психосоматических заболеваний желудочно-кишечного тракта мы выявили 9 случаев классического синдрома кувад. Первоначально они ошибочно интерпретировались как гастралгия или синдром раздраженной толстой кишки. Только тщательный целенаправленный анамнез, а также хронологическое совпадение симптоматики у мужчин с соответствующими проявлениями у их беременных жен позволили исключить указанные диагнозы и остановиться на диагнозе синдрома кувад.

— Когда будущий отец замечает у себя проявления этой необычной болезни?

— Как правило, на третьем месяце беременности жены, а своего пика они достигают к девятому месяцу. Когда наступают роды, ощущения у мужчин еще более усугубляются. Иногда же отмечаются два дискретных пика — на третьем и девятом месяце с относительным редуцированием симптоматики между ними. У трети пациентов симптоматика синдрома дебютирует бурно, но к моменту родов может полностью исчезнуть, у трети она исчезает только после рождения ребенка, постепенно пропадая по мере заживления у родильниц разрывов и купирования других послеродовых осложнений. Тяжесть состояния мужчины зависит от того, что он думает о родах жены. Если он представляет их с ужасом, то этот ужас и будет испытывать. Мужчина постоянно звонит в роддом, он не успокоится до тех пор, пока ему не скажут, что все нормально, у его жены родился сын или дочь. После этого боли у папаши тут же прекращаются. У жены роды закончились, у него — тоже!

— Что лежит в основе формирования синдрома кувад?

— Прежде всего, неосознанная тревога за судьбу жены и будущего ребенка и в определенной мере своего рода чувство вины перед супругой. Некоторые психоаналитики считают, что ложная беременность у мужчины часто есть проявление идентификации его со своей матерью для искупления вины перед ней. Синдром кувад также связывают с одноименным ритуалом у некоторых народностей, при котором муж во время родов жены ложится в кровать, отказывается от еды, криками и различными телодвижениями имитирует роды, принимая часть боли на себя. Этим ритуалом нередко пользовались средневековые колдуньи, которые боль жены переносили на мужа, за что довольно часто попадали на костер инквизиции. Что касается антропологического значения подобного ритуала, то здесь интерпретация самая разная — от наличия у мужчин редуцированных женских репродуктивных органов до своеобразной символической борьбы с матриархатом. Синдром кувад был описан несколько столетий назад. По данным зарубежных исследований, 11% мужчин детородного возраста в той или иной степени пережили это состояние во время беременности жены, то есть каждый девятый из будущих отцов имел синдром кувад. Отдельные же симптомы этой патологии встречаются еще чаще. Например, в США выявлен абдоминальный вариант синдрома кувад у 40% обследованных мужчин, имеющих беременных жен.

— Какие мужчины подвержены этому заболеванию?

— Все наблюдавшиеся нами больные были молодыми людьми в возрасте от 21 года до 27 лет, которые состояли в первом браке и ожидали прибавления в семье. Один молодой человек уже имел ребенка, и во время первой беременности жены у него тоже отмечались проявления синдрома кувад. Личность всех наблюдавшихся пациентов была инфантильно-истерического склада с высоким уровнем неотрегулированной тревоги и хорошо отработанным механизмом психологического переноса. Именно поэтому дискомфорт беременности жены переносился в виде симптоматики синдрома кувад на мужа, причем этот перенос подпитывался огромным, но неосознанным чувством вины перед женой. Характерно, что все эти мужчины воспитывались в сугубо матриархальных семьях, где роль отца была сведена только к функции продолжения рода. В семье доминировала и диктовала свою волю властная и решительная мать, своеобразная Кабаниха, не дававшая даже внешней возможности права выбора. В своих оценках тех или иных обстоятельств будущие пациенты всегда были ориентированы только на мать и другие варианты даже не рассматривали. Женились они также по выбору матери, при этом их жены в личностном плане были почти копиями матерей. Поэтому сами больные в семье всегда были на вторых ролях, не допуская даже мысли о возможном лидерстве.

У всех пациентов отмечались те или иные сексуальные расстройства, главным образом в виде преждевременного семяизвержения, что вызывало у них определенный комплекс неполноценности. У одного молодого человека, кроме всего прочего, эмоциональная сенситивность, плаксивость, боли внизу живота и тяжесть в пояснице были и до беременности жены, совпадая хронологически с ее предменструальными днями (эти явления отмечались у мужа в течение 6 месяцев до наступления беременности у жены). Такой «менструальный вариант» синдрома кувад до сих пор в литературе описан не был. Механизм его появления, как и типичного синдрома кувад, по-видимому, является аналогичным истерическому переносу по типу упоминавшихся выше болей симпатии.

— Приведите, пожалуйста, какой-нибудь конкретный пример из своих клинических наблюдений.

— Больной О., 26 лет, по образованию учитель русского языка и литературы. Женат с 20 лет. Наследственность неотягощенная. Единственный ребенок в семье. Воспитывался матерью и бабушкой, отец оставил семью, когда ребенку было 4 месяца. Мать характерологически — личность истероэпилептоидного склада, всегда очень эмоциональная, в то же время властная до жестокости и требовательная до педантизма. Больной с детских лет жил по ее законам, беспрекословно выполнял все ее указания и требования, свято верил ей во всем. До сих пор он считает, что усомниться в сказанном матерью — святотатство. По желанию матери поступил в педагогический институт, хотя будущая специальность не нравилась. На третьем курсе женился по любви, но перед этим в течение года встречался с девушкой почти всегда в присутствии матери. Невеста и будущая свекровь ладили между собой, и такая удивительная похожесть обеих женщин позволила пациенту избежать типичных для подобных случаев конфликтов.

После свадьбы пациент обнаружил, что жена, как и мать, опекает его, словно большого ребенка, и все проблемы решает сама, проявляя завидную решительность, настойчивость и упорство. Супруга страдала фригидностью, поэтому преждевременное семяизвержение у мужа ее вполне устраивало, за что наш пациент ее просто боготворил. Когда она забеременела, муж встретил это известие очень тревожно. Беременность у супруги протекала тяжело: с первых дней отмечались тошнота, рвота, отсутствие аппетита, болевые ощущения в области желудка. На четвертом месяце ее беременности у мужа внезапно появились тошнота и рвота по утрам, а в последующем и боль в желудке. Больной решил, что у него язвенная болезнь желудка или двенадцатиперстной кишки. Он обследовался у гастроэнтерологов, делал гастроскопию, но никакой патологии выявлено не было. Врачи предположили, что возникшее расстройство — на нервной почве, и посоветовали пить настойки пустырника и валерианы. Симптоматика несколько смягчилась. Позднее пациент сообщил, что его тогдашнее состояние целиком определялось самочувствием жены. При этом все, что чувствовала супруга, наш пациент испытывал в значительно большей степени. Если у жены отмечалась однократная рвота, то у мужа она была неукротимой и длилась нередко несколько часов. Он вынужден был обратиться к терапевту, который поставил диагноз пищевого отравления и рекомендовал госпитализацию в инфекционную больницу. Аппетит у мужчины постоянно отсутствовал, его часто тошнило и рвало, и за время беременности жены он похудел на 11 кг.

Когда у супруги начались предродовые схватки и на его глазах отошли околоплодные воды, после чего женщина была доставлена в родильный дом, синдром кувад у будущего отца достиг предела. Он в ужасе метался по квартире. Именно в этот момент он впервые почувствовал непроизвольное мочеиспускание, после чего появилась резкая острая боль внизу живота, настолько сильная, что, как он рассказывал, «перехватило дыхание». С подозрением на острый аппендицит пациент был отправлен в хирургический стационар, откуда его отпустили через два часа ввиду отсутствия какой-либо хирургической патологии и исчезновения боли. Но дома эта боль возобновилась и сохранялась до тех пор, пока мужчина не узнал о том, что у него родился сын. Спустя 5 лет жена нашего пациента вновь забеременела, и он снова на четвертом месяце ее беременности стал испытывать вначале утреннее недомогание, потом тошноту, рвоту и боли в желудке. Однако на этот раз он уже понял определенную связь между переживаниями жены и своими ощущениями, поэтому регулярно посещал психотерапевта и принимал назначаемые ему транквилизаторы и нейролептики. Перед родами жены больной удвоил дозу принимаемых препаратов и испытывал лишь небольшую резь внизу живота.

В данном случае нами был поставлен диагноз «истерический невроз». Он вытекал из наличия специфической психотравмирующей ситуации, обусловленной беременностью жены, из триггерного механизма неосознаваемого феномена психологического переноса и невротической симптоматики истерического круга. Характерно, что этот психологический перенос оказался не только достаточно полным, но и чрезмерным. При разрешении психотравмирующей ситуации (благополучные роды жены) вся симптоматика полностью исчезла.

— Что же делать с такими больными?

— Снимать внутреннее напряжение. Все ведь идет из головы. Конечно, в такой ситуации есть и положительный момент — принять часть боли жены на себя, но в остальном… На Западе нередко женщина рожает в присутствии мужа, это практикуется уже и в нашей стране. А если у молодого человека синдром кувад? Я считаю, что мужей рожениц надо обязательно обследовать, ведь сами мужчины к психиатру обращаться не станут, они не считают себя психически больными.

Такому человеку нужно назначать успокаивающие средства и рекомендовать психотерапию, заключающуюся в главном: объяснение, объяснение и еще раз объяснение. К сожалению, пока наши врачи незнакомы с таким необычным заболеванием, как синдром кувад, о котором, на мой взгляд, в настоящее время необходимо знать не только психиатрам, но и хирургам, инфекционистам, акушерам-гинекологам.

medportal.ru

Вчера вела лекцию про любовь, в конце которой ко мне подошла женщина и разочаровано уточнила, «так получается любить, это действовать определенным образом, в целом нечто спокойное, идущее во многом от головы, то что мы делаем и выбираем сами… Какой-то расчет выходит? А как же полет? Как же чтобы дух захватывало?». «И по стенке размазало, да?»

Все мы любим. Как умеем. Как научились. Чаще всего на примере собственных родителей. Иногда истеричных, иногда жестоких, иногда травмированных, одиноких, зажатых. Ребенок любит своих родителей, и когда от них получает агрессию, крик, критику, равнодушие, то происходит связка «любовь – это когда…»: бьют, оставляют в одиночестве, требуют, заставляют, страдают (нужное подчеркнуть). Затем мы выходим в большой мир: в детский сад, в школу (наша большая мозоль), в мир кино и художественной литературы. И там тоже чему-то набираемся – кому как повезет. И образуется некая формула любви, которую мы принимаем за истину, некая идеология, описывающая то, что такое любовь, в чем она проявляется, что нужно делать, чтобы быть любимым, чего делать нельзя, что допустимо, а что нет (а может быть, если это любовь, то можно все, ведь любя…). И даже если, после жизнь неоднократно подкидывает факты, «истину» разрушающую, мы изо всех сил держимся за нее, трещащую по швам, потому как переписать набело то, что было написано в детстве, крайне сложно.

К подростковому возрасту, когда гормональная буря швыряет нас потоками плохо осознаваемых и управляемых эмоций, мы влюбляемся. И тогда любовь к неродному человеку – перестает быть чем-то абстрактным, она становится про нас. Так:

или может быть, так?

Личный любовный сценарий, разворачивающийся как счастливая или несчастная любовь (с надрывом или спокойная, ответная или безответная), как правило, созвучна нашим отношениям в детстве с родителем противоположного пола, а также модели отношений между родителями. Если отец девочки был жесток по отношению к ней, то во взрослом возрасте она одновременно будет и бояться мужчин, и тянуться именно к тем, с кем отношения обещают быть более болезненными. Ведь любовь и жестокость с раннего детства сцеплены воедино. Оказывают влияние и то, какими она видела отношения матери с отцом. Или если, мать была в разводе, какие послания мать дала в отношении мужчин. Например, «всем мужикам только одно и нужно», «мужчины – негодяи, не доверяй им», «самое главное – это внешность» или наоборот «самое главное – внутренний мир»… В любом случае ребенок получает определенные рамки, ориентиры, которым следует в дальнейшем и которые, увы, далеко не всегда подвергает собственной критике, ставит под сомнение.

Если родители ругались, были холодны, сдержаны, или напротив, обнимали друг друга, поддерживали, дарили подарки, то именно такая модель принимается за базовую, привычную, ту в которую девушка или юноша, женщина или мужчина верит и которую ищет.

К сожалению, большинство людей растут в семьях, где каждый был не столько по-своему счастлив, сколько по-своему несчастлив. А потому в свою взрослую жизнь мы несем «чемодан без ручки», наполненный жестокими родительскими посланиями, неверием в себя, низкой самооценкой, иллюзиями и многим другим хламом, который бы оставить, да то ли жалко, то ли не знаем как…

Мы любим и боимся. Боимся, что будем недостаточно хороши, что друзья/дело/хобби окажется более значимым, чем мы, боимся быть отвергнутыми. Мы боимся, что нас не полюбят или разлюбят. Ведь в конечном счете, когда речь заходит о любви, то чаще всего большинство из нас озабочены тем, чтобы быть объектом любви, а не любящим субъектом. Иными словами, мы хотим, чтобы нас любили. И крайне редко задумываемся о собственной способности любить. Хотя ответ на вопрос, почему меня никто не любит предельно прост, потому что ты никого не любишь.

Не любишь, начиная с себя самого.

Но как это любить? Что значит пресловутое “любить”, о котором постоянно твердят психологи?

Наверное, нет более запутанного и туманного понятия, чем любовь. Каждый вкладывает в нее свое: от ощущения бабочек в животе до героического самопожертвования и клинического идиотизма, взращенного популярной музыкой и телесериалами. Иногда любовь представляется некой волшебной палочкой: придет любовь и все проблемы исчезнут.Прекрасный принц поцелует и я проснусь…

Но любовь не приходит, мы не находим ее в отношениях, но приносим с собой. Поэтому многие могут не беспокоится – любовь им не грозит.

А что же тогда приходит? Что с нами случается? Случается влюбленность (влечение, страсть), заложенная нами биологически с главной целью продления рода, и длится до трех лет – ровно столько, сколько нужно, чтобы выносить и выкормить ребенка (под защитой «влюбленного сильного самца»). Влюбленность захватывает нас целиком, ослепляет. Будучи влюбленными, мы видим не реального человека, но созданный нами же образ, собственные фантазии – «я тебя слепила из того, что было, а потом что было, то и полюбила». Народная мудрость гласит: «любовь слепа, а козлы этим пользуются». Придумываем «героя своего романа», приписываем ему желаемые качества, а потом возмущаемся, злимся, обижаемся, что он не соответствует.

Изранившись на разрыве выдумки и реальности, некоторые особо настойчивые продолжают верить в свое всемогущество по переделыванию другого (из чувства любви), чморя себя и теряя месяцы и годы жизни. Из страха остаться совсем одной или одному, снова и снова «едим из мусорника». Хотя любовь к себе, если бы хоть немного позволить ей быть, давно бы потребовала уйти, хотя бы из чувства уважения и заботы по отношению к себе самой (самому). Любить себя – это для начала перестать питаться тем, что вас отравляет: общаться с теми, после кого вам плохо, не делать то, что отнимает у вас силы, не соглашаться внешне не то, на что вы не согласны внутри.

То, что двое ждали друг друга всю жизнь, влюбились с первого взгляда и не могут друг без другу прожить ни дня – это не любовь, а невроз. Обычно сила такой «любви» пропорционально равна не способности каждого из них любить, но степени невыносимого одиночества.

Кроме биологической функции, есть и еще одно сокровище, которое дарит нам влюбленность – это фантастическое чувство жизненности. Мы чувствуем себя живыми. И чем в меньшей степени человек позволяет себе жить щедро, желать, делать, что он по-настоящему хочет, тем сильнее его несет чувство влюбленности. Падение вниз (а оно обязательно случается, потому как влюбленность недолговечна) в таких случаях крайне болезненно. Другими словами, чем более скучной и опасливой жизнью вы живете обычно, чем больше потребностей вытесняете, тем больший шанс, что однажды вы спроецируете все свои желания, мечты, фантазии, устремления на одного ни чем не виноватого человека.

Влюбленность и страсть опасна для того, кто не умеет любить.

Алан Эриль, французский психоаналитик, называет любовь константой, а влечение (или влюбленность) переменной. Именно в любви, а не во влюбленности стержень и вкус жизни. И в отличие от плохо контролируемой влюбленности, любовь – это то, что в наших руках, наша жизненная позиция, которую мы для себя выбираем.

Любовь – это не чувство. Среди базовых чувств (данных нам как человеческому виду, а это: страх, радость, печать, удивление, интерес, злость, отвращение) любви нет.

«Любовь – не сентиментальное чувство, испытать которое может всякий человек независимо от уровня достигнутой им зрелости», – пишет Эрих Фромм в прекрасной книге «Искусство любить».

Любовь – это способ взаимодействия с миром, требующая от человека внутренней зрелости, доброты, мудрости, терпения, усилий, готовности быть живым, открытым (и соответственно уязвимым тоже). Это способ отношения к себе, миру и другим людям. Отношения доброты, принятия, готовности вкладывать и вкладываться. Любовь в отличие от влюбленности зрячая, в ней нет иллюзий. В любви мы видим и принимаем себя и других людей такими, какими они есть. Выбирая для близких отношений тех, кто также с добротой относится к нам, кто проявляет уважение, кто готов разделять ответственность.

Любовь не стремится переделать. Любовь принимающая по своей сути. Любовь там, где нам хорошо, где из нас не пытаются сделать кого-то, кем мы не являемся, но видят то лучшее, чем/кем мы могли бы стать, оставаясь при этом собой. Если в отношениях вам плохо – это не любовь. Если в отношения вы чувствуете себя не в безопасности – это не любовь. Если человек, с которым вы рядом, является «кривым зеркалом», где вы видите изъяны, где ваша самооценка снижается, а вы сами себе не нравитесь – это не любовь. Если вы орете на своего близкого, критикуете его, желаете властвовать – это не любовь.

Давайте называть вещи своими именами. Зависимость, страх, жажда власти, собственничество, привычка, но не любовь.

Нам многое мешает любить. Например, сравнения. Вот у соседки муж ездит на дорогой машине, а мой муж нет. Или у друга сын чемпион по плаванью, а мой неуклюжий очкарик. И наличие этой машины (физического превосходства, шубы, начитанности, большого бюста, хороших оценок за контрольную и т.д. и т.п.) мешает нам любить (себя, ребенка, мужа, мать, отца). Например, мы гуляли по морю и душевно с ребенком разговаривали, дурачились, возились в песке, и вдруг слышим рядом незнакомая дама говорит другой, мол «у меня сын в семь лет уже свободно говорит на тех языках», и тут происходит сбой, мы вспоминаем, что а мой-то и на родном многие слова не выговаривает, и к логопеду его водить надо, и сразу зажимаемся, нахмуриваемся, и уже говорим со своим минутой назад любимым чадом каким-то менторским голосом, и чувствуем себя ужасно паршиво.

То есть выходит, что для того, чтобы мы любили нужны определенные условия. «Чтобы я тебя любил – ты должен» (именно такому принципу, увы, хорошо учат нас во многих семьях, а в школе почти повсеместно).

Мы боимся полюбить не того, не достойного, случайного. Мы жадничаем себя. Боимся похвалить (чтобы не избаловать), боимся поддержать (а вдруг он станет тряпкой), боимся дарить свое внимание, заботу (чтобы не использовали), боимся произнести «люблю», когда желаем этого. Ведем скудненькую бухгалтерию: «ты – мне; я – тебе и ничего авансом». Но только ум богатеет, получая. Сердце же – когда дает.

Любая любовь (любовь к себе, ребенку, женщине, мужчине) предполагает активную дающую позицию (даю, а не беру), заботу, уважение, знание и ответственность (Э. Фромм). Если я люблю себя я забочусь о себе (своем физическом и эмоциональном состоянии), я уважаю себя, я знаю себя, я несу ответственность за себя. То же касается и другого человека (правда, с ответственностью будет все посложнее, поскольку каждый взрослый несет ответственность сам за себя).

Любовь – это выбор, который мы совершаем каждый день: обращая внимание на то, что происходит вокруг нас, видя красоту, другого человека, его потребности, его особенности, а не свои ожидания относительно него. Любить себя – это совершать добро по отношению к себе. Самому относиться к себе так, как мы хотим, чтобы другие относились к нам. Когда плохо, закутать себя в одеяло, налить себе чаю, поставить хорошее кино, любимую музыку, взять хорошую книгу, а не вновь и вновь обессиливать в себя в ожиданиях, безответных смс, готовности бежать по первому звонку, соглашаться на то, что вас в действительности совершенно не устраивает, потому как «ого-го такой полет души, такая самоотверженная любовь».

Любовь – это не зависимость от другого. Зависимость проявляется в том, что другой человек нужен: Мне может быть плохо, больно, я испытываю униженность, но нуждаюсь в тебе. Любовь в отличие от зависимости свободна: Я не нуждаюсь в тебе – я люблю тебя. Мне хорошо с тобой, но я могу быть и без тебя.

Любовь к себе значит позволить себе желать, слышать свои желания и потребности, слышать свои чувства. Любить другого позволить ему желать, прислушиваться к его желаниям и потребностям, слышать его чувства. Это некий танец двоих, чуткий, требующий замедления, привнесения яркий деталей (если хочется) самим, а не в ожидании что яркость случиться сама собой.

В любви есть свобода, в любви мы можем свободно выражать себя, в любви мы себе нравимся. В любви мы на равных: я хороший – ты хороший, я хороший – мир хороший, я хороший – то, что я делаю хорошо. Но и свобода, и ощущение равенства – это не то, что приносит нам любовь, но то, чему мы изначально должны научиться, чтобы быть способными любить. В любви мы можем выбирать: каким быть, с кем быть и как именно.

Не пришла ли пора, быть смелее? Пора любить, а не прикрываться страхами. Пора говорить о любви на языке любви: языке добрых слов, поддержки, прикосновений, подарков, времени, которое мы уделяем себе, любимым людям, любимым делам…

www.b17.ru