От депрессии можно умереть

Так что первично ( мысль или соматика) .

бывает, что первична мысль, бывает умирают из-за того, что устал жить или надоело.

отрицание явления его не меняет.

мы даже не можем напрямую управлять хотябы частотой пульса

просто не умеем, поэтому и не можем.

просто не умеем, поэтому и не можем.

вегетативные функции меняются от эмоций и это указывает, что кора (мысли!) вполне могут на нее влиять. Практика йогов (почему то забываемая штука, столь модная 60-80гг) наглядно демонстрировала, что почти все вегетативные функции можно взять под контроль.

т.е. можно и сердце остановить силой мысли?

т.е. можно и сердце остановить силой мысли?

При значимой брадикардии ( редких ударах) сознание отключится и контроль будет не возможен, будет автономное регулирование. Те защита сработает )

Допускаю, что бывает иначе.

Но по моему опыту в здоровом теле здоровый дух быстро находит дорогу к тараканам, засевшим в башне.

бывает, что человек просто устаёт от той жизни, которая у него есть, без онкологии и прочего.

Психосоматика — это миф

Шульц И.Г., «Аутогенная тренировка» ознакомьтесь, попрактикуйте, а потом делайте такие заявления

«Психика» «душа» «сознание» «разум» «воля» — это всего лишь совокупность химических реакций в клетках мозга отдельного индивида.

Объективно, никакого сознания, души, воли и разума НЕ СУЩЕСТВУЕТ. Есть только реагирующие молекулы и продукты их реакций.

Это подход детерминистов. При нём верхний информационный уровень целиком определяется поведением нижнего (информационного носителя), а сам носитель целиком детерминирован. Подход предполагает полную предопределённость всего сущего, включая даже абсолютную предопределённость ваших текущих мыслей уже в момент начала существования вселенной.

Теория детерминизма противоречит не только здравому смыслу, но и законам квантовой механики. Неопределённость на микроуровне приводит к статистическому характеру макроуровня и доминированию его законов над законами информационного носителя. То есть, сознание, как динамический информационный процесс — не особо то зависит от молекул, из которых состоит мозг.

Современные компьютеры целиком детерминированы, квантовые эффекты в них подавлены. Это означает, что даже если моделировать на них нейронную сеть размером с человеческий мозг, полученный искусственный интеллект свободой воли обладать не будет. Вот он то как раз и будет соответствовать вашим взглядам.

«Жизнь — это способ существования белковых тел» Ф. Энгельс.

forum.guns.ru

Почему люди умирают от депрессии?

Глубоко ошибочно полагать, что умереть от депрессии нельзя. Безусловно, лечь и просто умереть, даже находясь в состоянии тяжелейшей депрессии практически невозможно (хотя для тяжелобольных людей и людей преклонного возраста подобное возможно на уровне отказа от борьбы за свою жизнь). Однако и того, что тяжелое депрессивное состояние в 82% случаев становится косвенной причиной ранней смерти, достаточно для того, чтоб бить тревогу.

А привести к ранней смерти депрессия может по следующим причинам:

  • ухудшение внимания и реакции, приводящей к несчастным случаям и авариям;
  • ослабление защитных свойств всех систем организма, приводящее к возникновению самых разных заболеваний, начиная с тяжелых инфекций и заканчивая онкологическими болезнями;
  • ненормированный набор веса или отказ от активного образа жизни, что сокрушает продолжительности жизни в разы;
  • суицид, вероятность которого в случае тяжелой депрессии увеличивается более чем на 90%;
  • и многое прочее.

Именно поэтому, каждый раз, думая о депрессии, вы должны помнить, что она является болезнью, не менее опасной для вас, чем СПИД, туберкулез или рак. И что, не леча ее, вы моментально оказываетесь в группе риска, в которой находятся все те, кто страдает самыми тяжелыми неизлечимыми болезнями. И это притом, что невзирая на всю опасность для вас, депрессия абсолютно и гарантированно излечима!

Что делать, чтобы не умереть от депрессии?

Для того, чтоб не умереть от депрессии, в первую очередь нужно научиться диагностировать у себя подобное заболевание. А сделать это можно как самостоятельно, протестировав свое психологическое, физическое и ментальное состояние при помощи разнообразных тестов, которые уже опубликованы на нашем ресурсе, или обратившись к профессиональному психотерапевту.

Второй шаг, который является обязательным для вас – полное изменение своих привычек и образа жизни. Ведь любое, даже самое профессиональное медикаментозное лечение, лишь снимает симптомы депрессии, полностью не избавляя от нее, и уж точно не обещая невозможности рецидивов. А вот увеличение физической активности или ментальных мотивировок способно творить чудеса, усиливая активность вашей нервной и психической системы до уровня здоровой нормы, что и позволит вам самостоятельно избавиться от депрессии.

И самое главное: не относитесь к депрессии как к некой, не заслуживающий внимания ерунде. Всегда помните, что депрессия – очень тяжелое, требующее серьезного лечения заболевание, которое сегодня является причиной номер один в статистике ранних и незапланированных смертей, сокращая жизнь своих носителей на десятки лет, и уж точно многократно ухудшающее само качество их жизни!

zdorovat.ru

можно ли умереть от депрессии

Популярные статьи на тему: можно ли умереть от депрессии

Реформирование системы оказания психиатрической помощи в Украине связано с кардинальными социально-политическими изменениями в обществе. Критерием доступности психиатрической помощи должна быть ее максимальная приближенность к населению. Для решения этой.

Еще несколько десятилетий назад человек, перенесший инфаркт миокарда, считался инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Такие люди не могли полноценно работать, заниматься спортом, а зачастую даже обслуживать себя. Современные методы лечения и лекарственные.

Эта статья предназначена для врачей семейной медицины, поскольку именно к ним в скором будущем будут обращаться женщины с вопросами, касающимися не только здоровья ребенка и других членов семьи, но и репродуктивных планов, течения беременности и родов.

Наш мир становится все теснее. Некогда казавшиеся огромными расстояния преодолеваются, сводятся на нет всего одним щелчком компьютерной мыши, общение людей, в частности врачей, уже давно вышло за пределы города, области и даже страны. И пусть не для.

В продолжение освещения мастер-класса, прошедшего в рамках конференции «Гормоны и репродуктивное здоровье женщины» представляем вниманию читателей лекцию руководителя отдела Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии профессора Е.В. Уваровой

В настоящее время длительному лечению антагонистами кальция уделяется большое внимание [1, 2, 3]. Вопрос о возможности использования комбинации двух антагонистов кальция (AK) в лечении стенокардии нашел отражение в отечественных работах [4, 5, 6, 7]. В.

Десятилетия назад ученые поставили под вопрос безвредность кофе как напитка. Они утверждали, что потребление кофе является причиной высокого АД, сердечной аритмии и других сердечно-сосудистых заболеваний, остеопороза, не говоря уже о раке. Все эти.

27-28 мая 2004 г. в санатории «Пуща озерная» под патронатом Академии медицинских наук Украины и Министерства здравоохранения Украины состоялась 1-я Украинская конференция с международным участием «Тромбозы в клинической.

2-3 октября 2003 года в Киеве под эгидой Европейского общества кардиологов, Европейского комитета по аккредитации в кардиологии, Ассоциации кардиологов Украины и Института кардиологии им. Н. Д. Стражеско АМН Украины.

Вопросы и ответы по: можно ли умереть от депрессии

Да, мне с некоторого момента с детства начало трудно даваться общение со сверстниками. Точнее, я практически совсем не общалась. Родители ограничили меня в возможности встречаться з людьми и дышать свежим воздухом. День был расписан по часам, так что приходилось сидеть с уроками допоздна. Фактически все детство провела сгорбившись. Поэтому с 12 лет я осталась один на один с собой. Я не могла никуда пойти, мне не с кем было поговорить. И я замкнулась в себе. Но все же надеялась, что когда выросту,стану нормальным человеком, у меня будет свобода : свобода слова и действий, и что мое мнение будет что-нибудь значить для близких людей. Я часто представляла себе это.

Но вот мне 24 года, и я вынуждена избегать людей. Это очень угнетает. Уже почти не осталось надежды на выздоровление.

Вот ведь ирония судьбы: есть семьи, в которых родители совершенно не заботятся о собственных детях, а есть и наоборот — чрезмерная опека и ограничение до степени «удушья», «задавливания». Так вот, у меня второй случай. Я это почувствовала еще будучи маленькой, где то в первых классах школы и уже тогда начала «задыхаться» рядом с родителями. Похоже, сейчас они меня уже практически задавили. Я пробовала объяснять, просить, плакала, но слышала только крики в ответ и жалобы, что я их в могилу сведу. Я вынуждена была покоряться: не хотелось быть виновной в слезах матери, не хотелось снова лезть на рожон, вызывая скандалы, или, что еще хуже, быть виновной в их плохом самочувствии. Они обманули меня при поступлении в университет.Просто проигнорировали мои желания, и это при том, что у меня была возможность поступить в несколько вузов без конкурса. Они же выбрали самый плохой, так как он был ближе всего и не надо было далеко ехать. И так я снова оказалась на коротком поводке.

В первый год учебы я пережила очень сильный стресс: меня унижали как только было можно, это была группа молодых людей старше меня.Они подкарауливали меня, обзывали мерзкими словами, вламывались в комнату (я жила в общежитии).Это делалось в присутствии других людей, и моих однокурсников в том числе. В общем, они устраивали из этого спектакли.Продолжалось это целый учебный год, каждый день (на выходные я сбегала домой). И тогда я обратилась за помощью к родителям. Просила помочь мне найти жилье, плакала, но мне ответили, что я должна терпеть, а они люди простые и ничего не могут поделать. Вот так. А ведь они, в общем, люди хорошие. У меня не было средств, чтобы найти жилье самостоятельно, и помощи больше не у кого было просить Работу искать было некогда, так как училась я на стационаре, и с учебой надо было успевать (родители очень болезненно относились к оценкам; в общем, это все, что их интересовало; я все время переживала, что вылечу, что плохо здам экзамен, из-за их реакции). Я старалась не показывать, насколько мне обидно, никогда не плакала на людях, все время сдерживалась. Я пыталась как-то противостоять своим обидчикам, показывала свое отвращение к ним, но они были сильнее меня физически. А отвечать им такими же грязными и мерзкими словами я не умела, да и не смогла бы.

И вот после всего этого у меня и начались проблемы. Постепенно: постоянная усталость, раздражительность, истощение апатия, слабость, плохая память, потом постепенно усилился гипергидроз. Я сразу не обратила внимания, думала, что попью витамины, успокоительное, и все пройдет. После окончания вуза я настроилась на то, что уеду в другой город, найду работу и займусь собой. В общем-то, это и была моя мечта. Очень практичная. Никаких фантазий. Но родители меня не поняли, как всегда. Так что живу я (естественно) с ними. Сейчас я уже совсем расклеилась. Сил нет ни учиться, ни работать не только морально, но и физически. Когда они уходят на работу, мне как-то свободнее, хотя бы выреветься могу. Когда они дома, я стараюсь отгородиться, хотя не очень удается. И так каждый день — одно и тоже. Я даже по телефону не могу поговорить, потому что они слушают, а потом еще выспрашивают, на улицу не могу выйти без оправданий. За все должна отчитываться. Сначала еще хоть как-то было: работала на дому. А сейчас работы нет и найти не могу. Живу я в маленьком городишке, где все друг друга знают, поэтому не могу идти на какую-то серьезную работу — с моими ПА это невозможно. А если еще кто-то узнает, что мне плохо, начнут обсуждать. Я тогда не представляю, что будет со мной. А мне ведь 24 . Я думала, что в таком возрасте уже буду жить, а не существовать, и жить самостоятельно, буду заниматься любимым делом и буду наконец-то счастлива. Я уже не знаю, кем хочу быть, знаю лишь, чего не хочу: быть больной и существовать, как мои родители — всю жизнь на плохой работе, а в свободное время — перед телевизором. Это ведь не жизнь.

Извините, что написала такое. Не знаю, можно ли тут вообще такое писать. Мне просто очень нужен совет: имею ли я право уехать и начинать жить самостоятельно или я должна всю жизнь просидеть под присмотром родителей? Я знаю, что если останусь в этом городишке, я не только не вылечусь, а будет только хуже. Уже хуже, если честно. Здесь совсем не с кем поговорить, негде искать работу, некуда обратиться за помощью. У меня полная апатия с моментами отчаяния. Я никогда не чувствовала себя молодой девушкой. Не могу думать ни о чем, кроме как о своем уродстве, несостоятельности, ненужности, о том что позорю родителей, сидя дома, о том, что ничего, кроме смерти меня не ждет. Я очень боюсь умереть здесь, в этом городе, так ничего и не достигнув, не увидев свет, людей хороших. Я очень хочу изменить свою жизнь и оставить прошлое позади, перестать снова и снова переживать все плохие моменты и жалеть себя. Хочу уехать и вылечиться. Мне очень страшно. Тем более, что чувствую себя плохо и физически, и психологически. Сил нет совсем. И решиться очень тяжело. Особенно из-зи того, что дома у меня будут скандалы, если скажу об этом. Я уже пробовала и услышала: ты ничего не можешь, ты нигде не нужна, ищи работу здесь. Я так больше не могу. Посоветуйте, пожалуйста, хоть что-нибуть. Ато жить не хочется.

www.health-ua.org

Можно ли умереть от депрессии , какие виды расстройств самые опасные? Организация ВОЗ утверждает, что 10% взрослого мужского и 20% женского населения хорошо знакомы с проблемой депрессивного характера.

Здравствуйте, уважаемые читатели блога zdoroviedam.ru!

Депрессия — прямая причина самоубийств по оценке ВОЗ среди молодых людей самого цветущего и трудоспособного возраста. «Печаль тебя не уморит, но с ног собьет», «Не годы нас старят, а горе» — эти пословицы метко описывают состояние, от которого можно умереть молодым и здоровым физически.

Разновидности депрессий

По данным ВОЗ в 2017 году отмечался рост заболеваемости депрессивными расстройствами почти на 20%. Более 300 млн. человек живут с расстройством психики, которое становится причиной нетрудоспособности, инвалидности и смерти.

Проблема настолько распространена, что, дорогие мои читатели, я уверен, страдающие от депрессии есть и среди вас. А как узнать, есть ли у тебя депрессия? Попробуйте, друзья, ответить на вопросы, только честно:

* вы стали тяготиться прежним окружением, одиночество вам приятно;

* просыпаетесь без настроения;

* вас стало просто вывести из равновесия, все вокруг стало раздражать;

* мучает неосознанное беспокойство;

* возникают мысли о смерти, симптомы тяжелых болезней мерещатся при каждом подозрительном чихании;

* можно неподвижно просидеть долгое время на месте, не реагируя на окружающих;

* постоянно нет аппетита, даже любимая еда не вызывает желания ее попробовать.

Если на большинство вопросов можно ответить положительно, то, очень возможно, что у вас не просто плохое настроение. А чтобы выйти из депрессии, нужно, по меньшей мере, знать о том, что в организме развивается такое состояние.

По каким же причинам возникают депрессии?

Состояние депрессии вызывается:

* внутренними изменениями ЦНС;

* внешними воздействиями эмоционального или физического характера.

Разновидности депрессии, вызванные нарушением работы ЦНС, называются эндогенными.

Если депрессия развивается под влиянием внешних факторов, то такое нарушение именуется экзогенным или психогенным.

Особенность депрессивного расстройства, как заболевания, состоит в том, что его могут вызвать:

* нарушения в самой «химии» мозга;

* эмоциональные переживания, внешние стрессовые происшествия, которые приводят к гормональному дисбалансу и провоцируют болезнь.

Можно ли умереть от тоски или панической атаки, почему при депрессии обостряется невроз и ВСД?

В зависимости от причин, различают экзогенные депрессивные расстройства:

* сезонные — состояние соответствует «осенней хандре», тоскливому настроению с чувством постоянной усталости, сонливости, повышения аппетита;

* атипичная депрессия вызывается перееданием, сопровождается плаксивостью, расстройством сексуальной жизни;

* послеродовая – проявляется перепадами настроения, бессонницей, отмечается у 10% женщин после родов;

* тревожная — вызвана психоэмоциональным перенапряжением из-за трагических событий с близкими людьми;

* невротическая или дистимия – симптомы болезни выражены слабо, и больной часто считает их чертами характера, обостряется болезнь при нервном напряжении, проявляется чувством вины, постоянной усталостью, сбоями в аппетите.

Факторы, вызывающие расстройство, весьма многообразны. К экзогенным нарушениям можно отнести алкогольную депрессию, спровоцированную отказом от любимого напитка. Симптомы алкогольной депрессии хорошо знакомы родственникам бывшего алкоголика, к ним относятся:

* негативная реакция на близких, придирчивость;

* изменение характера – больной часто становится скупым, жестоким.

Преувеличенный страх за свое здоровье, страх смерти может быть признаком ипохондрической депрессии. А слезливость, упадок сил оказываются проявлениями астенического депрессивного расстройства. Умереть от него не получится, но жить в таком состоянии чрезвычайно тяжело.

Существует даже депрессия, которую вызывает прием лекарственных препаратов. К лекарствам, способным спровоцировать патологию, относятся Анаприлин, Верапамил, Клофелин, Резерпин, Новокаинамид, Холестирамин, Интерфеорн, Ранитидин и др.

Но самые опасные и тяжелые депрессии, от которых можно умереть, развиваются при эндогенной природе этого заболевания.

При эндогенных депрессиях, вызванных нарушением производства гормонов и нейромедиаторов, человек входит в состояние глубокой апатии и тоски. Эндогенные депрессии вызываются нарушением метаболизма в головном мозге и являются стадией:

Характерные симптомы состояния эндогенной депрессии:

* страх, высшее проявление которого – паническая атака;

* нарушение восприятия собственной личности;

* попытки и мысли о суициде.

Насколько сильно даже временные переживания, не говоря уже о состояние невроза или депрессии, влияют на здоровье, известно из обихода. Пропадает аппетит, сжимается желудок, останавливается кишечник – так описывают лица, страдающие депрессивными нарушениями свое состояние при обострении болезни.

Дополнительную информацию о том, как мозг и физиологическая сторона жизни человека связаны, можно прочитать в разделе «Эндокринные заболевания».

Но внешние изменения – это лишь верхушка айсберга. Опасность депрессии в том, что внутренние изменения в мозге провоцируют заболевания, которые в перспективе разрушают жизнь человека и в итоге убивают.

Можно ли умереть при депрессии

Начну с того, дорогие друзья, что при депрессивном состоянии у человека ухудшается или же усиливается аппетит, депрессия как будто отключает связь органов чувств и мозга.

* При снижении аппетита больной чувствует запах вкусной еды, но его ЦНС не дает одобрения, не включаются рефлексы здорового человека, заставляющие переходить от ощущений к делу.

* Если аппетит повышен, то не срабатывают сигналы, идущие от органов чувств в головной мозг о насыщении. Больной переедает, что также разрушает его здоровье.

В случае с усилением аппетита больной как будто стремится убить себя пищей. Несмотря на отсутствие потребности в еде, он продолжает забрасывать в себя все новые порции, а мозг не останавливает объедения.

Особенно плохо обстоит дело со сниженным аппетитом при состоянии, которое называется глубокой депрессией. Этот медицинский термин характеризует серьезный дефицит важных медиаторов ЦНС дофамина и серотонина.

Снижение дофамина и серотонина сопутствует таким заболеваниям, как диабет, рак, инсульт.

Остановлюсь подробнее на таком сопутствующем явлении, которое всегда обнаруживается при депрессии, как низкий уровень дофамина.

Гормональные изменения

Дофамин – нейромедиатор, без которого не образуются норадреналин и адреналин. Данные вещества являются «гормонами бодрствования», определяют уровень активности человека. Эти гормоны оказывают стимулирующее действие на все системы, заставляя:

* сердце — быстрее работать;

* мозг – концентрироваться на решении проблемы;

Еще одна функция гормона состоит в формировании чувства удовольствия. Система поощрения создана природой, как инструмент выживания. Движение – вот лучший способ увеличения выработки дофамина естественным образом.

Радость от физической активности была необходима, чтобы древний охотник взялся за копье и отправился добывать обед для племени. Удовольствие от секса необходимо для продолжения рода. А удовольствие вкусной еды требуется, чтобы человек не погиб от голода.

При нехватке дофамина утрачивается важнейшая система, побуждающая к активности.

Другой важной функций дофамина является роль тормозного медиатора в гипоталамусе и гипофизе. Гормон угнетает выработку пролактина, и при депрессии пролактин резко возрастает.

Повышенный пролактин – это прямое следствие нехватки дофамина. При резкой недостаточности дофамина состояние депрессии настолько глубокое, что одними призывами заняться спортом, обойтись не удастся.

Снижать уровень пролактина придется лекарствами. Пока этот гормон будет содержаться в большой концентрации, можно быть уверенным, что у человека не появится желания не то что спортом заняться, но даже просто поднести ложку с едой ко рту.

Что же такое пролактин? Этот гормон еще недостаточно изучен. Точно известно, что он необходим женщинам в период грудного вскармливания, но во все остальное время высокий пролактин:

* снижает тестостерон и эстрогены;

* прекращает овуляцию, препятствуя новой беременности, вплоть до бесплодия;

* стимулирует иммунитет, что повышает риск аутоиммунных патологий – артрита, диабета, Базедовой болезни;

* способен вызвать психическое расстройство.

Как видно из приведенного списка, высокий пролактин является прямой причиной аутоиммунных заболеваний, участвуя в иммунных реакциях. Объясняется такая способность тем, что на мембранах лейкоцитов и лимфоцитов есть рецепторы к пролактину.

В случае увеличения концентрации гормона в крови, активируются лимфоциты. Результатом активации иммунитета при отсутствии инфекции становится выработка аутоиммунных антител, направленных против собственных тканей.

Старение и депрессия

Депрессия и процессы старения сходны. В старости отмечается снижение концентрации дофамина в мозге, из-за чего:

* уменьшается число нейронов и связей между ними, что ведет к старческой деменции — слабоумию;

* в целом мозг становится меньше по объему и весу;

* снижается социальная активность человека;

* сужается круг интересов и общения.

Не правда ли, старение очень похоже на депрессивное состояние? Кроме того, наука установила, что депрессия ускоряет во много раз процесс старения.

В пожилом возрасте особенно важно выявлять депрессию своевременно и бороться с ней. Но, мне кажется, нельзя заставлять себя совершать подвиги через силу.

Не стоит пересиливать себя и нырять в ледяную прорубь или совершать пробежки ежедневно по 5-10 км, если это делается через силу.

Нужно помнить, что стрессовая ситуация – одна из причин депрессии. Услышать адекватный совет, стоит ли прилагать волевое усилие, можно только от доктора, иначе действительно недолго и умереть от депрессии, если перестараться со здоровым образом жизни.

Видеоматериал на тему депрессии дополнит мой сегодняшний труд.

zdoroviedam.ru

Можно ли умереть от депрессии?

Люди в современном мире часто сталкиваются с явлением депрессии. Это связано с задаваемыми вопросами об окружающей действительности, с некоторым разочарованием от того, что все не так, как мы думали ранее.

Некоторые субъекты, пребывая в депрессивном состоянии, чувствуют себя настолько подавленно, что серьезно начинает казаться: смерть близка. Правда ли это?

Само по себе явление не носит смертельного характера, однако есть симптомы, которые влекут за собой серьезные последствия – это апатия, сниженная активность физического плана, утрата веса, бессонница.

Если не заниматься лечением, все признаки способствуют общему ухудшению самочувствия человека, в результате чего результаты оказываются плачевными. В особо тяжелых ситуациях человек начинает постоянно думать о смерти, суициде.

Так что ответ на поставленный ранее вопрос не является однозначным. Сама по себе депрессия не ведет к смерти, но мысли, фигурирующие во время этого состояния – могут привести к чему угодно.

В рамках расстройств, преимущественно психологического характера депрессия имеет несколько серьезных характеристик.

• Развитие болезни происходит постепенно, соматическое здоровье является абсолютно нормальным. Такое состояние не имеет связи с возникновением стрессовых ситуаций и конфликтных отношений. Напротив, депрессия возникает на фоне того, что у жертвы все хорошо и спокойно.

• Обычно состояние приходит в жизнь людей, которые достигли возраста 20 лет. Заболевание прогрессирует и в таком случае может приводить к инвалидности. В результате этого нарушаются социальные связи субъекта.

• Степень, в которой выражено состояние депрессии, не имеет зависимости от обстоятельств извне. Даже яркое солнце не может развеять тоску и депрессию человека, не предоставляя возможности радоваться окружающей обстановке.

• Проявляется заболевание и в рамках состояния психоза, когда жертва становится частично или полностью безучастной к жизни родных и близких людей. Пациенты много думают, им не понятен смысл их жизни. Наиболее ярко такое состояние развито в утреннее время.

• Наблюдается утрата аппетита, полное истощение, запор, утомляемость, все эти факторы, так или иначе, дополняют картину заболевания.

• Даже проведение всестороннего обследования не поможет обнаружить процесс, необходимо будет привлечь к помощи компетентного врача психиатра, который сможет назначить комплексное лечение.

Можно ли избавиться от депрессии

Представители стран постсоветского пространства стесняются обращаться к психиатрам, поскольку считают, что специалисты лечат слабоумных людей. В сознании прижился стереотип, что здоровый человек в состоянии решить свои проблемы самостоятельно.

На самом деле, это не более чем миф, поскольку врач внимательно прислушается к жалобам человека и поможет найти должное решение, постепенно расположив его к доверию.

Если диагноз находится под сомнением, специалист может направить пациента на дополнительную беседу к психологу. Также больной должен пойти к неврологу, чтобы избежать ухудшений. Депрессия – это деликатный вопрос, при котором нельзя надеяться на мнение подруг и на собственные силы.

Что предлагают врачи

Лечение депрессии медикаментами не приводит к желаемому результату, лишь подавляя очаг поражения, не искореняя его. На самом деле при депрессивном состоянии нет органа, на котором появилась бы опухоль или болезнь, есть только душевное расстройство, требующее оперативного вмешательства медиков.

Фармацевтами может быть предложен продолжительный прием лекарственных растений и трав, а также нетрадиционная медицина.

Особую опасность таит в себе депрессия, проходящая в особо тяжелой форме и несущая мысли о суициде. Человек может отказываться принимать пищу и в таком случае нуждается в серьезном госпитальном лечении, его лечат высокими дозировками антидепрессантов.

Проходит ли депрессия самостоятельно?

Однозначный ответ на этот вопрос получить проблематично, поскольку не всегда депрессивное расстройство заканчивается выходом из заболевания. На самом деле, если проводить сеансы психотерапии и заниматься собой – совершенствованием внешности и внутреннего мира, то вы очень скоро увидите просто чудесный результат.

Если же продолжать ничего не делать и при этом не обращаться за квалифицированной помощью и поддержкой, то результата придется ожидать длительное время.

Помогает ли Глицин от депрессии

Ни одно медикаментозное средство не способно в полной мере избавить человека от депрессивного состояния, поэтому все, что остается делать – так или иначе, обращаться за поддержкой к врачу.

5s1.ru

От депрессии можно умереть

Плохо сплю.Как наркоман сижу ночью,а утром до обеда сплю.В церковь хожу редко.

Уже какая-то хроническая депрессия и безысходность.

Порой я себя ненавижу и хочу умереть.Считаю себя страшной и хуже самого последнего наркомана.Самооценка на нуле.

Как себя полюбить хоть чуть-чуть или уважать? для чего жить?

кто-то , возраст: 24 / 11.02.2013

Тала , возраст: 40 / 11.02.2013

На собеседование в любом случае

придётся идти, т.к. нужно на что-то

жить и нужно быть чем-то занятым.

Может, Вы постараетесь найти работу в

ночную смену? Но если даже не

получится, Вы скоро втянетесь в режим.

Будете уставать, отсюда и хороший сон.

Что касается внешности, не могу ничего

посоветовать, т.к. никогда не оцениваю

людей с этой стороны. Но, если у Вас

стоят брекеты, это уже шаг к улучшению

своего внешнего вида, так?

если всё-таки переступите через себя и

пойдёте на собеседование, найдёте

работу, появятся деньги для

совершенствования (одежда, косметика,

салоны итд.), а там глядишь и друзья

Я понимаю, что прсидев два месяца

дома, очень сложно наладить контакт с

внешним миром, но Вы должны это

сделать ради своего же блага.

Влада , возраст: 20 / 11.02.2013

Вы не работаете? А вот попробуйте ходить в храм каждый день и что-нибудь полезное делать для церкви. Конечно, для этого придется вставать утром, а не в обед, но дело того стоит, уверяю вас! Храм лечит душу.

Агния Львовна , возраст: 72 / 11.02.2013

все просто — нужно верить и молиться не позволять себе опускаться ниже своего достоинства и конечно же трудиться над собой , над своей жизнью ! Все у тебя будет хорошо ! А брекеты это мелочь ! Бог в помощь !

Вадим , возраст: 55 / 11.02.2013

О, да тебе уже 24 года! Возраст серьезный. Помнится мне Александр Невский одержал победу на р.Неве против Шведского войска когда ему было всего 20. И это при численном перевесе противника. А ведь его задача была гораздо сложнее твоей. Почему же у него получалось, а у тебя не получается?

Думаю потому что у него внутри все горело — он ставил себе благородные цели — защитить свой народ, показать на собственном примере необходимость мужества в бою и т.д. — и достигал этих целей с молитвой.

А теперь берем жизнь среднестатистического современного человека. Встал утром — покушал — удовольствия/ развлечения — сходить куда-нибудь с друзьями, посмотреть телевизор — если работает — посидеть немного на работе, лучше всего ничего не делая — снова повеселиться с друзьями — покушать. Этакая жизнь по принципу хомячка — в никуда.

Но понятно же, что если бросать в землю камешки, то морковка не вырастет.

Вот ты мой друг, сейчас бросаешь в землю эти самые камешки — не работая, выращивая в себе мнимую стеснительность, поддерживая чувство уныния. А ждешь морковки — счастливой жизни, чтобы чувствовать себя хорошо в ней.

Какие семена надо бросать в землю — чтобы получить плод в виде счастливой жизни? Попробуй догадаться сама. Я тебе только не много подскажу. Для этого нужно прежде всего победить себя изнутри (подробно что именно следует в себе победить — попробуй почитать в книге о.Иоанна Крестьянкина — Опыт построения исповеди в Интернете) — преодолеть леность, стеснительность, отчание — которые мешают тебе жить. Их можно победить только заставив себя — жить по другому, чувствововать по другому, призывая на помощь Бога. Во-вторых, научиться любить ближних — (о том кто такой ближний и как его любить — хорошо бы почитать в Евангелии) — т.е. делать для них бескорыстно все то хорошее — что ты только можешь, как для себя. А можешь ты бесконечно много — начиная с приборки собственной лестничной клетки, участия в волонтерских движениях, с доброго слова, с любой полезной работы — везде ведь можно помочь. И тогда как мама забывает о своих болячках — когда ее ребенок не здоров, так и ты забудешь о своем унынии, безысходности и брекетах — как только по настоящему захочешь прочувствуешь горе другого человека и будешь помогать ему.

Теперь ты все знаешь мой друг. Осталось только одно — заставить себя жить по другому. Дерзай.

Светлана , возраст: 30 / 12.02.2013

Вот Вы говорите безысходность. А настоящая безысходность написана на 9 листочках блокадного дневника 12-летней Тани Савичевой:

1.28 декабря 1941 года. Женя умерла в 12 часов утра.

2.Бабушка умерла 25 января 1942-го, в 3 часа дня.

3.Лёка умер 17 марта в 5 часов утра.

4.Дядя Вася умер 13 апреля в 2 часа ночи.

5.Дядя Лёша 10 мая в 4 часа дня.

6.Мама — 13 мая в 7-30 утра.

9.Осталась одна Таня.

Таню, потерявшую сознание от голода, нашла специальная санитарная команда, обходившая ленинградские дома. Девочку эвакуировали вместе со 140 детьми в посёлок Шатки ныне Нижегородской области. Местные жители помогали как могли этим несчастным детям – подкармливали, согревали любовью и заботой замёрзшие сиротские души. Многие из детей окрепли, смогли встать на ноги. Но Таня так и не поднялась. Врачи два года сражались за жизнь девочки, однако гибельные процессы в организме стали необратимыми. И Таня ушла, оставив после себя лишь 9 страшных листиков, чтобы мы, не зная, что такое голод, всё-таки знали цену маленького кусочка хлеба и силы человеческого духа.

Евгений , возраст: * / 12.02.2013

меня самого бывали длительные периоды

безработицы. Но скажу вот что, запирать себя

надолго нельзя, потом, как понимаешь, еще

сложнее будет. По возможности почаще встречайся

и общайся с людьми, с кем угодно:

родственниками, друзьями, просто знакомыми. А

по поводу собеседований, не так уж это

страшно. работодатели в конце концов не

кусаются. Ты просто идешь пообщаться с людьми,

узнать подробности о работе, рассказать о себе.

жизни и смерти, эти страхи, это самоуничижение,

все это оттого, что нечем заняться или не с кем

поговорить, варишься в своей депрессии и

просвета нет. Не нужно слишком много

самокопаний, нужно чуточку расслабиться и

попробовать жить начать, тогда и смыслы

появятся. А начать с малого, будь то просто

позвонить старому другу и погулять, или

отбросить ненужные страхи и решиться сходить на

Straight , возраст: 25 / 12.02.2013

Ой, уверена, что с Вашей внешностью все не так уж плохо. Знаете кто такая Софи Лорен? Так вот в юности она комплексовала по поводу своего носа, большого рта и высокого роста. Но поверила в себя и стала актрисой, и красавицей. Это ее фраза: "Женщина, твердо уверенная в своей красоте, однажды заставит весь мир поверить в то, что она действительно красива!"

www.pobedish.ru

Как я вылечилась от депрессии

Этот текст выделяется из общего тона материалов нашего сайта. Он подготовлен не нами, а взят нами из ЖЖ. Это история молодой женщины, она описывает, как она страдала от депрессии и вылечилась от нее. Стилистику автора мы не правили, удалили лишь матерные ругательства, оставив в неприкосновенности весь остальной словесный мусор и жаргон. Мы понимаем, что нас читают самые разные люди, и кому-то, возможно, как раз такая стилистика будет близка. Тем более, что в целом история написана ярко и увлекательно.

В общем, так. Меня зовут Оля, я довольно молода и буду довольно молодой еще лет десять-двадцать, даже если продолжу бухать в лучших традициях русской интеллигенции. У меня нет (во всяком случае, пока) рака, спида, гепатита, рассеянного склероза и родильной горячки. Близорукость весьма умеренная, гастрит успешно залечен. Все мои родственники и друзья живы, плюс-минус здоровы и обитают далеко от зон каких-либо боевых действий. Я живу в Москве, и у меня хватает денег, чтобы каждый день покупать кофе в старбаксе (честно говоря, даже на сэндвич хватает, и еще остается). Я люблю смешные картинки, велеречивость, секс, текст, тыкать пальцем в закаты над Строгино и ни с хрена пить шампанское середь недели.

Я бы не стала так кудряво себя анонсировать, не будь всей этой разлюли-малине от роду неделя. В том смысле, что примерно неделю назад антидепрессант, который я принимаю, наконец-то достиг в моем организме нужной концентрации и начал действовать. Предшествовали этому знаменательному событию — внимание, сейчас будет драматический пафос — Три. Года. Долбаной. Пустоты. Если без пафоса, то у меня была самая обыкновенная депрессия, если образно — то это были три года в обнимку с дементором из «Гарри Поттера». Если в разрезе «на что я трачу жизнь свою» — три года, которые примерно с тем же успехом можно было пролежать в коме (хоть выспавшейся была бы, наверное). За эти три года я получила диплом, сменила четыре места работы, купила машину и научилась ее водить, еще что-то, еще что-то — короче, если проводить аналогию с комой или летаргическим сном, я неоднократно заслужила приз «Почетный лунатик».

ТРИ ГОДА. 1095 дней, которых как бы не было. Я тут недавно где-то читала, что, мол, 23 года — это самый лучший человеческий возраст. 22 и 24 наверняка немногим хуже, но мне этого уже никогда не проверить.

В общем, я имею сказать (и, как мне кажется, имею право сказать) о депрессии. Это слово используют все и постоянно, но я ни разу не видела в этих больших русскоязычных интернетах внятной попытки объяснить, что оно значит на самом деле (сбивчивые посты в тематических жж-сообществах и статья в википедии не счет). Впрочем, даже если кто-то уже все сказал, я скажу еще раз, потому что это важно и всех касается. Я начну с самого начала и, прошу прощения, это будет длинно (даже слишком длинно, наверное, с массой ненужных подробностей). Я еще напишу об этом сжато, емко и художественно, но пока что пусть будет хотя бы так. Пожалуйста, прочитайте, особенно если у вас депрессии никогда не было.

Для начала представьте, что у вас настоящее, очень сильное горе. Допустим, умер кто-то важный. Все стало бессмысленно и безжалостно, вы с трудом встаете с кровати и все время норовите заплакать. Вы плачете, бьетесь головой о стену (или не бьетесь — это уже от темперамента зависит) и вливаете в себя алкоголь. Все утешают вас, вам пододвигают тарелочку вот с этим крутым пирожным, которое вы так противоестественно сильно любите, и на третий-пятый раз вы, в общем-то, соглашаетесь разок его куснуть. Потом вспоминаете, что кредит невыплачен, собака невыгуляна, а еще вообще-то есть дело, которое надо делать, и, кстати, посмотрите, какой нынче закат над Строгино красивый, охренеть просто, а.

Депрессия — это когда вы не откусываете пирожное ни на третий, ни на тридцать третий раз, и вам просто перестают его предлагать. Если представить, что жизнь — это такая разноцветная жидкость, которой заполнено человеческое тело, то депрессия — это когда жидкость откачали почти до нулевой отметки, оставив только какую-то мутную взвесь на дне, благодаря которой вы можете пользоваться руками, ногами, речевым аппаратом и логическим мышлением. Откачали и за каким-то лешим наглухо закупорили отверстия, через которые можно было бы влить новую порцию. Кто, зачем и почему — неизвестно. Может, ужасное событие было настолько ужасным, что от него никак не оправиться (тогда это называют экзогенной, или реактивной, то бишь спровоцированной внешними факторами, депрессией). Может, у вас от природы уровень этой самой жидкости был чуть ниже нормы, а клетки, в которых она хранилась, давали течь, и жидкость уходила из них постепенно, годами, кап-кап. Это называется «эндогенная депрессия», и так даже хуже, потому что вам вряд ли станут заботливо предлагать пирожные, у вас вроде бы никто не умирал. У меня был промежуточный вариант — я, в целом, и так не претендовала на титул «Мисс Жизнерадостность», а тут еще и мир от души двинул мне в табло.

Депрессию часто описывают в духе «весь мир стал серым», но это вопиющая неточность. Мир остается цветным и многообразным, и ты это видишь, со зрением у тебя все в полном порядке. Просто теперь весь цвет и многообразие — это просто информация, от которой тебе никак, ВООБЩЕ НИКАК. Не интересно. Не вкусно. Не радует. Непонятно, почему должно радовать. Непонятно, почему радуются другие, зачем они шебуршатся, что-то там читают, куда-то едут, собираются группами более и менее трех человек. «Не для меня придет весна, не для меня Дон разольется» — это про депрессию. Не знаю, можно ли объяснить это человеку, который там, в депрессии, никогда не был: тебя не трогает как сам факт разлива Дона, так и его масштабы. Ручеек и океан не радуют совершенно одинаково. Бессмысленно копить деньги, чтобы уехать из этой гребаной гайморитной Москвы к морю — ты приедешь, уставишься на это море (синее, глубокое, теплое, бескрайнее, наполненное разноцветными рыбами) и подумаешь: «Ага, ну вот море. Цвет — синий. Глубина — столько-то метров. Температура — столько-то градусов. Протяженность — столько-то километров. Фауна — разнообразных форм и цветов. И?». Депрессия — это такая компактная персональная зима, которая всегда с тобой, как тот праздник.

Я знаю, о чем говорю — я ездила к морю в депрессии. Всю неделю я просидела в лобби отеля, где был вай-фай, и глушила вискарь. Я потратила на вай-фай и вискарь сумму, за которую можно было бы съездить на более отдаленное море на вдвое больший срок. Когда я не сидела в лобби отеля, я лежала у себя в номере, смотрела русский канал по телеку и глушила вискарь, купленный в дьюти-фри. Несколько раз я сходила на море и даже в нем искупалась. Один раз — надела маску и посмотрела на рыб под водой. Написала несколько смс-ок родне и друзьям о том, что рыбы красивые, море теплое, а я очень довольна отпуском. К счастью, я была на море одна, иначе пришлось бы имитировать радость постоянно, а это очень утомительно. Это, кстати, еще одна сторона депрессии, неведомая здоровому человеку — ты должен постоянно изображать эмоции, которых не испытываешь. Более того, ты плохо помнишь, как испытывал их раньше, поэтому приходится напрягать мозги, конструируя реакции, которые у нормальных людей возникают автоматически. Допустим, ты идешь по улице с другом мимо цветущей вишни. Друг говорит: «Посмотри, как красиво!». Ты смотришь. Фиксируешь: «Белый цвет лепестков. Солнечный свет падает под тупым углом, за счет чего лепестки выглядят объемными. Это должно вызывать во мне радость, поскольку эстетически привлекательно, но достаточно умеренную, поскольку весьма обыденно и часто встречается в это время года». Соответственно, ты говоришь что-то вроде: «Да, слушай, офигенно! Как хорошо, что весна!». Впрочем, со временем логические конструкции уходят куда-то в фоновый режим и у тебя в сознании просто загораются лампочки — «радость», «интерес», «юмор». Ты прилежно выдаешь нужные реакции и даже мысли не допускаешь, что может быть как-то по-другому.

То, о чем я сейчас написала — это, если что, умеренная такая депрессия, не тяжелая. То есть ты вполне в состоянии изображать вменяемого члена общества, ходить на работу, поддерживать какое-то количество социальных связей и автоматически, без интереса, потреблять простенький контент типа сериалов и развлекательных статей. Разумеется, все это дается не слишком легко, ты очень смутно понимаешь, зачем оно тебе нужно, ты ни на что не надеешься, ты тупо выполняешь некий набор действий (скорее всего, обильно заливаясь алкоголем по вечерам).

А теперь представьте все то же самое с одним дополнением: в вашу грудную клетку воткнут топор. Топор невидимый, крови нет, внутренние органы работают нормально, но вам все время больно. Больно независимо от времени суток, положения в пространстве и окружающей обстановки. Так больно, что становится сложно даже разговаривать — между вами и собеседником как будто метровая толща стекла. Трудно понимать. Трудно формулировать. Трудно думать даже самые простые мысли. Любое действие, которое всю жизнь выполнялось на автомате, вроде чистки зубов или похода в магазин, становится подобно перекатыванию с места на место огромных каменных глыб. Вам не просто не нравится и не хочется жить — вам, натурально, хочется сдохнуть, причем как можно скорее, и это не рисовка в духе «да лучше б меня самосвалом переехало», это всерьез. Жить — мучительно и невыносимо, в каждую отдельно взятую секунду. Вот это — уже настоящая депрессия, тяжелая. Работать практически невозможно, скрывать от окружающих, что с вами что-то не так, — тоже. Я провела в этом состоянии около полутора месяцев, это было два с половиной года назад, и больше всего на свете я боюсь, что когда-нибудь это повторится. Потому что это ад на земле, это дно, это хуже рака, спида, войны и всех остальных несчастий, которые могут приключиться с человеком, вместе взятых. Если бы в один из дней тех полутора месяцев умерла моя мама или лучшая подруга, мне бы не стало больнее, потому что параметр «боль» и так был выкручен до абсолютного максимума, доступного моей нервной системе. Если бы умерли все люди, которым было до меня дело, я бы просто покончила с собой. Вообще, наличие людей, которым, по твоему мнению, от твоей смерти станет не очень, кажется единственным достаточном основанием продолжать этот кошмар. Вряд ли можно считать это проявлением альтруизма — это скорее что-то из разряда давным-давно и не слишком осознанно заученных прописных истин, которые держатся в башке до последнего.

Кстати, депрессия может быть еще и тревожной. Это когда топор в твоей грудной клетке кто-то вдруг начинает раскачивать из стороны в сторону. Со мной это происходило каждое утро — я сидела под вытяжкой, прикуривала сигареты одну от другой и мучительно боялась всего, от далекого будущего до сегодняшней электронной почты. Иногда тревога нарастала ночью, я часами перекатывалась от края кровати к стенке и заставляла себя повторять: «Если я переживу это, я стану железной, если я переживу это, я стану железной, если я переживу это. ». Господа, это полный бред. Это тот случай, когда, то, что тебя не убивает, делает тебя просто менее живым, но никак не сильным.

Насколько я знаю, такие состояния (когда с топором в груди) лечат в стационаре. Но многие худо-бедно вылезают самостоятельно — помогает молодость, живучесть, вот это все. Я тоже в какой-то момент вылезла — вместе со своим топором я дотащилась до ближайшего к дому спортзала, купила абонемент (потом было очень странно и страшно смотреть на свою фотографию в этом абонементе — это было совсем серое, мертвое и опухшее лицо) и начала каждый день выгонять себя на тренировки. Я вкалывала до кровавого пота по два-три-четыре часа ежедневно, иногда по два раза в день, и постепенно, очень медленно, топор в груди начал растворяться. Через пару месяцев он трансформировался в эдакий небольшой зажимчик, который по вечерам и вовсе иногда пропадал. Не знаю, как это называется в медицинских терминах, но из штопора я вышла. Нашлась работа, восстановилась способность соображать, коммуницировать и даже что-то там конструировать из слов. Я решила, что я вполне себе в норме.

И вот тут спрятана большая жирная подстава. Потому что после месяцев прокручивания через мясорубку твоя старая личность превращается в совершено однородный фарш. Ты очень смутно помнишь, кто ты, что ты любил и что доставляло тебе удовольствие (и доставляло ли что-то вообще). Это, конечно, не амнезия, просто ты достаешься себе в виде набора высушенных характеристик без всякого наполнения. «У меня аналитический склад ума». «Я чрезмерно эмоциональна». «Я умею и люблю писать тексты». Ты берешь эти слежавшиеся наборы слов, добросовестно напяливаешь на свой внутренний скелет и все, вроде бы, окей. С одной ремаркой: ты не помнишь, что «аналитический склад ума», вообще-то, раньше означал возможность приподняться над хаосом и увидеть в нем внятную структуру, и как это было кайфово, и как ты любил свой мозг за то, что он это умеет. И как вам с мозгом было интересно часами выстраивать цепочки аргументов, любоваться ими, рушить их и выстраивать новые. Не помнишь, что писать тексты — это священнодействие, боль и трепет, и как страшно случайно промахнуться и наделать в ткани языка безобразных дыр, и какое это острое счастье — все-таки поймать течение и аккуратно встроить свой смысл в ДНК слов. И что чрезмерная эмоциональность — это способность не раздумывая нырять в самые темные колодцы и пропускать через свою нервную систему такие разряды, от которых слон бы заколдобился, что кроме несовместимой с жизнью боли это такого же накала восторг, божественный свет и альпийские вершины, и особенное, мало кому доступное равновесие на тонкой дрожащей проволоке где-то между отчаянием и оргазмом. (Подставьте сюда любые другие характеристики, суть останется неизменной — вместо всей цветистости, которая раньше обозначала твое «я», у тебя есть только какая-то пыльная мешковина).

Депрессия не закончилась, но ты-то этого не знаешь, ты принимаешь десятиградусный мороз за ноль. Ну а что, птицы на лету больше не замерзают, дышать можно, — наверное, так всегда и было. Ты начинаешь жить как за мутным стеклом, даже не догадываясь, что большинство людей живет как-то по-другому. Иногда стекло слегка проясняется, и ты ощущаешь что-то вроде радости (точнее заставляешь себя ощущать — радость не приходит сама собой, ее надо долго и старательно из себя выковыривать; иногда получается). Ты думаешь, что вот это — и есть пресловутые плюс двадцать два, солнце и легкий ветерок, не понимаешь, в чем прикол, а на деле термометр показывает минус два и под ногами у тебя грязь с реагентами. Жизнь кажется занудной конференцией, на которую раз уж притащился, надо остаться хотя бы ради фуршета, но на фуршете не дают ничего, кроме заветренных бутербродов, и, несомненно, лучше было бы не приходить сюда вообще.

Но раз уж родился и решил не умирать — надо отвечать за базар и жить, думаешь ты. Поскольку само по себе это занятие тебя совершенно не интересует, скорее всего, рано или поздно ты вляпаешься во что-нибудь нездоровое. Депрессия — самое подходящее состояние, чтобы вступить в секту, двинуться на религии, податься в серийные убийцы или сесть на героин. С вышеперечисленным лично у меня как-то не сложилось, зато я хорошенько отожрала трех других, не менее стремных, депрессивных блюд.

Блюдо первое — конструирование смыслов. Я же не дура и не мазохистка, чтобы тащиться по вымерзшей серой пустыне просто так, процесса ради. Поэтому я напрягла мозги и придумала себе смысл и цель. Я сейчас не буду вдаваться в подробности, но смысл был хороший, гуманистический, и цель достойная. Проблема в том, что при полной ангедонии никакие цели и смыслы ничего не освещают и не наполняют, они дают лишь ощущение свинцового долга, к выполнению которого ты должен гнать себя каждую секунду и в соответствие с которым должен быть приведен каждый твой шаг. Ничто не делается просто так — я даже сексом занималась с мыслью «Я делаю это для того, чтобы неудовлетворенность не мешала мне идти к цели». Шаг в сторону влечет за собой внутренний расстрел, напряжение никогда не ослабевает, расслабляться нельзя. Шансы вылезти из депрессии при таких раскладах нулевые, потому что если где-то на периферии и замаячит слабая тень радости, ты немедленно себе ее запретишь, ибо к цели она тебя не приближает. Кроме того, безумно болезненным (а боль, в отличии от радости, ты испытывать ого-го как можешь) становится любое соприкосновение с чужими целями и смыслами. Не потому, что ты считаешь свои единственно правильными — просто ты чуешь, что другие несут все эти цели и смыслы как-то иначе. Что для них это, видимо, не путешествие по пустыне с пушечными ядрами на обеих ногах, среди колючей проволоки и сторожевых вышек. Ты не понимаешь, завидуешь, злишься, отчаиваешься, замыкаешься. Твоя цель — это все, что у тебя есть, при этом ты знаешь, что висишь на ней, как на отвесной стене, буквально на одном ногте, и самая мелкая неудача может отправить тебя вниз, обратно, туда, где бессонные ночи с топором в груди. И однажды это происходит, потому что неудачи в любом случае неизбежны, а в твоем тем более — ты загнан, измотан, почти недееспособен, какие уж тут покорения вершин.

Блюдо второе — бессмысленная и беспощадная работа. В историю с конструированием смыслов за три года депрессии я вляпывалась несколько раз, в работу — только один, зато со всего размаху. Когда смысл в очередной раз начал выскользать у меня из пальцев, я работала редактором в издательстве корпоративной прессы (чтобы иметь деньги, чтобы есть еду, чтобы идти к цели). Работа получалась у меня довольно хорошо, и когда цель лопнула, я просто продолжила ее делать — уже не «чтобы», а просто так. Я стала работать больше и лучше, потом еще больше, еще, еще. Я работала по пятнадцать, шестнадцать, восемнадцать часов в день. Я просыпалась ночью, открывала рабочую почту и отвечала на письма. Когда я не спала, я проверяла рабочую почту каждые три-пять минут. Утром я ехала в офис и работала, днем иногда выходила куда-нибудь с ноутбуком и работала за едой, или хотя бы отвечала на письма с телефона. Если в кафе не ловил вай-фай, у меня начиналась паника, я судорожно запихивала в себя еду и буквально бежала в офис. Я почти всегда уходила с работы последней, приезжала домой или в гости и продолжала работать до глубокой ночи, постепенно накачиваясь алкоголем до состояния, когда работать было уже невозможно и получалось уснуть. Пила я каждый вечер, потому что иначе зажим в грудной клетке начинал превращаться в старый добрый топор, а мне нужно было работать. В выходные я тоже работала, а если вдруг не работала, то чувствовала себя ужасно виноватой и пила в два раза больше. Я могла говорить только о работе (да и общалась только с коллегами). Через какое-то время меня повысили, и я пыталась работать еще больше, но больше было уже некуда, и я чувствовала себя виноватой, и пила, и спала по два-три часа, и постоянно боялась, что делаю что-то не так. Я не любила свою работу, не видела в ней никакого смысла, не получала от нее удовольствия, а зарплату тупо пропивала или отдавала маме, но продолжала фигарить. Я не стриглась, не покупала одежду, не ездила в отпуск, не заводила отношений. Изредка я шла одна в какой-нибудь бар, напивалась в труху, перекидывалась какими-то словами с первым попавшимся пьяным телом мужского пола и ехала к нему трахаться. В такси, увозящем меня домой из какого-нибудь Отрадного, я проверяла рабочую почту и уже не помнила ни имени, ни лица этого человека. Потом я перестала делать и это, и только работала, работала, напивалась и работала снова.

А потом просто пришел день, когда я не смогла работать — вообще, совсем, даже если очень поднажать. Нервное истощение было, видимо, настолько сильным, что я даже не помню, как объясняла начальству, что хочу уволиться, что делала вместо проверки рабочей почты и обсуждала ли с кем-нибудь произошедшее. Помню только абсолютную, стопроцентную, по пантону, пустоту внутри.

Блюдо третье — любовь вместо чумы. По мотивам этой истории я когда-нибудь напишу роман и сниму кино, над которым Канны взрыдают кровью, но сейчас речь не о захватывающем сюжете.

В общем, со мной случилась любовь. Нормальная такая любовь к живому и очень неидеальному мужчине, не слишком взаимная, отягощенная сложными обстоятельствами — ну, со всеми бывает. Но я-то жила в пустыне, за мутным стеклом, в мире без радости и желаний, при вечноотрицательной температуре. И тут стекло вдруг прояснилось, серотонин ударил прямо в мозг, температура подскочила до плюс сорока, впервые за долгое, долгое время я почувствовала, что что-то приносит мне радость. Что я чего-то хочу, черт подери. По-настоящему хочу, без всяких сложных умственных конструкций. И это что-то — вот этот человек. И все стало крутиться вокруг этого человека, и это было совершенно закономерно, потому что только идиот уйдет в пустыню от родника, и тридцать три раза плевать, какими там ядовитыми колючками этот родник обсажен.

Перед каждой встречей с мужчиной я знала, что на следующий день мне будет плохо, очень плохо. Мужчина считал, что наши встречи — это неправильно, и, проснувшись рядом со мной, был мрачен и холоден, и спешил уйти. Просить его остаться было бессмысленно, и мне оставалось только пить и плакать. Но накануне все это был не важно, потому что я его видела, и трогала, и говорила с ним, а еще был секс, какого раньше со мной никогда не случалось, а ночью можно было лежать и осторожно гладить его, спящего, по руке. Это была настоящая радость, и хотя горечи в ней было, наверное, больше половины, отказаться от нее было невозможно.

Мы с мужчиной вели бесконечную переписку — каждый день с утра я начинала ждать, когда он напишет. Если он не писал, зажим в моей грудной клетке превращался в форменные тиски, и я писала сама, наплевав на все «советы мудрых женщин», гласящие, что нельзя быть навязчивой. Он писал почти всегда, и я отвечала, где бы и с кем бы не находилась. Я выпадала из разговора, бросала работу, переставала следить за дорогой, выключала фильм и уходила в эту переписку, потому что только она была интересна и имела значение. Если мужчина хотел со мной увидеться, я отменяла любые планы. Если мужчина неожиданно отменял встречу (а он часто так делал), в мою грудную клетку немедленно втыкался топор и торчал там до тех пор, пока я не «снималась» перепиской. Иногда отношения эти делали мне так больно, что я, окончательно охренев, предпринимала попытку их разорвать. Примерно через секунду после разговора о разрыве у меня появлялось ощущение, что это меня разрывает на мелкие бессмысленные клочки, на гребаные атомы. Меня просто парализовывало от боли, я выдерживала несколько часов и писала — пожалуйста, прости, я была пьяна, под наркотой, не в себе, я не хотела, давай вернем все как было, давай вернем хоть как-нибудь. Ты хочешь просто дружить со мной? Хорошо, да пусть дружить, только пиши мне, только дай мне тебя увидеть.

Это был бесконечный цикл отдалений и приближений, и в какой-то момент мужчина подпустил меня к себе очень близко, начал говорить мне всякие хорошие слова, обнимать меня как-то эдак нежно и даже включать в свои планы на ближайшее будущее. А потом вообще сказал, что я ему нужна, что он вроде как остается со мной. Тут нужно отметить, что я все это время очень старалась себя обмануть. Я говорила — человек не может быть для другого человека целью, смыслом и исходом. Если все это кончится, мне, конечно, будет очень больно, но я переживу. Если он уйдет от меня окончательно, я справлюсь (как именно — я предпочитала не думать). Люди добрые, никогда не лгите себе. Когда буквально через неделю после хороших слов о том, что я ему нужна, мужчина по телефону сообщил мне, что нет, он со мной не останется, и вообще вся эта мутная история окончена, я очень четко поняла, что нифига. Что человек может быть целью и смыслом, и вот сейчас, в эту секунду, цель и смысл от меня уходят. И я не знаю, как это пережить, и я не справляюсь. На этом месте со мной первый раз в жизни приключилась настоящая истерика — сознание просто вырубилось, и та ничтожная его часть, которая еще работала, слышала, как кто-то орет моим голосом «НЕТ НЕТ НЕТ». Потом я писала мужчине сообщения, кричала, плакала, смотрела в одну точку, ненадолго уснула, снова кричала. Потом меня стало тошнить — я блевала весь день, до тех пор, пока не уломала мужчину продолжать хоть как-то со мной общаться. Я готова была умолять, угрожать, валяться в ногах и цепляться за его штанины, потому что в мою грудную клетку уже воткнулся топор, а в мире нет таких унижений, которые были бы хуже, чем жизнь с топором в груди.

Знаете, что самое стремное во всей этой истории? Этих трех лет тоски, ужаса и безумия могло просто не быть. Купировать мою депрессию оказалось не сложнее, чем вылечить какую-нибудь лакунарную ангину. Две недели приема удачно подобранных препаратов — и мутное стекло, отделявшее меня от мира, исчезло. Многолетний зажим в груди, который уже казался мне неотъемлемой частью моей анатомии, просто разжался. Я откинулась с зоны, вышла из комы, вернулась с Крайнего севера — я не знаю, как лучше описать это состояние. Мне стало нормально — наверное, так точнее всего. Мне тепло, мой кофе крепкий и вкусный, листва на деревьях зеленая, и над Строгино сегодня наверняка будет потрясающий, какой-нибудь оранжево-зеленый, закат. Я вижу, что у всех людей разные лица, истории и способы думать, мир переполнен хорошими текстами и смешными картинками, в городе постоянно что-то происходит, а в интернете кто-то неправ, и все это безумно интересно. Когда я слезу с таблеток и смогу продолжить бухать в лучших традициях русской интеллигенции, мы с сестрой купим бутылку шампанского и пойдем шляться по центру в ночь со вторника на среду, перетирая за отечественный кинематограф, и это будет круто. А еще я приеду к морю и забегу в него прямо в одежде, с воплем и брызгами — я ведь обожаю море, просто совсем об этом забыла.

Вы не представляете, какой это шок — вдруг вспомнить, что опция «справляться с жизнью» включена в твою базовую комплектацию по умолчанию и не требует постоянных мучительных усилий. Жизнь, оказывается, можно просто жить, не напрягаясь, и даже корректировать по своему усмотрению. Когда к каждой твоей ноге не примотано по пушечному ядру, эта самая жизнь кажется легкой, как тополиный пух (который, кстати, я очень люблю, и который три лета подряд не могла заценить). Без этих ядер у меня столько сил, что я могу, как тот самый Мюнхаузен, запланировать себе на 8-30 подвиг, а на 13-00 — победоносную войну. Наверное, пора и правда завести ежедневник, потому что у меня теперь вечно не хватает времени. Все ненаписанные за эти три года тексты мучительно хотят, чтобы я срочно их написала, все непрочитанные книги мечтают стать прочитанными, а абортированные мысли — продуманными. Мне хочется разговориться со всеми людьми, мимо которых я прошла, не заметив их, и съездить во все те страны, куда меня звали, а я не поехала, отмазываясь безденежьем, а на деле просто не понимая, зачем это нужно — куда-то ехать.

А еще очень жалко себя. Не в смысле «никто меня не любит, пойду я на болото», а в прошедшем времени — очень жалко этого отважного человека, который ухитрялся не просто ходить с пушечными ядрами на обеих ногах, но еще и участвовать в каких-то забегах, и даже иногда брать в них какие-то места. И немного обидно — от того, что история трех лет моей жизни, героиня которой много страдала и очень старалась, оказалась историей болезни.

Я начала писать этот текст неделю назад, но специально не заканчивала его и никуда не вывешивала — я опасалась, что все это какое-то отклонение от нормы, неадекватность на фоне приема препаратов, гипомания, черт знает что еще. Я десять раз переуточнила у психиатра, точно ли со мной все нормально, прогуглила симптоматику гипоманиакальных состояний, поинтересовалась у знакомых, не выгляжу ли я странной. Если верить психиатру, гуглу и знакомым, а также моим собственным воспоминаниям о себе до депрессии (подкрепленным, кстати, письменными свидетельствами), то да, именно сейчас со мной все нормально. Я чувствую себя примерно так же, как большинство людей (с поправкой на восторг неофита, конечно) и это очень плохо укладывается у меня в голове. Три года, ТРИ ГОДА!

Если что, это ни в коем случае не пост пропаганды таблеток. Я всего лишь хочу сказать, что болезнь депрессия существует, что она может случиться с каждым, что ее можно и нужно лечить и что я не понимаю, почему это до сих пор не написано огромными буквами на биллбордах. Как именно лечить — это уже к специалистам. Я не знаю, как работают все эти рецепторы, захватывающие или не захватывающие серотонин и норадреналин (но, наверное, теперь изучу — хотя бы по верхам). Может быть, кому-то и правда могут помочь медитации, молитвы, разговоры, травяные отвары или бег трусцой. Но если вы бегаете, молитесь и разговариваете месяц, другой, третий, а депрессия не заканчивается — значит, конкретно в вашем случае конкретно этот метод не работает, и надо искать другой. Если вы не уверены, закончилась депрессия или нет — значит, она не закончилась. Когда закончится, вы при всем желании не сможете этого не заметить. Это как с оргазмом — если сомневаешься, испытываешь ты его или нет, значит, не испытываешь, уж извини.

Понять, что депрессии больше нет, очень легко. А вот допереть до того, что это ее раньше не было, а теперь ты увяз в ней по уши, значительно сложнее. Я не могла допереть три года — и сейчас я просто не понимаю, как такое возможно. Я живу в столице и пью кофе в старбаксе, я образованна, имею доход выше среднего и неограниченный доступ к информации — и за три года так и не врубилась, что со мной что-то не так. Я даже ходила к психологам — и даже они ничего не поняли. Может быть, это были просто плохие специалисты, а может — это я оказалась хорошей актрисой и очень талантливо имитировала нормального человека. Я говорила: «Меня мучает совесть за совершенный поступок», «У меня сложные отношения с мамой», «У меня мучительные отношения с мужчиной», «Я ненавижу свою работу», но мне ни разу не пришло в голову сказать правду: «Меня ничто не радует и мне ничто не интересно». Я просто сама себе в этом не признавалась.

В общем, дорогие все, я заклинаю вас всеми вашими богами, теорией вероятности или чему еще вы там поклоняетесь, — берегите себя! Эта фигня подкрадывается тихо и осторожно, и никто, кроме вас, не заметит, как ваш богатый (сейчас это слово здесь без всякой иронии) внутренний мир превращается в мерзлую пустыню. Да и вы не факт, что заметите. Поэтому следите за собой — в прямом смысле следите, отслеживайте мысли и эмоции, и если вам плохо или даже просто нехорошо две недели, три, месяц — бейте тревогу. Идите к врачу, а если не можете идти — звоните кому-нибудь, и пусть вас волокут туда хоть за ногу по асфальту. Пусть лучше тревога будет напрасной — никто не станет назначать вам таблетки, если они вам не нужны. Если вам плохо, больно и безрадостно много месяцев подряд — это не потому, что у вас какой-то такой специальный возраст, не потому, что вас кто-то не любит или любит не так, как нужно, не потому, что вы не знаете, в чем смысл жизни, не потому что эта жизнь жестока и прямо сейчас кто-то где-то умирает, не потому, что у вас нет денег или рухнули какие-то ультраважные планы. Скорее всего, вы просто больны. Если в этом месяце вам ни разу не было просто неплохо в моменте, потому что тепло, светло, вкусно и люди хорошие, — с вами явно что-то не так. Если вам кажется, что вас никто не понимает, и вам при этом больше 15 лет — скорее всего, вас действительно никто не понимает, потому что здоровым людям крайне сложно понять человека в депрессии.

Берегите себя, пожалуйста. А если не убережете и начнется — шлите подальше всех, кто скажет, что вы просто тряпка, нытик, не нюхали пороху и беситесь с жиру. Даже не пытайтесь вылечить себя мотивирующими цитатами о ценности момента или надеждой на то, что все исправится, когда у вас будет больше денег, смысла или любви. Даже не думайте читать в интернетах статейки из серии «128 способов борьбы с депрессией», которые обычно начинаются со слов «учитесь видеть во всем хорошее». Закрывайте на хрен всю эту ерунду, идите к врачу и говорите все как есть, без рационализаций и «ну, на самом-то деле все не так плохо, это я так». Если у вас есть дети, берегите их тоже, расскажите им, что такое бывает. И у детей бывает тоже. Сейчас я понимаю, что депрессивные эпизоды, пусть сезонные и не очень продолжительные, случались у меня еще в начальных классах, а лет с 12 до 17 — вообще стабильно каждую зиму. Я была уверена, что это нормально — превращаться в холодное время года в отупевший замороженный полуфабрикат с прищепкой в груди и постепенно оттаивать к лету, писала об этом стихи и очень удивилась, когда пришла очередная зима, а мне почему-то было так же интересно и прикольно жить, как летом.

Это действительно стремно. Об этом действительно стоит писать на биллбордах, снимать социальную рекламу и рассказывать в школах. Депрессия — это вам не рак, конечно, от нее обычно не умирают, но с ней и не живут. Человек в депрессии ничего не может дать этому миру, он становится вещью в себе, и миру он не нужен точно так же, как мир ему. На депрессивного сотрудника не подействуют никакие навороченные системы мотивации. Бессмысленно пытаться насадить нравственность, патриотизм или ультралиберальные политические программы в депрессивного гражданина. Депрессивному зрителю бесполезно показывать потрясающее кино и крутить перед ним добротные рекламные ролики, призывающие купить киа рио и кока-колу.

«Плохо, ежели мир вовне изучен тем, кто внутри измучен».

Апдейт, который все-таки нужен этому тексту: он ни разу не про таблетки, правда. Но про них, похоже, стоит тоже написать. Три вещи (более или менее общеизвестных):

1. Таблетки — это не «сомы грамм и нету драм». Они не умеют распутывать застарелые внутренние конфликты, убирать из жизни стрессы и превращать ее в бесконечный праздник. Все, что они могут — ликвидировать ощущение зажима в груди, ангедонию и хроническое восприятие мира как хосписа (если они у вас действительно есть). Как следствие — больше не нужно бросать все внутренние ресурсы на то, чтобы справляться с самим фактом бытия, мозги проясняются и можно спокойно разобраться в себе и своих проблемах. Без психотерапии таблетки, скорее всего, будут иметь очень краткосрочный эффект, потому что вы неизбежно снова наступите на внутренние грабли, которые загнали вас в яму в прошлый раз.

2. По словам моего врача, мне очень и очень повезло — первый же назначенный антидепрессант мне подошел, помог и не дал жутких побочек. Иногда на подбор препарата, который сработает, уходит год или даже два.

3. Таблетки действительно нужны не всем. Самостоятельно поставить себе диагноз, надыбать где-нибудь антидепрессанты и жрать их горстями — феерический идиотизм, но ведь кто-то ухитряется так делать.

www.pobedish.ru