Психопатия и эпилепсия

Как отражается на человеке эпилептоидная (эксплозивная) психопатия

Эпилептоидная психопатия сочетает в себе взрывчатость, импульсивность, конфликтность, колебания настроения с педантичностью, обстоятельностью, тугодумием, злопамятностью. Эпилептоид завистливый, медлительный в работе, склонен застревать на мелочах.

Люди с эпилептоидным расстройством личности (психопатией) могут длительно накапливать раздражение, а потом оно в самый неожиданный момент выливается в поток ругательств и даже в агрессивные поступки.

Эпилептоида отличает любовь сытно и вкусно поесть. Он никогда не жалуется на бессонницу, ведь ему присущ крепкий сон и трудность пробуждений, сильное сексуальное влечение и отсутствие застенчивости. Такие люди осторожны ко всему незнакомому, привержены к аккуратности и порядку. Люди, которым присущ эпилептоидный тип психопатии, не любят пустые мечтания, они предпочитают жить реальной жизнь.

Эпилептоидное расстройство личности может откладывать отпечаток и на внешность. Таких людей отличает приземистая сильная фигура. Голова у эпилептоидов круглая, чуть вдавлена в плечи, сочетается с большой нижней челюстью. Торс массивный, конечности короткие, но крепкие.

Изменения личности, свойственные эпилептоидной психопатии, сходны с изменениями личности, встречающимися при эпилепсии. При данной психопатии нередко удается установить наличие вредных факторов во время беременности или в раннем детском возрасте.

Предполагают, что эксплозивная психопатия развивается как компенсаторная реакция при неглубоком органическом поражении мозга.

Эпилептоид отличается склонностью к дисфории (злобно-тоскливому настроению) и тесно связанной с ней взрывчатостью, тугоподвижностью, инертностью, проявляющимися во всем — от движений и эмоциональности до мышления и личностных ценностей. При эпилептоидной психопатии дисфории могут длиться часами, а порой и днями. Для них свойственно злобно-тоскливое настроение, накипающее раздражение, поиск объекта, на ком можно сорвать зло.

Аффективные вспышки, свойственные импульсивному варианту возбудимой психопатии, сперва кажутся внезапными. На самом деле раздражение накапливается длительно, а поводом для приступа агрессии может стать какая-то мелочь. Развивающиеся аффекты отличаются большой силой и продолжительностью, эпилептоид долго не может остыть.

Иногда признаки эпилептоидной психопатии могут сочетаться с проявлениями других расстройств личности, в таком случае речь идет о мозаичной психопатии, которой я посвятила отдельную статью.

Проявление в различные возрастные периоды

Довольно часто признаки эпилептоидной психопатии можно увидеть уже в детстве. Ребенок-эпилептоид может подолгу, даже часами плакать, при этом его невозможно ни отвлечь, ни утешить, ни приструнить.

Садистские склонности могут обнаруживаться уже в раннем возрасте – такие дети любят исподтишка дразнить и бить младших и слабых, мучить животных, издеваться над беспомощными.

В начальной школе детей с эксплозивной психопатией отличает мелочная скрупулезность в ведении тетрадей, чрезмерная аккуратность. Порой сама учеба не столь значима, как ведение ученических принадлежностей.

Наиболее ярко эпилептоидная психопатия проявляется в период полового созревания – 12-19 лет. В этом возрасте на первый план выходят дисфории.

Многие подростки и сами замечают, что на них спонтанно «находит». Для таких дисфорий свойственна злоба, раздражительность, тоска вместе с апатией, бездельем, угрюмо-хмурым видом и бесцельным сидением.

Дисфории могут приводить к аффективным разрядам – при этом подростки сами ищут повод для скандала. Даже незначительное ущемление интересов может привести к вспышке гнева.

Такие подростки в ярости могут проявлять безудержную ярость, безразличие к слабости и беспомощности противника. Иногда приступы ярости столь выражены, что человек не учитывает превосходящую силу противника. Эпилептоидам свойственна циничная брань, они могут жестоко бить кого-угодно.

Проявления в сексуальной сфере, извращения

Сексуальное влечение в подростковом возрасте пробуждается с большой силой. При этом повышенная забота о своем здоровье, страх заразиться венерическим заболеванием сдерживают случайные связи.

Любовь у лиц, страдающих эпилептоидным расстройством личности, всегда окрашена мрачными тонами ревности. Измен они никогда не прощают. Тяжким предательством считается даже невинный флирт. В период дисфорий эпилептоиды могут терзать ревностью объект влюбленности даже безо всяких оснований.

Половое влечение подростков сопряжено с садистскими, а иногда и с мазохистскими стремлениями.

Представители эпилептоидного типа отдают предпочтение крепким спиртным напиткам и папиросам. Легкое опьянение – не их удел, чаще возникает потребность «пить до отключения». Во время сильного алкогольного опьянения они могут совершать поступки, о которых не сохраняются никакие воспоминания. Еще одним осложнением злоупотребления спиртными напитками может стать появление алкогольной депрессии.

Изощренная мстительность подростков может проявляться в суицидальных демонстративных поступках, носящих характер явного суицидального шантажа. Если в основе суицидального поведения истероидов лежит потребность в особом внимании к себе, то у эпилептоидов суицидальные демонстрации могут быть спровоцированы наказанием или ревностью.

psi-doctor.ru

Что такое эксплозивный тип психопатии

Эпилептоидная психопатия – одна из разновидностей патологии развития личности. Это не заболевание, а некое расстройство. Особенностью проявления таких черт характера у мужчин и женщин является чрезмерное возбуждение, которое выражается в безудержной агрессивности и раздражительности.

Личности, подверженной эпилептоидному расстройству, свойственна любовь к еде. Они не жалуются на нарушения сна. У них крепкий, здоровый сон, сопровождающийся трудным пробуждением, полное отсутствие застенчивости. Эпилептоидов характеризует стойкое сексуальное влечение. Признаки эпилептоидного типа в этом случае просматриваются в приверженности к аккуратности и идеальному порядку, с осторожным отношением ко всему новому. Они не любят предаваться пустым мечтаниям, а предпочитают жить сегодняшним днем.

В некоторых случаях психопатия просматривается в характерных внешних чертах. Представители эпилептоидного типа обладают приземистой сильной фигурой, круглой. Немного вдавленной в плечи головой, которая сочетается с массивной нижней челюстью. Торс эпилептоида массивный, ноги и руки крепкие, но короткие.

Признаки эпилептоидного типа просматриваются в склонности к дисфории – злобно-тоскливому настроению, которая сочетается с тугоподвижностью, взрывчатостью, инертностью, которая проявляется не только в движениях, но и в эмоциональности, в мыслительной деятельности и личностных ценностях. Состояние дисфории у эпилептоидов может сохраняться в течение нескольких дней. Злобное настроение в таком случае скапливается внутри человека. В поисках разрядки эпилептоид ищет объект, на котором можно сорвать зло.

Аффективные вспышки сначала кажутся внезапными. Однако раздражение скапливается длительное время, а поводом для агрессии может послужить любая мелочь. Проявившийся выход эмоций отличается продолжительностью и большой силой. В некоторых случаях симптомы эпилептоидного расстройства могут сочетаться с другими патологиями личности, например с мозаичной психопатией. Эпилептоидное расстройство имеет сходство с эксплозивной психопатией. Но эксплозивный тип отличается быстрой отходчивостью и отсутствием злопамятности.

Легкая возбудимость провоцирует у эпилептоидов полностью отдаваться своим потребностям. В связи с этим среди них много алкоголиков, наркоманов и азартных игроков. В случае увлечения эпилептоидом алкоголем или наркотиками приступы гнева становятся частыми и более безудержными.

Кроме того, представители эпилептоидного типа — злопамятные, завистливые люди. Изменения личности, которые характерны эпилептоидному расстройству, напоминают изменения, типичные для эпилепсии. В семьях у них нет покоя. Эпилептоид играет роль деспота, который удерживает свой авторитет при помощи физической силы. Никакие объяснения или увещевания не оказывают влияния на него. Драки, конфликты становятся обычным состоянием. Он действий эпилептоида страдают все родственники.

Эпилептоиды сильно ревнивы. Скандалы на этой почве возникают без каких-либо объективных причин. Эпилептоид сам выискивает симптомы измены, а не найдя их устраивает скандал, мотивируя надуманными мотивами. Если вторая половинка, не выдержав такого отношения, уходит, то эпилептоид приступает к шантажу возможным самоубийством. Несмотря на убедительность, он не сможет принести себе вред и не сдержит данных обещаний.

У женщин и мужчин профессиональная деятельность не отличается постоянством. Объясняется это асоциальным поведением, неприятием авторитетов и конфликтностью. Вместе с тем, обстоятельность мышления и педантизм иногда позволяют им добиться успеха на профессиональном поприще.

Особенности проявления патологии на разных возрастных этапах

В зависимости от возраста патология может проявляться по-разному. Зная эти особенности можно предотвратить ее дальнейшее развитие. В связи с этим возрастает значимость знания симптомов патологии. Что касается полового предпочтения, то расстройство может проявляться и у женщин, и у мужчин.

Первые симптомы патологии могут проявляться в возрасте двух лет. Маленький эпилептоид может часами лить слезы, отвлечь его от горя невозможно. Ни ласки, ни окрики его не успокоят. Дети с таким расстройством личности не способны перенести легкую потребность в еде или воде. Незначительная жажда у маленького эпилептоида может вызвать бурную истерику, прервать которую тяжело. В раннем детстве такие малыши проявляют садистские наклонности – они мучают животных, бьют младших (кусаются, царапаются), издеваются над слабыми. В коллективе сверстников они стремятся не просто к лидерству, им нужна абсолютная власть.

Эпилептоидов отличает удивительная бережливость ко всем личным вещам и игрушкам. Любое посягательство на них способно вызвать резкую негативную реакцию. Ученики младших классов отличаются мелочной скрупулезностью и аккуратностью. Для них сам учебный процесс имеет не такое значение, как содержание порядка в ученических принадлежностях.

В подростковом возрасте

На данном возрастном этапе симптомы эпилептоидной психопатии проявляются более выражено. Самым ярким проявлением расстройства у подростков являются дисфории. В таком состоянии эпилептоиды особенно злобны, раздражительны. Плохое настроение сочетается апатией, бесцельным сидением, бездельем. В поиске избавления от этого состояния подростки-эпилептоиды сами провоцируют скандал, который сопровождается гневными высказываниями и аффектами.

Эпилептоидный тип в подростковом возрасте проявляет безразличие к беспомощности оппонента и безудержную ярость. Бесконтрольные приступы гнева могут быть направлены на потенциально сильного противника. В таком состоянии они способны избить кого угодно, приступы агрессии сопровождаются циничной бранью.

Патология накладывает отпечаток и на половое влечение. Повышенный интерес к интимной стороне жизни у эпилептоида сдерживается страхом заражения венерическими болезнями. Отношения с противоположным полом всегда сопровождаются ревностью. В случае измены, эпилептоиды не способны прощать. Предательством они считают даже ничего незначащий флирт.

В моменты дисфории они терзают своей ревностью объект влюбленности даже без каких-либо на то оснований. В этом возрасте эпилептоидный тип демонстрирует интерес к накопительству. Его привлекает коллекционирование вещей, которые можно будет перепродать с выгодой. Стремление к обогащению остается у эпилептоида на всю жизнь.

В половых отношениях эпилептоидный тип может придерживаться либо садистским, либо мазохистским наклонностям. Что касается алкоголя, то их привлекают крепкие напитки. При употреблении спиртного они пьют до полного отключения. Этим объясняется развитие у мужчин-эпилептоидов алкогольной зависимости, хотя представительницам прекрасного пола подобное заболевание так же свойственно. Для них характерны конфликты с родителями. Нередко частые ссоры в семье эпилептоида становятся причинами разрыва отношений с родными. После этого он начинает совершать различные поступки назло близким.

В качестве основных причин развития патологии в психиатрии называют социальные и биологические факторы. В перечень биологических причин включают:

  • травмы головы;
  • наследственность;
  • темперамент;
  • родовые травмы;
  • аномальные влечения;
  • инфекционные заболевания;
  • интоксикации, в том числе в период внутриутробного развития и пр.
  • Среди социальных факторов психиатры выделяют:

  • негативное воздействие микросоциума (семьи);
  • условия жизни;
  • психосоциальные травмы;
  • химические зависимости.
  • Некоторые представители психиатрии считают, что для того, чтобы генетически заложенные факторы проявились, необходимо воздействие социальных. Особое значение отдается семейному воспитанию.

    Лечение расстройства предусматривает сочетание медикаментозных средств и психотерапевтических техник. В некоторых не осложненных случаях эпилептоидной патологии достаточно применения только воспитательных мероприятий и психотерапии. В подростковом возрасте для коррекции поведения эпилептоида приобретает значимость организация правильного трудового режима, который способствует тренировке нервных процессов. При выраженных состояниях дисфории назначается лечение медикаментозными препаратами:

    • седативными лекарствами;
    • нейролептиками;
    • антидепрессантами.
    • При подозрении на данный тип расстройства необходимо обращаться к психологу, к психиатру или психотерапевту. В зависимости от состояния больному будет подобран метод лечения или коррекции.

      indepress.ru

      Психопатия и эпилепсия

      Предмет и задачи детской патопсихологии.

      Детская патопсихология отделилась от общей патопсихологии в самостоятельную дисциплину сравнительно недавно, но вместе с тем она долго формировалась как область специальных знаний на стыке психологии и детской психиатрии и имеет общие корни со специальной психологией и педагогикой.

      Предметом детской патопсихологии является изучение любых возможных нарушений психического развития детей. Причины этих нарушений могут быть самыми разными, поэтому патопсихолог всегда учитывает всю совокупность сведений о ребенке, охватывающую как биологические, так и социальные факторы его развития.

      Одной из центральных задач детской патопсихологии является диагностика психического развития детей с отклонениями. Диагностируется состояние психических процессов: мышления, памяти, восприятия, внимания, а также особенности личности и деятельности ребенка. Задачей патопсихолога является установление уровня развития ребенка, определение его соответствия или несоответствия возрастным нормам, а также выявление патологических особенностей развития.

      Диагностика нарушений детского развития тесно связана с психологическим консультированием родителей, опекунов, учителей и т. д. обследуемого ребенка. Если патопсихолог работает в психиатрической больнице или психоневрологическом санатории, он сообщает результаты своего обследования лечащему врачу и в меньшей степени общается с семьей больного.

      Психологическая диагностика нарушений развития теснейшим образом связана с психологической коррекцией дефекта. Детские патопсихологи проводят разнообразные коррекционные занятия (как индивидуальные, так и групповые) с детьми, имеющими отклонения в развитии.

      Следующей важной задачей детской патопсихологии является профилактика возникновения отклонений в психическом развитии, которой, к сожалению, как и во взрослой патопсихологи, уделяется слишком мало внимания. К профилактической работе относится и популяризация знаний по детской патопсихологии, и консультирование родителей, учителей и воспитателей, и проведение специальных игр и тренингов.

      Детская патопсихология, кроме практических задач, занимается и научными исследованиями. Без серьезных научных разработок было бы невозможно вмешиваться в такое сложное явление, как психическое заболевание ребенка, компенсация дефекта и т. д.

      Детский патопсихолог никогда не пытается подменить собой врача. Несмотря на весьма тесное сотрудничество патопсихологов с детскими психиатрами, невропатологами, генетиками, у патопсихолога свои задачи (пусть в чем-то и совпадающие с задачами других специалистов), а также и свои методы работы.

      Детский патопсихолог — прежде всего психолог, он пользуется психологическими методами диагностики и коррекции детского развития.

      В свете всего этого патопсихологу важно не столько точно поставить медицинский диагноз и определить, например, форму шизофрении (это дело врача), сколько максимально полно исследовать психологические особенности больного ребенка. Изучив особенности и отклонения в его игровой деятельности, мышлении, речи и т. п., патопсихолог может, с одной стороны, дать ценный диагностический материал лечащему врачу, а с другой стороны, попробовать подобрать методы коррекционного психологического воздействия и рекомендации родителям по общению с таким ребенком.

      Часто психологические консультации детей с отклонениями проводят детские психологи. Если они не обладают достаточными знаниями детской патопсихологии, то их выводы могут быть ошибочны, а рекомендации даже вредны. Прежде чем давать советы и рекомендации по обучению и воспитанию "трудного ребенка", нужно уметь "исключить патологию".

      Родители, имеющие психически больного или умственно отсталого ребенка, остро это переживают, часто внутренне не могут принять этого факта, а иногда и просто не доверяют специалистам или боятся их. Придя на консультацию к психологу, они часто предъявляют банальные жалобы, за которыми может скрываться и серьезное заболевание.

      Так, родители обратились на консультацию с дочкой 6 лет, жалуясь на ее застенчивость, их описания различных житейских ситуаций как будто соответствовали жалобам. Однако патопсихологическое исследование выявило отставание в умственном развитии, и, естественно, предъявление девочке требований, значительно превышающих ее интеллектуальные возможности, дало картину, похожую в определенных ситуациях на "застенчивость".

      Другой пример. Жалобы на излишнюю двигательную активность ребенка, "неуправляемость", раздражительность. Психолог, проводящий исследование, установил, что интеллектуальное развитие 5-летнего мальчика соответствует возрасту, и констатировал гиперактивность.

      Патопсихолог обратил внимание на строение черепа ребенка, узнал у него и у его родителей о частых головных болях, повышенной утомляемости, плохом засыпании мальчика. Дополнительная консультация невропатолога подтвердила предположение патопсихолога о наличии гидроцефального синдрома у ребенка.

      После назначения соответствующего курса лечения была проведена повторная психологическая консультация, на которой родителям мальчика объяснили, в чем состоят особенности их ребенка и как их следует учитывать в процессе воспитания.

      Может возникнуть вопрос" что бы было, если бы патопсихолог ошибся в своих предположениях и невропатолог счел ребенка здоровым? Ничего страшного. Можно было бы обрадовать родителей тем, что ребенку не потребуется медикаментозного лечения и проблему можно решить чисто психологическими приемами.

      В детской патопсихологии, как и во взрослой, остро стоит вопрос о понятии психической нормы и патологии. Какого ребенка следует считать психически больным? Что можно назвать дефектом развития? Как оценивать перспективы развития ребенка с психическими отклонениями и что следует и не следует говорить его родителям?

      Нужно отметить, что понимание нормального психического развития ребенка и отношение к дефектам развития у врачей и психологов несколько различаются. Рассмотрим несколько примеров.

      Мальчик 7 лет страдает ночным энурезом (недержанием мочи). С точки зрения врача-невропатолога он нуждается в лечении, и врач, конечно, прав. На патопсихологическом исследовании не обнаруживается никаких отклонений: интеллект — в пределах нормы, общителен, активен, внимателен, адекватен и доброжелателен. Да, ребенок переживает свое "страдание", он стесняется говорить об этом, ото всех старательно все скрывает и даже отрицает факт энуреза, но все это также выглядит вполне адекватно. Мальчик согласен лечиться, но переживания его вполне умеренны. С точки зрения психолога ребенок имеет нормальное психическое развитие, и его заболевание вне компетенции патопсихолога.

      Но возможен и другой вариант.

      Мальчик 10 лет, страдающий энурезом, был помещен в школу-интернат. Одноклассники, узнав о его недуге, стали дразнить его, обзывать. Мальчик замкнулся, ни с кем не дружил, плакал по ночам, появились головные боли, заикание, стал плохо учиться. В данном случае лечение у невропатолога должно сочетаться с оказанием психологической помощи ребенку. Необходимы консультации педагогов и воспитателей, тренинги общения для воспитанников интерната, специальные сеансы "поддержки" для мальчика.

      Возможен и такой вариант. Родители обратились за консультацией к невропатологу по поводу энуреза, как и в первом случае. Патопсихологическое исследование выявило низкий уровень интеллектуального развития, нарушение внимания, повышенную утомляемость.

      Таким образом, патопсихолог учитывает любые особенности развития ребенка, оказывающие негативное влияние на формирование его личности или сочетающиеся с другими отклонениями.

      Как известно, трудно найти ребенка, который бы никогда не болел ни одним соматическим заболеванием. Процесс роста и развития достаточно сложен и требует от организма определенных усилий. Многие взрослые люди могут припомнить, что часто или даже тяжело болели в детстве, однако это не помешало им получить образование, специальность, построить свою жизнь. Детские болезни остались в детстве.

      С некоторыми психическими нарушениями бывает так же. У многих детей бывают страхи, различные невротические реакции, функциональные нарушения нервной системы, трудности общения и обучения в школе. Если они существуют достаточно локально, не тормозя и не искажая развития ребенка, формирования его характера, не нарушая его общения с окружающими людьми и т. д., то с психологической точки зрения не являются патологией.

      В то же время бывает трудно спрогнозировать: справится нервная система ребенка самостоятельно с той или иной нагрузкой или переживаемое ребенком окажет существенное негативное влияние на ход психического развития? Поэтому желательно психологическое сопровождение развития таких детей. Ведь понятно, что может образоваться замкнутый круг. Одни психологические причины вызывают страхи или функциональные нарушения нервной системы, и они, в свою очередь, могут стать причинами других психических нарушений.

      Разобраться в истинных причинах возникновения тех или иных психических заболеваний бывает нелегко. Разберем такой пример.

      Мать обратилась за консультацией к невропатологу по поводу сильных тиков у дочери. В качестве причины появления тиков мать девочки называла развод с отцом ребенка. Невропатолог посоветовал консультацию у патопсихолога. Патопсихолог выявил задержку психического развития, негативизм, неадекватность самооценки (завышенную), низкую умственную работоспособность, страх перед матерью.

      Оказалось, что девочка учится в гимназии (2-й класс), успевает очень слабо, и мама дома постоянно учит с ней уроки, за плохие оценки она наказывает девочку, обзывает и даже бьет. В то же время мать любит в присутствии ребенка рассказывать знакомым о необыкновенных успехах дочери в школе. Как выяснилось позже, отец девочки не "бросил семью", как сообщила клиентка, его выгнала жена. Отец и дочь скучают друг по другу, но мать против их встреч.

      Беседа с матерью не дала нужных результатов. Женщина категорически отказалась перевести дочку из престижной школы в обычную (чтобы снизить нагрузки) и дать ей возможность встречаться с отцом. Она хотела только медикаментозного лечения тиков и не понимала или не хотела понимать истинных причин их происхождения. Через полгода состоялась повторная консультация. К этому времени девочка стала неуспевающей, у нее появились головные боли, она отказывалась посещать школу.

      Кроме пограничных (как называют их психиатры) нарушений, существуют и серьезные психические заболевания и состояния, например, такие, как шизофрения и эпилепсия.

      Патопсихологи занимаются диагностикой этих заболеваний и состояний, а также психологической коррекцией. Иногда можно справиться и с довольно тяжелыми нарушениями.

      Дело в том, что резервы детского организма изучены мало. Исключение составляют только тяжелые формы умственной отсталости (идиотия) и психически больные, не поддающиеся психологическим методам воздействия.

      www.adalin.mospsy.ru

      Симптомы и причины развития эпилептоидной психопатии

      Люди, которые страдают эпилепсией, особенно подвержены некоторым серьезным психическим расстройствам, например, хронический межприступный психоз наиболее тесно связан с эпилептическим синдромом. Кроме того, некоторые эпизодические психотические состояния могут возникнуть в непосредственной временной связи с судорожной активностью.

      Эти расстройства обычно называют эпилептоидной психопатией, хотя некоторые из эпизодических форм более точно можно описать как острое состояние спутанности сознания. Эти условия долго интриговали психиатров и неврологов, но в последние годы интерес особенно оживился среди биологически настроенных специалистов, проводящих наблюдательно-исследовательскую деятельность в поисках неврологической модели шизофрении. При эпилептоидной психопатии и шизофрении встает вопрос в нейровизуализации, в частности, были замешаны мезиальные временные структуры, тем более что в доминирующем полушарии сопоставимые нарушения не отражались. Рассмотрим наиболее частные феномены, которыми характеризуется эпилептоидная психопатия.

      Эпилепсия и шизофрения

      Точная природа этого соотношения очень долго не могла быть изучена. За последние четыре десятилетия, консенсус начал принимать форму, которая определила, что некоторые формы эпилепсии могут выступать в качестве факторов риска для последующего развития хронического межприступного психоза, синдрома, который иногда именуется шизофреноподобным психозом эпилепсии. Это психоз и вовсе напоминают шизофрению в своих феноменологических проявлениях.

      Учитывая эти сходства разумен ли вопрос о том, что сопутствующие заболевания не могли возникнуть в результате случайного объединения между двумя относительно общими расстройствами. Ответ должен лежать на поверхности общественного сравнения объективных образцов эпилептических и неэпилептических субъектов по отношению к распространенности психоза.

      Даже если признать, что эпилепсия может быть фактором риска для развития шизофрении, ясно, что большинство из пациентов с эпилепсией не переживают психоз. Существуют ли эпилептические характеристики, которые предсказывают такое развитие? Давно считалось, что височная эпилепсия больше, чем идиопатическая генерализованная эпилепсия, является фактором риска развития психоза, хотя это было оспорено на том основании, что заключение основывается на данных, полученных от специалистов в клиниках эпилепсии, где височная эпилепсия случается часто. Тем не менее, последние данные, некоторые из которых получены в эпидемиологическом направлении, продолжают поддерживать этот вывод.

      Эпизодические психозы

      Наиболее распространенным на сегодняшний день являются так называемые постиктальные психозы. К другим формам можно отнести психозы, вызванные лекарствами и возникающие в периоды улучшения контроля над приступами.

      Характерными особенностями постиктальных психозов являются обострения, особенно их кластеры, сложные частичные приступы, иногда без, но чаще с обобщением. Что характерно, прекращение судорожной активности сопровождается коротким проявлением ??»светлого интервала» периодом 12-72 часа, а затем психическое состояние ухудшается. Психоз, который включает аффективные расстройства, шизофрению и элементы спутанности сознания, могут длиться до недели. ЭЭГ может проявлять повышенную активность эпилептического разряда или замедленно доминирующий ритм. Эпизоды разрешаются самостоятельно, но часто повторяются, как правило, отображая подобную феноменологию.

      Другие формы эпизодического психоза — достаточная редкость. Явление вынужденной нормализации является фактом, в результате чего улучшился контроль над приступами, как правило, в результате применения противосудорожных препаратов, что связано с «нормализацией» ЭЭГ и появлением психотических признаков. Ответ может лежать в основе некоторых эпизодов психотического поведения, в частности, тех, которые связаны с введением новых противоэпилептических препаратов.

      Психоз и височная лобэктомия

      В первое время, височная хирургия применялась, как метод первого ряда для лечения эпилепсии у психически нездоровых пациентов. И одним из диагнозов, при котором вскрывали череп, была эпилептоидная психопатия.

      Тогда была надежда, или даже скорее ожидание того, что операция может принести пользу в лечении психоза, как это было при эпилепсии. Эффект все-таки не был подтвержден, а доля больных эпилепсией с психозом постепенно снизилась.

      Этиология эпилептического психоза

      Эпилепсия и психоз может возникать из той или иной формы церебральной дисфункции, общей для обоих форма болезни, либо психоз может быть следствием эпилептической активности. Первый вариант, кажется более вероятным. Большинство форм эпилептических психозов происходят чаще при частных эпилепсиях, особенно осложненных частичными изъятиями. У хирургических больных с поражением височной доли, можно подозревать серьезные осложнения. Поэтому параллельно были разработаны связи аномалиями головного мозга при шизофрении и эпилептогенной корковой дисплазии, однако в клинической практике таким объединениям еще предстоит столкнуться.

      Несколько позже отличительные модели гипометаболизма и перфузии были зарегистрированы, но без последовательности. Полушария показывали временное участие, а роль судорожной активности находит свое теоретическое обоснование в гипотезах, но на практике, даже разжигание эпилептических припадков остается дискуссионным.

      В заключение нужно отметить, что накопление менее совершенных доказательств наводит на мысль о внешней этиологии эпилептоидной психопатии. Поэтому данный диагноз нежелательно рассматривать как генетически определенный вид психоза. Этиология и самой шизофрении, по всей вероятности, окажется многофакторной, что еще больше подтверждает вышеописанный факт.

      Комментарии и отзывы:

      МОГУ НА ЛИЧНОМ ПРИМЕРЕ СКАЗАТЬ, ЧТО ЭПИЛЕПСИЯ МОЖЕТ ПОСЛУЖИТЬ ПРИЧИНОЙ ПСИХОЗА. СО МНОЙ УЧИЛАСЬ ДЕВУШКА, КОТОРАЯ БЫЛА ОЧЕНЬ СПОКОЙНОЙ, ТИХОЙ. В ПОСЛЕДСТВИИ ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО У НЕЕ ЭПИЛЕПСИЯ (НЕСКОЛЬКО РАЗ БЫЛ ПРИПАДОК ВО ВРЕМЯ ЗАНЯТИЙ), ПРИЧЕМ ЧАСТОТА ПРИПАДКОВ НАЧАЛА УВЕЛИЧИВАТЬСЯ, А С ИХ УВЕЛИЧЕНИЕМ, ОНА СТАЛА НЕРВОЗНОЙ, АГРЕССИВНОЙ, МОГЛА УДАРИТЬ ВНЕЗАПНО.

      onevroze.ru

      Эпилептоидный тип психопатии

      Название «эпилептоидный» дано этому типу психопатии из-за сходства с некоторыми изменениями личности, которые происходят у больных эпилепсией.

      Основными особенностями характера эпилептоидных психопатов являются повышенная возбудимость в сочетании со взрывчатостью, злобностью, злопамятностью, мстительностью, склонностью проявлять бурные реакции с агрессией в ответ на незначительные внешние раздражители.

      Проявления психопатии чаще всего обнаруживаются уже в детстве. С раннего возраста такие дети могут беспричинно подолгу плакать и рыдать, и их невозможно успокоить, не действует даже окрик — они озлобляются, колотят ручками и ножками по чему попало, могут ударить и мать, и сверстников.

      С детства такие дети периодически бывают хмурыми, мрачными, беспричинно озлобленными. Они изводят своих близких и других детей своими капризами и своей немотивированной злобностью.

      У них рано проявляются садистические наклонности, которые с возрастом становятся ещё более явными. Они мучают беспризорных животных, ужасая взрослых своей жестокостью, могут нанести повреждения домашним животным и птицам «просто так», «чтобы посмотреть». Они исподтишка издеваются над другими, более слабыми детьми, которые не могут дать им отпор, стараясь, чтобы этого не увидели взрослые.

      С детских лет эпилептоиды проявляют властность и деспотизм. В коллективе эпилептоиды претендуют на роль «вождя» и «властелина», требуют безоговорочного подчинения себе, устанавливают свои правила в играх, диктуют всем, что они должны делать, но всегда в свою пользу.

      В поведении эпилептоида со взрослыми проявляется неповиновение с ненавистью, гневливость и склонность к разрушительным действиям и драчливости при малейшем намеке на их «самостоятельность» и требование подчинения.

      В школьные годы у эпилептоидов проявляется приверженность правилам, повышенная аккуратность и мелочная скрупулезность во всем, и это стремление к внешней аккуратности становится самоцелью и осуществляться во вред учебе.

      Наиболее рельефной особенностью является наличие частых внешне ничем не спровоцированных периодов мрачного, угрюмого, злобно-тоскливого или злобно-раздражительного настроения, которые называются дисфориями ( термин происходит от греческого «dysphoria» — раздражение, досада).

      В течение периода дисфории неуклонно накипает раздражение и эпилептоиный психопат ищет, на ком бы сорвать накопившееся зло. Эта злобность не имеет никакого отношения к поведению окружающих, она идет изнутри и является наиболее характерным эмоциональным проявлением и эпилептоидной психопатии, и эпилепсии.

      Стремление окружающих предотвратить дисфорию, их доброжелательность, готовность пойти навстречу в малейших желаниях эпилептоида не имеют успеха.

      И даже наоборот, в некоторых случаях проявление участия и доброты окружающих ещё больше озлобляют эпилептоидного подростка, так как в этих случаях он не может найти в их поведении ни малейшего повода, чтобы сорвать на них свое зло, и оно достигает наивысшего накала. Это состояние подобно разрыву парового котла, который вначале бурлит внутри, постепенно закипая, и когда давление достигает наивысшего уровня, он взрывается.

      В конце концов эпилептоид находит какой-нибудь повод для придирки. Он может быть совершенно случайным и играет роль «последней капли», переполнившей чашу терпения. Или поводом служит само проявление сочувствия, и эпилептоид набрасывается на человека, пытающегося его утешить или успокоить, с криком, что ему надоели эти приставания. Происходит бурная эмоциональная разрядка. Она отличается не только большой силой, но и продолжительностью.

      Возможно даже двигательное возбуждение с крушением предметов, угрозами в адрес окружающих и агрессивностью, направленной на любого, даже первого попавшегося и ни в чем не повинного человека, независимо от того, какие последствия это будет иметь для этого человека и для самого психопата.

      Эпилептоидный психопат долго не может остыть и успокоиться. Этим эмоциональные разряды при эпилептоидной психопатии отличаются от вспышек при других типах психопатий, где человек быстро вспыхивает, но так же быстро остывает, если отвлечь его внимание или причина, вызвавшая гнев, устранена.

      Дисфория — длительное состояние, оно может продолжаться и несколько часов, и несколько дней.

      Сам эпилептоидный психопат не может ни предотвратить приступ дисфории, ни совладать с собой во время такого приступа. Сами эпилептоиды признают, что такие состояния возникают без какой-либо внешней причины — «на меня находит».

      Находясь в состоянии дисфории, эпилептоид может выбрать объектом для разрядки своей злобы совершенно незнакомого человека или любого члена коллектива. Поэтому эпизоды злобности и агрессивности могут происходить и в любом общественном месте, и дома, и в школе, и в компании сверстников, и на работе.

      Идеальное условие для разрядки злобы у эпилептоида — ситуация драки. Иногда они намеренно провоцируют её в компании сверстников, а став взрослыми — в асоциальной, криминальной компании.

      Они придираются к окружающим по пустякам, намеренно оскорбляя и унижая их, и если получают в ответ грубость, то находят полное удовлетворение, затеяв драку. В драке они беспощадны и жестоки, бьют до крови, и ещё больше приходят в ярость и просто «звереют», если встречают сопротивление, могут бить упавшего и уже не сопротивляющегося соперника ногами, любым тяжелым предметом, нанося ему тяжкие телесные повреждения и не останавливаются даже перед убийством. В таком состоянии они производят страшное впечатление — лицо наливается кровью, глаза «бешеные», выступает пот.

      В судебно-психиатрической практике такие ничем не мотивированные и дикие по своей жестокости убийства совершают чаще всего эпилептоиды.

      Поэтому социальная декомпенсация у эпилептоидных психопатов происходит очень рано, порой даже в подростковом возрасте. У них часты нарушения закона, связанные с насилием и их агрессивностью. Многие из них в течение жизни имеют судимости, в основном, за одни и те же преступления.

      Причем, их безудержной ярости и жестокости боятся и их сверстники в колониях для несовершеннолетних, и люди значительно старше их по возрасту, и даже в криминальной среде, в которой они предпочитают находиться уже после первой судимости, так как именно здесь они могут реализовать свои асоциальные наклонности и приступы своей агрессивности.

      В подростковом возрасте психопат — эпилептоид — тиран и диктатор в семье. Он может безжалостно избивать своего младшего брата и сестру за малейшие провинности, если он не в духе, а в периоды дисфории достается и родителям, и старшему брату или сестре, и бабушке с дедушкой.

      При этом он всегда считает себя правым, мотивируя свое поведение тем, что его «довели», и в качестве «компенсации» может потребовать у родителей каких-либо поблажек, позволения делать все, что ему захочется, или денег на свои прихоти.

      Иногда дисфория может быть не столь выраженной, а проявляться бездельем, апатией, угрюмостью и хмурым видом.

      Но бурные вспышки у эпилептоидных психопатов возникают не только вследствие дисфорий, но и в результате конфликтов, которые у них довольно часты из-за особенностей их характера. Поводы для этого чаще всего ничтожны и связаны с ущемлением интересов эпилептоида или пустяковой обидой. Он может наброситься и сильно ударить пожилого человека, если тот сделал ему какое-то замечание, сбить с ног малыша, показавшего ему язык, жестоко избить сверстника, посмевшего насмехаться над ним.

      И здесь эпилептоид проявляет такую же неукротимую ярость, как и при разрядке дисфории. Его невозможно остановить словами, даже оттащить от жертвы его удается с трудом, при этом он может ударить и того, кто пытается ему противодействовать в избиении.

      В таком состоянии речь его состоит из нецензурных выкриков, отражающих безудержную злобу и угрозы и в адрес жертвы, и в адрес защитника жертвы. Избивает он с садистическим наслаждением, стремясь разбить жертве лицо до крови, ударить в пах. Ему безразлично, слабый ли перед ним противник или сильный. Одинаково жестоко он избивает беззащитного человека, не способного противостоять ему, и нападает и на более сильного физически и старшего по возрасту человека.

      Конфликты с родителями могут привести к полному разрыву с ними, в таких случаях по отношению к родным эпилептоид становится крайне мстительным и может совершить различные проступки «назло» родителям.

      Ссорясь с родителями, эпилептоидный подросток может намеренно «подлизываться» к бабушке или дедушке, и те их обычно балуют, во всем потакают и в ссорах с родителями принимают сторону внука или внучки.

      Эпилептоидам свойственна страсть к накопительству, они тщательно оберегают то, что считают своим, от других детей в семье и своих сверстников. Даже в коллекционировании их больше привлекает материальная ценность накопленного. Они предпочитают коллекционировать то, что можно потом с выгодой продать. Страсть к обогащению может сохраниться на всю жизнь.

      Внешность у некоторых эпилептоидов имеет характерные особенности — сильная приземистая фигура, массивный торс при сравнительно коротких руках и ногах, короткая шея, тяжелая нижняя челюсть. Но эти особенности свойственны не всем. В движениях большинства эпилептоидов ощущается тяжеловесность и замедленность.

      Многие их них отличаются физической силой уже с детства или развивают её, занимаясь спортом. Эпилептоиды (не только мальчики, но и девочки) предпочитают силовые виды спорта или боевые виды защиты и нападения. Групповые спортивные игры, если им не удается занять лидирующее положение в команде, они не любят.

      Все психические процессы эпилептоидов характеризуются патологической инертностью, замедленностью, тугоподвижностью, трудностью переключаемости. Все это называется вязкостью.

      Вязкость проявляется в мышлении (вязкое мышление эпилептоида и эпилептика) и в эмоциях (устойчивость, неспособность к переключению — ригидность эмоций). Иногда говорят о прилипчивости, «вискозности» психических процессов.

      Инертность и застойность всех процессов накладывают отпечаток на всю психику, эмоции и движения эпилептоида. Поэтому отрицательные эмоции, возникнув, продолжаются длительное время, и эпилептоид не способен переключиться.

      В определенной степени с этими особенностями психики связана особая злопамятность и мстительность эпилептоидов. Они не в состоянии забыть ни малейшей причиненной им обиды, как правило, незначительной, или то, что они считают для себя обидным.

      Те мелкие стычки и ссоры, которые бывают у людей, и которые любой нормальный человек может простить и забыть, никогда не прощает эпилептоид. Если у него нет возможности немедленно отреагировать и отомстить «обидчику», он будет долго вынашивать и лелеять в душе планы мести, и при первой же возможности жестоко отомстит, причем, сила его злобы и его жестокость не идет ни в какое сравнение с незначительностью причиненной ему «обиды

      Именно поэтому многие эпилептоиды, став взрослыми, предпочитают асоциальную и криминальную среду, где свою ответную реакцию они могут тут же проявить в виде немедленной и беспощадной расправы. Но даже отпетые уголовники, хорошо знающие его, стараются не связываться с эпилептоидом, так как в драке он не щадит ни себя, ни соперника. Случайно проявить неподчинение и именно этим нанести эпилептоиду «смертельную обиду» может только новичок, если его заранее не предупредили, или такой же эпилептоид, стремящийся к лидерству.

      Властность и деспотизм эпилептоидов , стремление к лидерству, диктаторству с требованиями безоговорочного подчинения «командам» проявляются у эпилептоидов уже в детском и подростковом возрасте. В подростковой компании эпилептоид добивается послушания и подчинения своим «приказам» с помощью кулаков и угроз физической расправы. Нередко эпилептоид предпочитает для своих целей компанию из младших и слабых, неспособных противостоять ему.

      Даже если он приходит в группу, где уже есть свой лидер, он немедленно претендует на главенствующее положение, вступает в борьбу с прежним лидером компании и в драке чаще всего побеждает его и свергает.

      Некоторые из них отличаются большой физической силой, некоторые нет, но даже не в их силе дело, эпилептоид внушает страх сверстникам своей беспощадностью, жестокостью и безудержной яростью. В группе эпилептоид немедленно устанавливает свои правила и порядки, всегда выгодные лично ему.

      В подростковом возрасте проявляется ещё одна особенность эпилептоидных психопатов — заискивание перед людьми , от которых он зависит и которых считает «начальством». Эпилептоид может быть льстивым и угодливым, заискивать перед воспитателем, учителями, завучем, директором школы или тренером в своей спортивной секции. В первое время он даже может произвести впечатление аккуратного, старательного и исполнительного.

      Угодничество эпилептоида перед «начальством» и неукоснительное выполнение всех его требований имеет своей целью самому приобрести какую-то власть над сверстниками и «командовать» или получить поддержку, извлечь выгоду. Если эпилептоида назначают старостой класса, капитаном спортивной команды, то от его диктаторских замашек стонут все остальные сверстники, и это приводит к бурным конфликтам.

      Очень хорошо эпилептоиды себя чувствуют в условиях лишения свободы — угождая и во всем соблюдая требования начальства, эпилептоид добивается, что его назначают командиром отряда или старостой барака, что дает ему немалую личную выгоду и позволяет проявить свое стремление к власти.

      Но в состоянии дисфории от былой угодливости «начальству» не остается и следа. Эпилептоидный психопат может внезапно нагрубить, разразиться площадной бранью, швырнуть первым попавшимся под руку предметом в человека, перед которым он ещё вчера заискивал. Поэтому их часто наказывают. В местах заключения, возмущенные их властностью и жестокостью, другие осужденные могут устроить бунт и ночью сообща избить ненавистного старосту.

      Эпилептоидов нередко исключают из школы или выгоняют из спортивной секции. Но это, как правило, их ничему не учит. В другом коллективе повторяется то же самое. Эпилептоиды редко имеют возможность продолжать образование, поступить в институт, и даже закончить нормально среднюю школу.

      Из-за их неуправляемого поведения многим приходится уходить из школы в ПТУ, где обычно учатся подростки с выраженными психическими нарушениями, и понятие о правилах поведения и дисциплине там весьма растяжимо.

      Местом «наименьшего сопротивления», удар по которому чаще всего приводит к декомпенсации эпилептоида, является любой, даже незначительный конфликт, который сам эпилептоид расценивает как ущемление своих интересов. При ограничении возможности проявлять свою деспотическую власть и диктаторские замашки, эпилептоид всегда реагирует одинаково — реакцией бурной злобы и агрессии.

      Эпилептоиды — реалисты. Они не заглядывают далеко в будущее, не любят мечтаний и пустых фантазий, живут реальным сегодняшним днем. Эпилептоиды предпочитают материальные блага высоким нравственным устремлениям. Они любят деньги и то, что можно приобрести за деньги, любят вкусно и сытно поесть, у них крепкий сон.

      У большинства эпилептоидов наблюдается напряженное состояние инстинктивной сферы и аномалия влечений. Сексуальное влечение очень интенсивно.

      Николай Ф. 18 лет, образование среднее, рабочий. Не женат. Поступил по направлению военкомата на стационарную экспертизу.

      Отец алкоголик, мать — примитивная, покорная, молчаливая женщина, безропотно терпит пьяные выходки мужа. В семье ещё двое младших детей.

      Мать характеризует Николая как злого, мстительного, жестокого, злопамятного. С детства не любил никому подчиняться, стремился лидировать над сверстниками. Тех, кто не подчинялся, жестоко избивал, хотя особой физической силой не отличался. Сверстники за глаза дразнили его «уродом» и «большеголовым», так как у него действительно непропорционально большая для его небольшого роста голова с оттопыренными крупными ушами. Одно ухо и нос изуродованы в драке, нос свернут на бок. Но в глаза произносить эти прозвища боялись, так как он мог поколотить любого, даже тех, кто был физически сильнее.

      Издевался над братом и сестрой, бил обоих. «Воспитывал» их по собственной методике — он «господин», а они его «слуги». Его портфель в школу и из школы нес младший брат, он же бегал по всем поручениям Николая, клянчил для него сигареты у прохожих, деньги. То же самое делала и сестра. За малейшее непослушание или если они принесли ему меньше денег, чем он рассчитывал, мог дать оплеуху. Мать его боялась и не вмешивалась.

      Иногда становился без всякой причины «злой, как черт», мог пинком отшвырнуть попавшихся на пути брата, сестру или любого малыша, цеплялся к матери, обзывал её. Зло срывал обычно на младших детях.

      С детства очень злопамятный. В 12-летнем возрасте во время игры с ребятами в футбол нечаянно попал мячом в окно соседке с 1-го этажа и разбил стекло. Та, выбежав на балкон, обругала Николая, назвав его «выродком» и «ублюдком». В ответ от запустил в неё обломком кирпича, она едва успела увернуться, и кирпич тоже попал в стекло, разбив второе окно. Соседка позвала мужа и тот, выбежал во двор. Николай встретил его наглой ухмылкой, широко расставив ноги и покачивая в руке ещё один обломок кирпича, демонстрируя тем самым своим приятелям «бесстрашие» и готовность дать отпор взрослому мужчине. Но тот не испугался наглого подростка и хотя Николай успел бросить в него кирпичом, сбил его с ног подножкой, а потом оттаскал его за ухо, унизив тем самым перед другими подростками. Те были очень довольны, что хоть кому-то удалось проучить Николая, претендующего на роль вожака.

      Николай затаил зло и решил отомстить. Связывать с мужем соседки он побоялся, но однажды поймал их кошку, которая часто гуляла во дворе, выбираясь через форточку, и привязал её за задние лапки к перилам их балкона, заклеив ей мордочку скотчем. Дело было поздно вечером и хозяева не сразу хватились любимой кошки. Обычно кошка приходила и уходила сама. Только утром сосед обнаружил её висящей и извивающейся в опутывающих её веревках. К счастью, бедное животное не получило повреждений. Взбешенный сосед отправился к Николаю домой, но тот был в школе. Дома был его полупьяный отец, которому сосед и высказал свои угрозы, пообещав «переломать все кости» и «сынку, моральному уроду и садисту», и его «папаше-алкашу». Тот внял и встретил Николая ремнем. Хотя тот пытался увернуться и отцу от него тоже досталось, но избит он был нещадно. С тех пор Николай затаил злобу и на отца, пакостил ему при каждом удобном случае, а когда повзрослел, стал и поколачивать.

      С 13-летнего возраста Николай стал выпивать. Деньги на спиртное добывали для него брат с сестрой, попрошайничая на улице. В опьянении становился ещё злее и агрессивнее, постоянно затевал драки, если что-то было не по нему. Не раз его сильно били, но и его противникам доставалось. С этого возраста состоит на учете в детской комнате милиции.

      Половое влечение пробудилось в 12 лет. С этого же возраста постоянно мастурбирует, иногда до 3-5 раз в день. Половая жизнь с 13 лет — в их дворовой компании появилась 14-летняя девочка, которая недавно переехала в их дом, в первый же вечер они её напоили и насиловали по очереди. Но она ничего не рассказала родителям и в дальнейшем проводила в их компании все вечера, сожительствуя со всеми желающими. Николай был самым частым её партнером, иногда он имел с ней по 2-3 половых акта за день.

      Обычно они проводили время на пустыре за их домом, и Николай отводил партнершу за ближайшие кусты и без особых церемоний совершал половой акт. Когда она однажды воспротивилась, сказав, что у неё месячные, он ударил её кулаком в лицо, и у неё вся левая половина лица заплыла огромным синяком. С тех пор она его боялась панически и никогда не отказывалась.

      Были у него и другие сексуальные партнерши, с которыми он обращался так же бесцеремонно.

      После 8 класса ему порекомендовали перейти в ПТУ, так как он едва одолел школьную программу. Учиться он не хотел и пошел работать. Сменил несколько мест работы, так как везде конфликтовал. Однажды ударил мастера, который сделал ему замечание, тот упал и сильно ударился. Хотели даже завести уголовное дело, но он был ещё несовершеннолетним, и связываться с ним не стали, сказав, чтобы он немедленно забирал документы и убирался.

      В 17 лет принудил к сожительству 12-летнюю подругу своей сестры. Она пришла к его сестре готовить уроки, а он затащил её в другую комнату, сдернул трусы, повалил на пол и изнасиловал. Девочка кричала, царапалась и била его кулачками, но справиться с ним не могла. Сестра Николая так его боялась, что сидела в другой комнате, боясь выйти. Девочка, плача убежала домой, но родителям тоже не рассказала.

      С тех пор стал подкарауливать её возле подъезда, мог затащить в подъезд на верхнюю площадку и принуждал к сношению, говоря угрожающим тоном, что пусть лучше она соглашается добровольно или он её изуродует. Она боялась его и была вынуждена молчать. Иногда принуждал к сношению по 2-3 раза в день или заставлял её делать феллацию. Запуганная девочка подсинялась.

      Служить в Армии он не хотел, и во время прохождения медицинской комиссии при военкомате, заявил, что он алкоголик и «псих с детства», чтобы уклониться от призыва.

      О том, что он ранее состоял на учете в детской комнате милиции, о его поведении и мелких правонарушениях было известно, и его направили в психиатрическую больницу на экспертизу.

      От службы в Армии он, конечно освобожден по вполне понятным причинам. Даже строгая армейская дисциплина не сможет приучить к послушанию эпилептоидного психопата, и ему, безусловно нельзя доверить оружие.

      Любовь эпилептоида сочетается с тяжелой ревностью к предмету любви, причем, поводы для ревности могут быть пустяковыми, но, как всегда у эпилептоида, ревность сопровождается бурной эмоциональной реакцией с угрозами и в адрес соперника (чаще всего мнимого), и в адрес предмета любви. Эпилептоид может жестоко избить свою избранницу при малейшем сомнении её верности. Измен (мнимых или явных) эпилептоиды никогда не прощают, расценивая их как предательство.

      Брак с эпилептоидом — тяжелое бремя для его жены. В семье он тиран и деспот, добивается беспрекословного повиновения всех членов семьи. При малейшем неподчинении возникает реакция злобы и гнева. В состоянии дисфории он становится страшен, его агрессия направлена и на любого, кто подвернется под руку, и на неодушевленные предметы. Он может перебить всю посуду, переломать мебель, швырнуть в дорогую аппаратуру тяжелым предметом. В гневе он не способен щадить ни жену, ни детей. Даже после развода эпилептоид может следить за своей бывшей супругой, и если увидит её с другим, может избить обоих.

      В удовлетворении сексуального влечения присутствуют элементы садо-мазохизма. В подростковом возрасте эпилептоид получает удовольствие, жестоко мучая животных, а также издеваясь над более слабыми сверстниками или исподтишка избивая малышей или собственного младшего брата или сестру.

      Чувственное наслаждение приносит эпилептоиду и причинение боли самому себе — они колют кусают и режут свое тело, прижигают сигаретой. Не всегда это сопровождается половым возбуждением и ощущениями оргазма, но доставляет особое наслаждение, из-за чего эпилептоиды часто практикуют такие мазохистические способы получения удовольствия.

      Ю.А.Строгонов, С.Д.Озерецковский описывают и такой вариант получение чувственного наслаждения, близкого к оргазму, когда у подростков — эпилептоидов имеется патологическая страсть к самоудавлению — они затягивают петлю на шее до выключения сознания и появления легких судорог, и в этот момент испытывают наслаждение.

      Став взрослым, эпилептоид-садист получает наслаждение, причиняя боль своей сексуальной партнерше. Причем, в отличие от многих садистов, использующих утонченные способы причинения боли, эпилептоид использует более примитивные и грубые способы, а слезы жертвы и мольбы прекратить избиение, ещё больше «заводят» его, давая ощущение своей безграничной власти над другим человеком, он «входит в раж», и может причинить своей партнерше значительные повреждения.

      В условиях закрытых учреждений (в детском доме, интернате, лагере, колонии для несовершеннолетних или взрослых преступников, в тюрьме), где люди одного пола, многие эпилептоиды удовлетворяют свое половое влечение гомосексуальным способом.

      И мужчины, и женщины-эпилептоиды всегда играют в гомосексуальных отношениях активную роль, сочетая гомосексуализм с грубыми извращениями. Особенное удовольствие они получают, унижая своего сексуального партнера или партнершу и добиваясь полного подчинения себе.

      В последующем некоторые эпилептоиды предпочитают гомосексуальные отношения или совмещают нормальные с гомосексуальными.

      В подростковом возрасте у некоторых эпилептоидов наблюдаются и такие расстройства влечений, как пиромания (склонность устраивать поджоги) и дромомания (склонность к бродяжничеству.

      В первом случае у подростка постепенно нарастает желание совершить поджог, он представляет, как огонь будет лизать стены дома и крышу здания, а совершив поджог, он становится активным зрителем, проявляя зачарованность огнем, интересуясь последствиями и тем, какой будет причинен ущерб в результате пожара. Часто поджоги связаны с состоянием дисфории, а при реализации своего желания подросток как бы успокаивается, и его эмоциональное напряжение спадает.

      А при дромомании побег эпилептоида из дома вызван не столько со стремлением к дальним странствиям, сколько протестной реакцией в ответ на ущемление его прав, а также связан и с дисфорией — в этом случае побег совершается без какого-либо внешнего повода, эпилептоид может далеко уехать, а при повторных побегах он использует тот же самый маршрут. Во время таких побегов эпилептоид напряжен, бледен, может совершать асоциальные и криминальные действия.

      Свойственное эпилептоидам расстройство влечений проявляется и во взаимоотношениях с алкоголем. В некоторых случаях влечение к спиртному проявляется уже после первых приемов спиртного.

      Многие эпилептоиды начинают злоупотреблять спиртными напитками уже в подростковом возрасте. Подростки мало выносливы к спиртному, поэтому обычно предпочитают слабые алкогольные напитки крепким. Но эпилептоиды с самого начала отдают предпочтение водке, а не вину или пиву, так как это вызывает более сильное опьянение.

      Приятно-благодушное состояние в опьянении эпилептоидам не свойственно. С самого начала возникает потребность пить «до отключки». В состоянии опьянения эпилептоиды становятся неуправляемыми.

      Алкоголь может спровоцировать дисфорию, но в отличие от дисфорий в трезвом состоянии, когда раздражение и злоба накапливаются длительное время, а потом эпилетоид «взрывается», дисфории, возникающие в состоянии опьянения, развиваются гораздо быстрее, и разрядка происходит сразу.

      Кроме того, в опьянении злобность может быть легко спровоцирована любым незначительным конфликтом. Возбудимость у пьяных эпилептоидов ещё больше усиливается, и любое невзначай сказанное слово собутыльника, любой жест, который эпилептоид может истолковать как пренебрежительный или оскорбительный, или неподчинение его приказу, — может вызвать вспышку злобы и агрессивности.

      Эпилептоиды часто дерутся в пьяном виде. Порой они потом и сами не помнят, что вызвало столь бурную вспышку их гнева, но тем не менее, никогда не признают свою неправоту и чрезмерность своей реакции, обвиняя во всем объект их злобы — «Сам виноват», «Нечего было нарываться и заводить меня», «Получил за дело», — и тому подобное.

      Из истории болезни: Отец — военнослужащий в большом чине, властный, деспотичный, не терпит возражений. военнослужащий в большом чине, Мать — домохозяйка, тихая, робкая женщина, во всем подчиняется отцу. Других детей в семье нет.

      Раннее развитие своевременное, физически крепкий, выше и сильнее многих сверстников.

      По характеру — жестокий, мстительный, злопамятный. Тиранил мать. Иногда ни с того, ни с сего были периды бесприинной злобы, когда он придирался к матери (отца он боялся, так как тот нередко наказывал его ремнем), все ему было «не так», а когда она робко спрашивала, что случилось, чем он расстроен, мог взорваться «как порох», топал ногами, обзывал её нецензурными словами, требовал, чтобы она к нему «не приставала со своим сюсюканьем», впадал в бешенство, мог сломать что-то, бил посуду.

      В один из таких приступов дисфории, не зная, на чем сорвать зло, ысе утро цеплялся к матери, а в ответ на какую-то её фразу, схватил с плиты кипящий чайник и швырнул им в мать. Она получила сильные ожоги, но от отца скрыла истинную причину, сказав, что сама ошпарилась кипятком.

      Матери он совершенно не подчинялся, боялся только отца. Она вообще перестала спрашивать о чем-либо сына, так как в ответ он грубил или злился, лицо краснело, глаза становились «сумасшедшими», заявлял, что ненавидит её, она его раздражает своим «кудахтаньем», а если она начинала плакать, злился ещё больше и мог ударить. В состоянии дисфории не раз бил мать, нанося беспорядочные удары куда угодно, а она лишь плакала, просила у него прощения и закрывала лицо руками. Но от отца все это скрывала, а если был кровоподтек на лице, говорила, что на улице ребенок нечаянно попал в неё камнем или якобы она сама ударилась. Мать сына обожает и все ему прощает. Отца постоянно нет дома, приходит с работы поздно, часто ездит в командировки.

      Впервые поступил в психиатрическую больницу в 12-летнем возрасте, хотя с 10 лет регулярно выпивает. Мать, находясь целый день дома, даже и не подозревала об этом. Его отец первым узнал о пьянстве сына, увидев его около магазина в компании сверстников еле стоящим на ногах. Несколько раз он пытался жестоко выпороть сына, но это не принесло результата. Мальчик с утра уходил с портфелем якобы в школу и где-то пропадал до глубокой ночи, являясь домой вдребезги пьяным. Или отец отправлялся на его поиски по всем «злачным местам» своего района и обнаруживал его то в каком-то подвале, то в пивном баре со взрослыми собутыльниками, то ещё где-нибудь.

      Махнув рукой на посещение школы, отец стал запирать сына в его комнате , но тот вылезал в окно, перебирался на балкон соседней квартиры, когда соседей не было дома и вновь убегал.

      Отец долго крепился, не решаясь положить сына в психиатрическую больницу из опасений, что об этом станет известно на его службе, но в конце концов решился на это.

      При обследовании у мальчика выявлены все симптомы алкоголизма, а кроме того, он перепробовал все наркотики, которые ему удавалось раздобыть. Госпитализировали его в отделение для лечения больных наркоманиями. В отделении он постоянно крутился около взрослых наркоманов, курил с ними в туалете, с восторгом слушал рассказы наркоманов (многие их них имеют судимости), выпрашивал у них любые таблетки и глотал все подряд, даже лекарства, назначенные другим больным.

      После выписки все вновь повторилось. Хотя отец пытался запереть его дома, но когда отец уходил на работу, заставлял мать открыть дверь, угрожая, что он её «прибьет и опять надолго убегал из дома. Его «отлавливали» и вновь помещали в психиатрическую больницу. Несколько лет он был постоянным пациентом нашего отделения, далее сведений о нем нет, скорее всего, попал в колонию.

      Иногда в состоянии опьянения эпилептоидные психопаты совершают поступки или действия, занимающие довольно продолжительный отрезок времени, но о котором впоследствии они ничего не могут вспомнить и хоть как-то объяснить свое поведение — «Сам не понимаю, что на меня нашло».

      Эти поступки не обязательно связаны с агрессивными или разрушительными действиями. Иногда они выглядят странными и необъяснимыми или расцениваются окружающими как бравада или протест — человек может залезть, рискуя жизнью, на крышу дома или подъемный кран непонятно с какой целью, раздеться догола и выйти на улицу, или совершать довольно длительные перемещения, сесть в первый попавшийся транспорт, на поезд и уехать куда-то. Протрезвев, эпилептоид и сам не может понять, как он оказался в незнакомом месте. Такие состояния у эпилептоидов связаны с нарушением сознания.

      При эпилептоидной психопатии возможны попытки самоубийства. У взрослых эпилептоидов это чаще связано с состоянием дисфории, а у подростков — как акт мести и стремление причинить неприятности «обидчикам», например, родителям или учителю, если его наказали, лишили привилегий или нанесли обиду.

      Возможна эпилептоидная психопатия не в чистом виде, а в сочетании с какими-либо, чертами, свойственными другим типам психопатий.

      При эпилептоидно — истероидном варианте основные эпилептоидные черты сочетаются со склонностью к демонстративному поведению, претенциозностью, повышенной самооценкой, эгоцентризмом.

      При эпилептоидно-неустойчивом варианте эпилептоидные черты сочетаются со стремлением к праздному образу жизни за чужой счет, отсутствием эмоциональных привязанностей и планов на будущее. Могут быть и другие смешанные типы психопатий.

      Эпилептоидная психопатия — один из наиболее трудных вариантов для социальной адаптации (приспособления). Эпилептоиды любят только себя, власть и материальные выражения социального благополучия. Декомпенсация у них может происходить где угодно — в семье, в учебном заведении, на работе. Больше, чем при других видах психопатии, выявляется склонность к асоциальности и криминальным поступкам, связанным с насилием.

      Это один из наиболее неблагоприятных вариантов психопатии как для самого человека из-за частой декомпенсации и социальной дезадаптации, так и для окружающих, для которых эпилептоид — жестокий тиран и деспот, который заставляет страдать своих близких, ничуть не беспокоясь, что они при этом чувствуют.

      studopedia.ru