Святые о шизофрении

Врач-психиатр Дмитрий Авдеев: «Вера никогда не приведет к шизофрении»

Наступает осень – «унылая пора», время сезонного обострения у психически нестабильных людей. Является ли депрессия грехом? А почему самоубийство грех, если суицид – симптом душевной болезни? Можно ли быть истериком в одиночестве? Надо ли вести сумасшедшего на отчитку, особенно, если он «видит духов»? Обо всем этом – беседа с известным врачом-психиатром, кандидатом медицинских наук Дмитрием Авдеевым.

— Если мы говорим о психозах (расстройствах, сопровождающихся бредом, галлюцинациями, иллюзиями и проч. — ред.), то на первом этапе должна быть, конечно, врачебная помощь. Она должна снять основные симптомы заболевания, вернуть больному сознание, критику, адекватное поведение. По мере выздоровления должна преобладать уже психологическая и духовная помощь, а медицинская будет сокращаться. Динамика именно такая.

Есть три главные причины развития психических заболеваний. Причина первая: от естества человека. Действительно, индивидуальные биологические, генетические факторы играют здесь решающую роль. Бывают болезни как следствие поработивших душу греховных страстей — алкоголизм, наркомания, игромания и прочее. А бывают психические расстройства как следствие демонического воздействия. Нужно знать причины развития душевных недугов, и в зависимости от причины применять нужное врачевство.

— Излечимы ли психические заболевания?

— Пограничные расстройства принципиально обратимы. Но бывают варианты. Профессора Киселев и Сочнева наблюдали, как ведут себя невротики. И что интересно: один вид невроза уходит, а на его место приходит другой вид. То есть, если человек склонен к тому, чтобы реагировать на жизнь невротично, он всегда и пребывает в состоянии невроза.

Большие психозы, к которым относятся шизофрения, маниакально-депрессивный психоз, считаются принципиально неизлечимыми, но здесь важно понимать, что такое ремиссия (исчезновение признаков болезни — ред.), и не ставить знак равенства между понятиями «неизлечимость» и «тяжесть». Мы, врачи, стремимся к длительным ремиссиям, чтобы человек, если это возможно, восстановил какую-то трудоспособность, полноценно жил в семье, трудился, посещал храм.

Например, шизофрения — это хроническое психическое заболевание. И, в данном случае, что понимать под излечимостью? Состояние, когда ушли явления галлюцинаций, бреда? Скажем, если человек страдает гипертонией, принимает лекарства, соблюдает режим, ведет здоровый образ жизни, то, большей частью, цифра его артериального давления на хорошем уровне. Когда у человека зарубцевалась язва, врач пишет: «язвенная болезнь: состояние ремиссии». Эта болезнь может и не развиться дальше, если человек ведет правильный образ жизни, правильно питается.

Недавно ко мне пришел один больной и сказал: «Доктор, я — алкоголик, и 20 лет уже не пью». Какой правильный подход! Но если он ослабит самоконтроль, если перестанет молиться, если начнет хотя бы немножко употреблять спиртное, риск того, что он сорвется и опять разовьется стойкая алкогольная зависимость, — огромный.

Главная проблема — адаптация психически больных в обществе, доброе отношение к ним, духовная реабилитация. Важно, чтобы человек нашел свое место в жизни. И здесь велико значение близких, окружения. Важно не паниковать, не нагнетать атмосферу нервозности, помогать. В конце концов, мы живем в потоке святого промысла Божьего.

— Многим кажется, что душевнобольному можно помочь без лекарств. Вообще, люди боятся психиатрических больниц. Насколько опасно откладывать лечение или избегать его?

— Порой приходит мама и говорит: «Я ни за что не сдам своего сына в психиатрическую больницу!» Какое выражение она употребляет: «не сдам»! Она оказывает своему сыну медвежью услугу.

Вот когда мама ведет трехлетнего малыша к стоматологу, а тот упирается ножками, кричит и плачет, то она берет на себя всю полноту ответственности, потому что знает: от кариеса зубки ее ребенка развалятся.

Что касается психиатрии, эта линия поведения особенно актуальна, потому что часто в случае эндогенных заболеваний у больного теряется критическое отношение к своему состоянию. Нет четкого понимания того, что он заболел, что с ним творится что-то неладное.

Вот в Америке человек без психоаналитика чихнуть не может, а у нас порой человек страдает долгое время и никак не обратится к врачу. Нужен какой-то срединный путь. Не нужно никаких шараханий, никаких противопоставлений. Ведь и лекарства, и усилия врача тоже благословляются Богом.

— Что говорит медицина о влиянии нервных расстройств на состояние всего организма человека? Что такое соматизация?

— Вообще, это отдельное направление в психиатрии. Называется оно «психосоматика». Согласно статистике, 80% всех заболеваний развивается на нервной почве. Так, в 30-х годах ХХ века ученые стали говорить о личностных особенностях людей, которые страдают теми или иными заболеваниями. Появились понятия «артритическая личность», «язвенная личность», «коронарная личность». Последних называют «амбициозные персоны» и пишут о них, что они любят заседать в президиуме, сидеть в первых рядах, невероятно волнуются, если, например, их машина застревает в уличной пробке или они проигрывают в шахматы ребенку. У таких людей, как выяснилось, кровь сворачивается в несколько раз быстрее, у них чаще бывают сбои сердечной деятельности.

В связи с этим можно нарисовать такую схему: характер — болезнь. Но, судя по моему опыту, схема эта неполная. Откуда у человека берется такой характер? Я думаю, вследствие греховных страстей, которые долгое время хозяйничают в его душе, в его теле. А если человек не знает благодати Таинств, не знает Бога, то живет с этими страстями и не может осознать причинно-следственной связи. Схема, на мой взгляд, будет выглядеть так: греховная страсть — характер — болезнь.

Врачи утверждают, что психосоматические заболевания развиваются потому, что человек не проговаривает какие-то конфликты. Смотрите, какое верное наблюдение. Только давайте дополним его: человек не исповедует эти конфликты. Здоровье души и здоровье тела, как показали наблюдения ученых, находятся в неразрывной связи.

— Ритм нашей жизни кардинально отличается от неторопливого распорядка дня прежних поколений. Может быть, именно он виноват в том, что у современных людей часто наблюдаются «синдром хронической усталости»?

— Практически на все вопросы в отношении душевных заболеваний напрашивается один и тот же ответ: безблагодатная, безбожная жизнь. Говорю это без всякого упрека. Молодой человек тешит себя перспективами, он молод, здоров, у него множество планов. Пожилой оказывается в более сложной ситуации: здоровье подорвано, дети выросли, может быть, материальных ценностей он не накопил или они обесценились в ходе реформ. И что? Остается злость, раздраженность, ненависть.

А возможен ли такой вид хвори, например, у преподобного Серафима Саровского? «Радость моя, Христос воскресе!» — встречал каждого батюшка. Или преподобный Амвросий Оптинский, который, вообще, долгие годы лежал на своем диванчике и хворал. Все-таки мы опять и опять говорим о духовных факторах.

Безусловно, я не отрицаю таких факторов, как «депрессия истощения», усталость, экологические факторы. Это тоже очень важно: здоровый образ жизни, правильное питание, свежий воздух. Но почитайте письма отца Иоанна Крестьянкина из ГУЛАГа, где он просидел несколько лет. Уж какое там питание, какой отдых! Но сколько людей стремилось к отцу Иоанну за поддержкой! И так же было с другими подвижниками благочестия. То есть, прежде всего, человеку надо быть с Богом, со Христом.

— Между понятиями «уныние» и «депрессия» можно ли поставить знак равенства?

— Нет, нельзя. Уныние — это греховная страсть, а депрессия — это болезнь. Видов депрессии множество, но я укажу два самых главных: невротические и эндогенные.

Невротические депрессии всегда связаны с конфликтом, с тем, что в сознании человека сталкиваются разнонаправленные мотивы. И от этого в душе возникает тяжелая психотравмирующая ситуация. Здесь нужен поиск выхода. Решение часто приходит через молитву, через смирение. В этом корень лечения невротических состояний.

Появление эндогенных депрессий связано с тем, что в какой-то степени меняется обмен веществ в мозге. Есть такие вещества как серотонин, дофамин, норадреналин. При такой форме депрессии содержание этих веществ в мозговых структурах либо резко сокращается, либо падает до нуля. И в этом случае, конечно, нужна терапия, нужны лекарства.

— Что такое истерия? Какова ее природа?

— Я много думал: грех это или болезнь? А потом понял, что в данном случае грех настолько изменяет естество человека, что потом формируется и болезнь.

Истерия — это делание дел напоказ. Истерику нужны два условия: выгода и зритель. Вот мама кормит малыша, а он не хочет есть. Тогда он падает на пол и бьется в конвульсиях… А что делает мама? «Успокойся, сыночек, возьми конфетку, только не плачь!» У ребенка типичная истерическая реакция. А как повела себя мама? Она удовлетворила реакцию малыша. Можно не сомневаться, что в будущем он еще много, много раз поведет себя так же.

Можно задаться вопросом: могла ли развиться истерия у Робинзона Крузо? Наверное, нет. Некому было это демонстрировать.

Как реагировать на истерическое поведение? Строго и спокойно.

Мы часто видим на манифестациях людей, которым очень важно самолюбование. И у некоторых политиков заметны черты истерического поведения. А современная поп-культура? Это какой-то истерический апофеоз. Увы, вся наша жизнь от детского сада до пенсии учит человека истеричности. Давайте не учиться этому. Гордость, тщеславие, позерство, самолюбование, делание дел на показ — вот духовная составляющая истерического поведения.

— В вашей практике вам приходилось встречаться со случаями одержимости?

— Я уже двадцать лет веду прием. И приходилось часто наблюдать, как верующие родственники психически тяжело больного человека стремились в первую очередь вести его на отчитку. Это неверное поведение.

Я сам не дерзаю ставить какие-то духовные диагнозы, но если вижу, что передо мной больной человек, нуждающийся в срочной квалифицированной психиатрической помощи, то однозначно говорю его родственникам: на отчитку вести его не надо.

В «Основах социальной концепции РПЦ» четко сказано о разграничении сфер деятельности верующего психотерапевта и священнослужителя. Там говорится о том, что врач-психотерапевт предшествует встрече со священником. Он готовит человека к этой встрече.

— Порой состояние психически больных, которые разговаривают с «невидимыми духами», агрессивны, вызывает у окружающих мистический страх или отвращение. Каким должно быть отношение христианина к душевнобольному?

— Да, бывают психические заболевания, когда человек начинает слышать голоса, видеть галлюцинации. Если больной человек верующий, то, естественно, в фабуле его переживаний будут находиться религиозные образы. И это может дать повод его неверующим родственникам сказать: «Домолился!». Но нет  — Церковь никогда не приведет к шизофрении.

Когда 16 лет назад я начинал изучать эту проблему, не было ясной точки зрения: психические болезни — что это? Беснование, одержимость или только компетенция психиатров? А «Социальная концепция» расставила все точки.

Мои исследования шли в этом же русле. Болезни психические — это Господом возложенный крест, который нужно претерпеть, безропотно нести. Это важно. Психическая болезнь — это частный случай греховного повреждения. И эти больные нуждаются в сострадании. Я порой получаю письма с благодарностью, где больные пишут: «Спасибо вам, доктор, что вы из года в год повышаете наш статус в Церкви».

Раньше в духовных школах был предмет, который назывался «пастырская психиатрия». И есть прекрасные работы известного психиатра, сына священника Рязанской епархии, глубоко верующего человека Дмитрия Евгеньевича Мелехова. Его работы были интересны не только мирянам, но и священнослужителям. Он расписывал по пунктам, как пастырь может распознать, что его подопечный психически болен.

Мне кажется, что надо развивать общую культуру, медицинскую культуру, духовную, доброе христианское отношение, не пленяться страхом, не уходить в панику, не думать, будто бы Бог покинул нас. Нет, нужно относиться к психически больным с христианским милосердием, любовью и состраданием.

— Нам иногда приходят вопросы по вашей теме, я прочитаю несколько.

«Можно ли использовать гипноз и кодирование для лечения алкоголизма и других зависимостей? Не опасно ли это для души?»

— Конечно, гипноз как насилие над личностью недопустим. В отношении кодирования высказываются разные точки зрения. Некоторые рассуждают так: вот, мол, остановили пьянство, и у человека будет шанс исправиться. Лично я не соглашаюсь с таким мнением.

Одна моя знакомая выполнила частное исследование и посмотрела, как ведут себя закодированные. Многие пить, действительно, прекращают. Но она составила таблицу, где был приведен перечень психических расстройств, которые наблюдаются у людей, прошедших эту «процедуру»: стойкая бессонница, психосоматические заболевания, психопатизация характера. Жены закодированных иногда жалуются: раньше муж выпивал, но был помягче, а теперь это какой-то нелюдь, который курит по две пачки в день, не может устроиться на работу, ни с кем не разговаривает. Разве это исцеление?!

Мы знаем, что пьянство — это недуг также и греховный, тяжелейшая греховная страсть. Без покаяния, личной решимости этот грех никак не уврачуется. То же касается и наркомании.

Наркология пришла в какой-то тупик. Врачи умеют только хорошо снимать явление абстиненции (от лат. abstinens (abstinentis) воздерживающийся — комплекс психических и физических расстройств, возникающих в первое время после отказа от употребления наркотических препаратов, «ломка» — ред.). И все наркологические центры разнятся лишь сервисом, больше ничем! Лечение, зачастую, не приносит желаемого результата. Стремясь исцелить грех, Церковь зрит в корень этой проблемы.

Никогда не забуду одного юношу, который сказал: «Я пришел в православный реабилитационный центр исцелиться от наркомании, а обрел веру, обрел смысл жизни».

— «Я знаю, что Бога надо бояться. А вот другие страхи, например, боязнь темноты, что это такое? Иногда, особенно у детей, их связывают с испугом. Как от них избавиться?»

— Да, фобий огромное количество. Кто-то боится замкнутых пространств, кто-то открытых, кто-то еще чего-то боится…

Сразу вспоминаются слова праведного Иоанна Кронштадтского о том, что величайшим заблуждением нашего сердца является тайный помысел, что хоть одну минуту, одно мгновение мы можем жить без Бога и вне Бога. Нет такого мгновения. То есть каждый человек живет в потоке святого промысла Божьего. В общем-то, это главное лекарство от всех фобий. Нужна вера. Однако следует не забывать, что мы порой недооцениваем действие демонических сил.

Святые отцы четко описали, как развивается помысел в душе, когда человек сочетается с вражескими прилогами, потом пленяется ими и, в конце концов, в сознании возникает устойчивая мысль. А дальше вступают в силу законы психофизиологии, развивается доминанта, то есть в мозге доминирует какая-то идея, и все мысли кружатся по кругу.

Какие методы борьбы со страхами? Первое: нужно не верить содержанию этого страха. Потому что сказано: «по вере вашей да будет вам». Если верить в то, что я выключу сейчас свет — и будет очень плохо, если я на это настроен, то так и случится.

И второе: с этими страхами не нужно сочетаться, так как они могут иметь демоническое происхождение. Главное, помнить о силе благодати Божией.

— «Слышал, что самоубийство совершают те, у кого, как говорится, крыша поехала. Правда ли это? Почему же это считается тяжким грехом?»

— Вообще, проблема суицидов перестает быть только медицинской. Это проблема — социальная, государственная. В России, например, ежегодно 70 000 самоубийств — 39-40 человек на каждые 100 000 населения страны. Это целый город самоубийц ежегодно! Но, по данным исследователей, лишь 10% людей, которые совершают этот страшный, непоправимый шаг, действительно психически больны. То есть это люди, которые страдали неизлечимой болезнью, и их рассудок был помрачен. А 90% — это душевно здоровые, но духовно глубоко поврежденные люди. Они не знают Бога и, оказавшись в тисках обстоятельств, полагают, что самоубийство решит все проблемы.

Вдумайтесь в эти цифры — 10% и 90%. То есть, еще вчера человек жил спокойно, а сегодня какая-то боль, клевета, предательство… — и он считает, что жизнь закончилась, выхода нет.

Конечно, есть телефоны доверия, есть срочная психологическая помощь, но ведь надо еще захотеть в нее позвонить, надо знать номер телефона… Те факты и те цифры, которые я сегодня назвал, разве они широко известны? Разве люди об этом знают? Все привыкли, что если человек совершил самоубийство, то он психически больной. А очень часто это не так.

А проблема детских суицидов? Ведь их количество увеличивается. А у детей есть особенность: у них нет концепции смерти. Совершает школьница попытку суицида и думает: я буду лежать в гробу в белом платьице, а одноклассник будет переживать и думать о том, как он меня обижал, дергал за косичку и вел себя непристойно.

Есть незавершенные суициды. Их примерно в 10-20 раз больше, чем завершенных. Когда я беседую с людьми, которые совершали эти попытки, то говорю, что нет принципиального уничтожения — человек живет вечно…

Душа человека свободна. Человек решает сам — принять совет священника или нет, обратиться за помощью к врачу или нет. Здесь как в школе: не все зависит от педагога. Учитель объясняет всем одинаково, но один ученик решает контрольную на «отлично», а другой — еле-еле или совсем не может ее решить.

— «Один мой друг очень азартный, он за один день может проиграть огромные деньги. Это болезнь или грех? Чем ему можно помочь?»

— И в прессе порой сообщают о каких-то леденящих душу фактах: то пенсионер проигрывает всю пенсию, то какую-то бабушку с инфарктом увозят на скорой из зала игровых автоматов, то почтальон в деревне не выдал старикам пенсию, а всю ее проиграл на игральных автоматах. Этот недуг явно можно назвать греховным. Это страсть, тяжелейшая страсть!

В некоторых очень тяжелых случаях пациенту рекомендуют госпитализацию, чтобы как-то оградить его от предмета пристрастия. Но госпитализация, кроме изоляции, ничего не дает. Есть люди, которые наиболее подвержены формированию этой страсти. Но таблеток от игры нет, точно так же, как нет таблеток от скупости… Здесь нужны личная решимость и помощь Божия — больше ничего.

www.pravoslavie.ru

Объявлен шорт-лист премии «Национальный бестселлер»

Назван короткий список претендентов на российскую литературную премию «Национальный бестселлер». Комментирует Игорь Савельев.

К 16-му году жизни «Нацбест» обрел респектабельность. Тому подтверждение — радикальное увеличение премии до миллиона рублей. Еще недавно проект терял спонсоров, спешно искал новых, жил весело и шумно (это-то сохранилось), тщательно оберегая свой полустуденческий задор. На протяжении всей своей истории петербургский «Нацбест» будто бы конкурировал с московскими премиями — то возвращением под софиты полузабытого Проханова, то мистификацией под изящным именем Фигль-Мигль. Премия всегда пыталась дистанцироваться от «Русского Букера» даже на уровне правил. Коллегия номинаторов набиралась из круга не самых очевидных фигур. В «Нацбесте» заявляли, что отдают предпочтение книгам, которые не попали в поле зрения других крупных премий. Так, конечно, получалось не всегда: шорт-листы все равно пересекались — и иногда не в пользу питерских нонконформистов, а один и тот же роман мог получить и «Нацбест», и, например, «Большую книгу», как случилось в прошлом году.

В этом смысле нынешний шорт-лист — удача для «Нацбеста»: в него не попали очевидные звезды, которые, скорее всего, будут отмечены другими премиями. Впрочем, среди номинантов нынешнего года нет и яркого дебютанта (а это еще одно любимое премией амплуа). Практически все они опытные авторы, выпустившие по несколько книг. Большинство из этих книг не становились событиями, и все же в списке нет ни одной фамилии, которая была бы незнакома.

«Ярким дебютантом» с натяжкой можно назвать Александра Бренера («Жития убиенных художников»). С натяжкой — потому что человек, который добавил к «Супрематизму» Малевича значок $ и отсидел за это в Голландии, в представлении не нуждается. Это было очень давно — задолго до того, как провокационный акционизм стал популярен в России. Тем не менее стрелы «Жития. » адресованы не только забронзовевшим сверстникам автора, но и — косвенно — звездным Павленскому и Толоконниковой.

Что еще удалось в нынешнем шорт-листе «Нацбеста», так это политический триптих: Украина, Донецк, репрессии. Вопрос, были ли репрессии злом, косвенно присутствует в «Этой стране» Фигля-Мигля. В романе Путин оживляет жертв 1937 года с помощью идей философа-космиста Николая Федорова — и как-то так оказывается, что эти смутьяны только и могут, что раскачивать лодку. Ну а чтобы никаких сомнений не оставалось, на обложке изображена митингующая толпа с плакатом «За честные выборы». «В Донецк, в Донецк» рвется герой «Патриота» Андрея Рубанова — потрепанный, но не побежденный делец родом из лихих 1990-х. Документальная «Тень Мазепы» Сергея Белякова, кажется, давно уже должна была оказаться в центре разборок всех со всеми, а ее автор — не вылезать из ток-шоу: как-никак, злободневная тема — а была ли она вообще, украинская идентичность? Беляков известен как литературный критик и биограф Льва Гумилева, но вообще-то диссертацию он защищал по этническим конфликтам в бывшей Югославии. Кажется, как раз именно основательность сделала его неудобным для обеих сторон конфликта.

Оставшиеся три книги шорт-листа тоже похожи — иногда до смешения: это сочетание романов и баек, Гоголя и Шукшина, митьков и передвижников. В «Родине» Елены Долгопят чудаковатые «маленькие люди» живут в обстановке городских легенд и прочих странностей вроде одушевленных автомобилей, «Головастики и святые» Андрея Филимонова, наоборот, укрылись в сибирской глуши, изъясняются матерной вязью и поклоняются лесным божествам. В конце концов и для героини «F20» (название этого романа — медицинский код шизофрении) Анны Козловой каскад собственных личностей дополняется многими чудаковатыми персонажами.

www.kommersant.ru

Храм святителя Василия Великого

Краткая классификация и особенности психических расстройств

Извините за беспокойство, но тревога за судьбу близкого мне человека побуждает меня написать это письмо. Хочу описать историю болезни моей жены N. Нам обоим по 50 лет, православные. Но путь к православию был очень извилистым, через различные восточные премудрости и, в частности, через трансцендентальную медитацию, которую мы бросили на этапе «полетов», почувствовав энергии далеко не божественные. Конечно, мы прошли покаяние, но не так, видимо, легко отделаться от этой бесовщины. И вот в 1994 году произошло нечто такое, что св. отцы называют прелестью. После праздника Рождества Пресвятой Богородицы моя жена, совершая домашние молитвы, стала видеть светящиеся и оживающие иконы, кроме Распятия. Одновременно с этим к ней потекли сильные посторонние внушения, побуждающие ее вынести из комнаты Распятие и не допускать окропления св. водой себя и помещения. При этом внушались еще мысли о ее каком-то высоком предназначении. В некоторые моменты мне удавалось убедить ее в ложности происходящих видений, но из-за слабой воли к сопротивлению и давней жажды чудес, она вновь впадала в эти состояния. Потом ей было внушено, что я, священники и Церковь вообще, являются ее врагами, и это было показано ей в страшных образах. Затем ей начали внушаться мысли, что она такая грешница, которую невозможно простить, что она хулила Святаго Духа. В нее вселился жуткий страх, и она уже пребывала в истериках. Пришлось прибегнуть к психиатрической помощи, и она попала в психиатрическую больницу. После шоковой терапии она быстро пришла в себя, но в течение месяца, все-таки, находилась в больнице.

Необходимо еще отметить, что до этого она занималась практикой Иисусовой молитвы без должного руководства и во весь период недуга в течение нескольких дней почти беспрерывно повторяла эту молитву. К тому же, все случившееся произошло на фоне умственного утомления, связанного в тот период со сложными переводами с иностранного языка и нервного потрясения после потери зубов. В больнице ей поставили диагноз » вегетососудистая дистония».

После больницы все было спокойно до Рождественского поста, хотя она и испытывала тревогу по поводу случившегося. Эта тревога побуждала ее часто исповедоваться, а с началом поста ей стало казаться, что она чего-то не доисповедует. Появились волнение, суетливость, нарушился сон. Четвертого декабря она причастилась, и в нее вошел страх, что она не исповедала один грех и теперь ее душу ждет вечная погибель. На следующий день наступило некоторое просветление в ее сознании, и мы договорились поехать в Троице-Сергиеву Лавру к о. Герману, но когда настал момент отъезда, последовал целый каскад отговорок. Я стал кропить ее св. водой, но она стала сопротивляться вплоть до драки. После окропления она несколько успокоилась, и мне удалось опять уговорить ее поехать в Сергиев Посад, но она теперь поставила условие ехать не к о. Герману, а к мощам преп. Сергия.

По приезде в Лавру получили благословение о. Германа па отчитку, но она стала сопротивляться и пришлось силой держать ее весь молебен. К концу молебна она несколько успокоилась. Но после молебна она опять начала укорять меня, что привел ее на отчитку, однако с благоговением приложилась к мощам преп. Сергия. Набрав св. воды из источника мы вернулись домой. По приезде на нее опять было нападение. Я окропил ее св. водой и ей стало легче. Ночью на нее было совершено страшное нападение. Ее трясло на койке, она лаяла и рычала по-собачьи. Когда она садилась в койке, то делала броски, подобно собачьим. Пробовал кропить ее св. водой и читать молитвы — стоял страшный крик. В таком состоянии пришлось отправить ее в психбольницу.

После этого случая она еще три раза с такими же симптомами попадала в больницу. В больнице ее приводят в сознание в течение 2-4-х дней, а последующие три недели отводятся па восстановительный период.

В промежутках между обострениями болезни она вполне нормальный православный человек: исполняет домашние молитвы, ходит в церковь, исповедуется и причащается. Перед кризисом ею начинают овладевать помыслы, которым она не сопротивляется в силу слабой воли и отсутствия духовного руководства. Наступает бессонница, что-то стягивает голову в затылке, взгляд становится тусклым, холодным; меня воспринимает как ближайшего врага. Затем появляются страх погибели души и истерика с собачьим лаем и конвульсиями. Будучи в больнице, она, после того как приходит в себя, принимает просфоры, св. воду. Я заказываю сорокоусты о ее здравии в нескольких монастырях. По выходе из больницы она принимает лекарства.

Для того, чтобы мне правильно, как мне кажется, строить свои взаимоотношения с женой во время кризисов и после них, я выстроил для себя версию ее заболевания, которая сводится к тому, что Господь попустил эти бесовские нападения за грехи наши, для вразумления и спасения души.

«Духовная сущность психических расстройств»

hramnagorke.ru

Прот. Андрей Лоргус: Почему в Церкви много больных и можно ли им помочь?

Правда ли что Церковь привлекает людей с психическими заболеваниями? Опасны ли душевнобольные? Что делать, если в храме у кого-то случился приступ нервного или психического заболевания? На что нужно обратить внимание священнику, исповедующему душевнобольного?

Предлагаем вам конспект лекции декана института христианской психологии протоиерея Андрея Лоргуса.

Начнем с небольшого лирического отступления.Когда-то в России психиатрические лечебницы существовали при монастырях, а при психиатрических больницах были храмы. В советские годы эта система была разрушена и сейчас начинает восстанавливаться. Церковь и медицина, медицина и Церковь — вполне гармоничное сочетание. Но сочетание это появилось не так давно.

Протоиерей Андрей Лоргус

Еще в ХІХ веке психически больные рассматривались западным обществом, как «цирковые звери». По воскресеньям, например, публика Лондона посещала Бедлам, ходила смотреть на сумасшедших, причем особо опасные были прикованы цепями. Прекратилось это 1898 году, за два года до наступления ХХ века.

В психиатрии всегда был класс заболеваний, которые связывали с религией. Психиатры разных стран и эпох, верующие и материалисты, считали и продолжают считать, что религиозная жизнь может стать причиной некоторых психических патологий. Более умеренные придерживаются мнения, что если человек психически здоров, в религиозной жизни ему ничего не угрожает, но всегда находятся специалисты, которые утверждают, что активная молитвенная или медитативная практика на фоне пищевых ограничений способна вызвать у восприимчивых людей различные расстройства.

Как относиться к такому мнению? Нужно понимать, что психиатры имеют дело с клиническими случаями. Если речь идет о конкретных фактах, к мнению специалистов стоит прислушиваться. Но, как правило, речь идет не о возникновении болезни, а о проявлении симптомов заболевания, которое уже было, но протекало скрытно.

Церковь привлекает больных?

Часто говорят о том, что в Церкви очень много психических больных. В глухие атеистические годы считалось, что если человек ходит в Церковь, его смело можно показывать психиатру, психически нормальный человек в храм не пойдет.

С другой стороны, психически больные люди есть в каждом приходе. Правда ли что Церковь притягивает к себе таких людей? Мы не можем ни подтвердить, ни опровергнуть это утверждение. Учет и регистрация больных в Церкви не ведется, поэтому объективное исследование вопроса не представляется возможным.

Использовать метод экспертного анализа тоже не удастся, потому что непонятно, кто может быть экспертом по этому вопросу. Не известно, проводил ли кто-либо такие исследования. Для исследования этой проблемы нам остается только один способ — личное наблюдение. У священнослужителя возможностей для этого больше, чем у прихожан.

Когда вызывать скорую?

Лично я свои наблюдения начал, будучи церковным сторожем. Раньше сторожа дежурили в храме во время службы. Я стоял у входа, и мой напарник — у входа, нашей задачей было предотвращение преступности. Любые отклонения в поведении людей нам были очень заметны.

Примерно через год я приобрел навык: как только человек входил в церковные ворота, я уже мог увидеть, что-то с ним не так. Однажды на патриаршей службе какая-то женщина стала выкрикивать обвинения, охранники не среагировали, а служащие храма моментально вывели ее вон.

Но чаще всего мое вмешательство требовалось в случаях истерических или эпилептических приступов. Истериков, начинавших кричать или петь во время службы, мы просто выводили на улицу, вызывать скорую не было надобности. Эпилептикам нужно было оказать помощь, чтобы они не навредили себе.

Если во время приступа эпилепсии рядом есть опытный человек, можно обойтись без скорой. Но если вы имеете дело с приступом паранойи, с бредом и агрессией, необходимо вызвать скорую психиатрическую помощь. Я работал сторожем шесть лет, но сталкиваться с такими случаями мне не приходилось.

Больных в моей практике действительно было много. В храме, где я служил, была икона мученика Трифона с мощами, к ней приходили страждущие. Возле этой иконы, а также во время акафиста с людьми действительно случались приступы. Происходили они с периодичностью в среднем по случаю в день. Некоторых больных я уже знал.

Была одна женщина, которую почитали бесноватой, потому что она во время молитв сначала стояла тихо, а потом с ней начинались всякие неприятные вещи: она начинала кричать, рычать, изо рта у нее шла пена. Эта больная знала о своих особенностях и старалась перед началом приступа выйти на паперть. Иногда она стояла за дверями и продолжала молиться, а иногда — выходила на крыльцо, чтоб уж точно никого не задеть.

Поведение этой больной было адекватным. Обратите внимание, это важно: болезнь, несомненно, присутствует, но больной ведет себя адекватно болезни и память о приступе сохраняется. В некоторых клинических случаях это невозможно. Например, эпилептик после приступа, как правило, ничего не помнит.

А вот у истерика во время приступа контроль может сохраниться, Используя эту возможность с ним можно попытаться выстроить контакт. Если человек более-менее адекватный, то можно уговорить его выйти на улицу, чтобы не пришлось его вытаскивать за руки, за ноги, хотя такое тоже приходилось делать. А с эпилептиком в состоянии приступа контакт невозможен.

Бояться душевнобольных в храме не нужно. Как правило, никаких внезапных активных действий, опасных для окружающих, они не совершают.

Больные в храме — техника безопасности

Однажды на Пасху я был свидетелем приступа. В начале крестного хода рядом со священниками оказался психически больной человек. И после первого же возгласа «Христос воскресе!» у него начался припадок. Он сумел отойти с дороги, сел на пол, у стены, стараясь никому не мешать. Я до сих пор помню, как вспыхнувшая на его лице радость мгновенно перешла в боль.

Техника безопасности, которую больным людям нужно соблюдать в храме, направлена на то, чтобы уберечь их самих от нежелательных последствий. Вот тут мы действительно кое-что можем сделать. Например, отговорить эпилептика от посещения ночных служб. Ночь — это тяжелое время для эпилептически больных, да и для любых больных вообще. Кроме того, на Пасху и в Рождество в храме внезапно загорается яркий свет, это может спровоцировать приступ.

Вообще всем психическим больным посещать праздничные службы не рекомендуется. Для них такие нагрузки — чрезмерны. Любая длинная служба для психически больного человека — рискованна. Более полутора часов напряженного сосредоточенного внимания к службе, к пению, чтению и молитве могут оказаться для неуравновешенного человека слишком серьезным напряжением.

Нужно учитывать, что для больного человека всякое напряжение дается «втридорога», то есть отнимает значительно больше энергии, чем у здорового. За полтора часа службы он устает, как мы с вами устали бы за восемь. Именно поэтому врачи порой упрекают Церковь: «Ваше богослужение провоцирует заболевание».

Да, провоцирует, если служба для больного слишком долгая и сопровождаются громким пением, резким включением яркого света, и сильными эмоциональными переживаниями. В том случае, когда болезнь у человека уже есть, все это может вызвать обострение. Например, рецидив истерии или эпилептический приступ.

Еще одним неблагоприятным фактором, для психически больных и психически неуравновешенных людей могут стать длительные посты. Прежде всего, они трудны для больных шизофренией и для людей, страдающих депрессивными состояниями.

Священники должны понимать, что для психически больных Великий пост или Рождественский пост нуждается в смягчении. Причем, я бы сказал, что для психически больных он должен быть еще более мягкий, чем для тех, кто страдает гастритом, холециститом или панкреатитом. Потому что болезни желудка не так тяжело отзываются на состоянии человека, как психические заболевания. Поститься больным можно, но — аккуратно.

Священники должны знать, что больные, которые принимают некоторые виды лекарств, нуждаются в усиленном питании, в дополнительном белке. Им нельзя совсем отказываться от рыбы или мяса, иначе могут наступить очень неприятные последствия.

А еще психические больные нуждаются в дополнительном сне. Им надо спать гораздо больше, чем нам. Например, люди, страдающие шизофренией, спят очень долго, и ничего с этим не поделаешь. Нельзя предъявлять к психически больному человеку таких же требований, как к здоровому.

Но, все-таки, почему же в Церкви так много больных? Один из ответов — больные хотят исцеления. Они надеются, что Церковь поможет им избавиться от болезни, да и родственники, которые приводят больных к мощам, к иконам, зачатую ведут их в храм не за духовной помощью, а в расчете на физическое исцеление.

Итак, больные приходят в Церковь за исцелением, но вылечивает ли их Церковь? Это может показаться странным, но прямой ответ на этот вопрос будет отрицательным. Церковь не лечит, хотя называется лечебницей. Точнее — Церковь лечит, но речь идет о лечении души от греха. Церковь не занимается лечением психических заболеваний, также как не занимается лечением желудочно-кишечных заболеваний и сердечно-сосудистых. Церковь исцеляет душу. Вернее, душу в Церкви исцеляет Господь.

Мне как человеку с психологическим образованием всегда хочется сказать, что серьезная психическая болезнь сама по себе не пройдет. Но, как священник, я знаю, что чудеса случаются, никто их не отменял. И исцеления, парадоксальные, с точки зрения медицины — бывают.

Но чудотворные исцеления случаются не так часто, чтобы мы могли на них рассчитывать. Чудо на то и чудо, нашим расчетам оно не подчиняется. Мы имеем дело с обыденностью, с реальностью. А она заключается в том, что психически больные люди годами ходят в Церковь, исповедуются, причащаются, молятся, прикладываются к чудотворным иконам и к мощам, и клиническая картина их болезни не меняется. В Церкви больной получает духовную поддержку, и это облегчает его страдания.

Возможно, в результате духовного исцеления наступит облегчение или исцеление психического состояния. Но все же задача Церкви — исцеление души, душевных ран, грехов, пороков, страстей.

Что нам с ними делать?

Что же делает Церковь для больных? Почему больным в храме становится легче? Прежде всего — исцеляются отношения: если в храме к больным относятся уважительно — они не чувствуют себя неполноценными. Церковь всегда была наполнена инвалидами, калеками, убогими, мы знаем об этом из истории, из житий святых.

В Церкви особое отношение к больным — сострадательное. В том, чтобы заботиться о больных, христиане видят свой особый долг. Больным важно, что есть место, где к ним относятся с уважением. За этим, за хорошим отношением, за добрым словом они приходят в Церковь тоже, и, как правило, находят его.

Если мы в Церкви видим психически больных людей наша главная задача — отнестись к ним с уважением. Не как к животным, не как к детям, не как к людям второго сорта, а отнестись к ним с полным уважением и христианской любовью. Потому что больные люди видят и чувствуют наше отношение, им неприятно, когда мы их пугаемся, шарахаемся от них. Не думайте, что больные ничего не понимают, они все понимают, даже если не могут адекватно это выразить. Итак, первое и самое малое, что дает больным Церковь — уважительное отношение, дабы они не чувствовали себя отверженными, как в других местах.

Большинство больных приходят за тем же самым, что и мы — молиться, исповедоваться, причащаться. Они такие же прихожане, как мы. У каждого приходящего в Церковь есть свои надежды. Эти люди не нуждаются в каком-то специальном нашем отношении или в особенной деятельности. Ничего особенного нам по отношению к ним делать не нужно. Да они нас об этом и не просят. Ну, чем мы можем помочь больному эпилепсией вне приступа?

Нужно ли нам совершать для этих людей какие-то специальные молебны, отчитки или читать какие-то особенные молитвы? Поделюсь своим опытом. 13 лет я служил в психоневрологическом интернате. Там таких больных было около тысячи. Видеть стольких людей, находящихся в тяжелом личностном состоянии, было очень тяжело. Казалось, что Церковь призвана как-то облегчить их страдания.

Богослужение в психоневрологическом интернате. Фото: hram.zp.ua

Должны ли мы просить у Бога исцеления для этих людей? Этот вопрос каждый решает сам. Поначалу я просил. Вопрос о том, что с ними делать, вставал передо мной каждый день. Но лишь со временем я понял, что ничего особенного с ними и для них делать не нужно. Нужно просто быть с ними рядом. Молиться, исповедовать, пить чай, писать записочки, читать вслух книги.

Жить — значит исполнить со-бытие. И другого ничего, кстати говоря, они от нас не ждут. Они не рвутся из интерната на волю. В интернате — решетки и замки, но внутри, за ними — привычное для этих людей пространство. Даже если открыть двери, больные дальше ворот не уйдут.

Конечно, в Церковь приходят и «домашние» психически больные, но это — другие люди, они могут быть вполне сохранны и адекватны.

Мы встречаем в храмах людей, например, с синдромом Дауна. Это не психическое заболевание, а генетическое нарушение. Конечно, люди, которые им страдают, отличаются от здоровых людей, но больными их тоже назвать нельзя.

Особенность этих людей в том, что, став взрослыми, они, по сути, остаются детьми. Существуют и другие особенности. Интеллект у них снижен, они имеют трудности со счетом и точными науками и, как правило, учатся в специальных школах. Развиваются они медленнее. При этом люди с синдромом Дауна отзывчивы и эмоционально адекватны, они умеют любить, радоваться. Они умеют дружить, петь, осваивают навыки поведения в обществе, могут работать, большинство из них могут быть социально адаптированы.

В области человеческих отношений они понимают все очень тонко, хорошо чувствуют людей и их настроения. Этих людей нужно оберегать от больших эмоциональных нагрузок. Никакой особой заботы в храме люди с синдромом Дауна не требуют.

Священнику нужно понимать, что человек с синдромом Дауна развит эмоционально, но имеет интеллект ниже среднего, поэтому каких-то вещей он про себя может не понимать. У таких людей запаздывает реакция. Поэтому на исповеди священнику нужно говорить помедленнее и задавать простые вопросы, никаких психологических тонкостей в вопросах быть не должно.

Для того, чтобы подготовится к исповеди, людям с синдромом Дауна может понадобиться помощь. Такой помощью занимались студенты нашего факультета, они вместе с больными записки перед исповедью писали. А одна моя студентка занималась с этими людьми рисованием. Они рисовали красками, и это у них получалось лучше, чем карандашами.

Шизофреник на исповеди

Часто в церковь приходят больные шизофренией. Сейчас это очень распространенное заболевание. Кроме случаев острого бреда, шизофреник, как правило, в контакты не вступает и никому не мешает. Относиться к этим людям нужно так же, как и к любым другим прихожанам храма — с уважением.

Проблемы с больными шизофренией могут возникнуть скорее у священников, когда такой человек приходит на исповедь. Отличить вымысел от реальности без специальной подготовки практически невозможно. Даже специалист никогда не может сказать точно, где больной говорит правду, а где — его фантазии.

У меня есть несколько таких прихожан, которые шизофренией страдают давно, и находятся в состоянии ремиссии. То, что они говорят, я воспринимаю некоторым образом, условно. Работать с шизофреником пастырю, конечно, непросто, но это пастырские трудности, а не социальные.

В Церкви мы диагнозов не ставим и справок не требуем, но если вы догадываетесь, что перед вами больной, все свои требования к нему нужно снизить или вообще убрать. Это очень важно и для социальных работников, и для служащих храма, особенно, конечно, для священников. Жаль, что священники вообще психологию и азы психиатрии в клинике не изучают, это было бы очень полезно.

Церковное отношение к больным

Мне представляется, что церковное отношение к больным людям должно складываться из нескольких направлений:

Прежде всего, позитивное отношение к медицине. Это то, чего сейчас очень не хватает. Можно говорить о недостатках современной психиатрии, но нельзя не признавать того, что психически больные люди нуждаются в лечении.

Заменять лечение Таинствами нельзя, особенно, когда речь идет о тяжелых психических заболеваниях. Если у больного депрессия, но не в клинической форме, компенсированная, и этот человек ходит на работу или продолжает учиться, это не требует специальной помощи, кроме психологической. Но если речь идет о более серьезных вещах, например больной слышит голоса, перестает мыться или высказывает бредовые идеи, или у него началась мания преследования — срочно к врачу! Откладывать нельзя. Психическое заболевание может в одночасье привести человека на грань гибели.

Жизнь с отягчающими обстоятельствами

Болезнь — отягчающее обстоятельство, жить с болезнью трудно.

Несмотря на то, что Церковь не вылечивает болезнь, она нужна больным.

Что же дает больным Церковь? Таинства, молитву, уважение, заботу, внимание, любовь и благодать.

Благодать дает ресурс жить с болезнью, возможность находить баланс, компромисс в жизни с отягчающими обстоятельствами.

www.pravmir.ru

Как вылечить шизофрению

Шизофрения – что это такое, возможно ли ее лечение, есть ли альтернативные способы одолеть шизофрению? В данной статье я постараюсь в свете Библии прояснить этот вопрос по мере благодати, дарованной мне Господом.

Что такое шизофрения?

Шизофрения — это болезнь головного мозга, которая нарушает способность человека правильно мыслить, контролировать свои эмоции, принимать решения и общаться с другими людьми. По статистике в России шизофрении в наше время подвержено около 2 миллионов граждан.

К счастью, это заболевание поддается современным методам лечения, хотя без гарантии полного выздоровления, так как причина шизофрении до сих пор не известна. Есть надежда, что новые открытия науки дадут более продуктивные результаты.

Известно из научных исследований, что каждое полушарие головного мозга несет на себе определенную функцию. Так, левое полушарие отвечает за способность человека логически мыслить, адекватно воспринимать окружение, принимать рациональные решения в соответствии с жизненными ситуациями.

Правое полушарие – это область подсознательного, интуитивного, эмоционального, творческого характера.

Должен существовать определенный баланс между обоими полушариями.

В случае с шизофренией явно имеется дисбаланс работы обоих полушарий: активность правого завышена, а левого занижена. Другими словами, человек с доминирующим правым полушарием больше живет своим внутренним миром, зачастую соприкасаясь с областями, не досягаемыми для обычного «нормального» человека. Отсюда внутренние голоса и все другое.

В Библии нет прямых указаний, конкретно указывающих на шизофрению, но есть нечто общее, что объединяет людей, страдающих различными психическими расстройствами естественного происхождения – это душевные болезни. Не привязывать к этому одержимость бесами.

Мысли человека зависят от характера информации, которую принимает его мозг. Поэтому когда дурные мысли или нечистые мысленные образы вдруг приходят в голову, какого бы происхождения они ни были, от человека зависит принять, отвергнуть или заменить их праведными мыслями и образами.

Известно, что чувство вины является причиной практически всех душевных болезней. Это чувство говорит о наличии какого-то навязчивого греха в жизни больного. Освободить от чувства вины может только Сын Божий. Но для этого необходимо, чтобы нуждающийся в этом принял Христа в свое сердце с искренним покаянием о грехе. Это должно быть осознанным решением. К сожалению, люди, связанные шизофренией, как и другими душевными болезнями, не всегда осознают необходимость покаяния. Они, как правило, считают себя вполне здоровыми и не видят проблемы в своей жизни.

Такие люди крайне нуждаются в молитвенной поддержке со стороны верующих, сильных духом христиан.

Из Библии известно, что у любой болезни есть имя, а имя всегда предполагает чей-то дух. Таким образом, есть дух депрессии, шизофрении, уныния и тому подобное.

Можно ли вылечить шизофрению с помощью молитв? Да, однозначно, при содействии Божьем.

Какую молитву применять при лечении шизофрении, как душевного недуга?

Я постараюсь дать примерный костяк такой практической молитвы, но перед этим скажу следующее:

Если вы приняли решение молиться во исцеление от шизофрении своего близкого, то сами должны быть верующим человеком, крещенным Духом Святым, полностью доверяющим Слову Божьему, записанному в Библии.

Во-вторых, Ваша молитва должна быть последовательной и постоянной.

В-третьих, Вы должны обладать терпением и долготерпением, не ожидая сиюминутного изменения.

В-четвертых, Вы должны использовать любой благоприятный момент для подведения Вашего страждущего близкого к покаянию и спасению его души.

Для Бога очень дорога любая душа, и Его воля – сохранить человека для вечной жизни, неважно, в каком он состоянии находится сейчас. Иногда, Бог попускает некоторым болезням иметь место в жизни человека только с одной целью – спасти душу этого человека. И в этом любовь Бога к нам.

«Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Иоанна 8:36).

Помните всегда – не человек освобождает человека от духов болезней, не врач, не целитель, а только Сын Божий, Иисус Христос. Человек, молящийся за другого человека – только инструмент в руках Божьих для осуществления Его благой воли.

Исцеляющая молитва при лечении от шизофрении

На руках молитвы я приношу к Тебе моего сына (дочь, отца, мать…по имени)

Я знаю как Ты любишь его (ее) и дорожишь им.

Я верю, что Ты, Иисус, умер на кресте за моего сына (дочь…), чтобы он жил.

Я верю, что Ты понес на Себе всякую болезнь и всякую немощь моего сына (дочери. ).

Ранами Твоими он (она) исцелен (а). Так говорит Слово Твое, и Оно истинно и пребудет вовек.

Ему (ей) нет необходимости страдать от шизофрении, так как Ты забрал эту болезнь на себя.

Именем Господа Иисуса Христа и силой Духа Святого я связываю тебя, дух шизофрении, и повелеваю оставить навсегда моего сына (дочь…).

Дух Святой, коснись сердца и разума моего сына (дочери…), наполни Своим Божественным миром и покоем во имя Иисуса Христа.

Очисти его (ее) разум от всяких негативных мыслей. Обнови ум и наполни Своим содержанием.

Господь, освободи его (ее) от чувства вины и наполни Своей свободой.

Реки воды живой да потекут прямо сейчас через него (нее).

Головной мозг, восстановись! Да придет полный баланс левого и правого полушарий во имя Иисуса.

Да придет полный баланс в каждую клеточку его (ее) естества.

От темени до подошвы ног наполни светом Своим, Господь.

Твой свет – есть жизнь.

Иисус, ты есть Путь и Истина и Жизнь.

Направь моего сына (дочь…) на путь истины и даруй ему (ей) жизнь и жизнь с избытком.

Открой сердце моего сына (дочери. ) для искреннего покаяния и спасения.

Благодарю тебя, мой дорогой Авва Отче, за освобождение моего сына (дочери. ) от духа шизофрении и полное излечение от этого недуга. Во имя Иисуса.

Тебе, мой Бог, слава, хвала и поклонение, во имя Иисуса. Аминь.

Дорогой человек, знай, что самое главное в этой молитве – твоя материнская или отцовская вера. Вера в то, что Бог всемогущ. Что Он может в любой момент развязать путы болезни, связывающие до сих пор твоего дорогого и близкого человека.

Стой в вере, никогда не отчаивайся, никогда не опускай рук своих. Доверь полностью своего сына (дочь…) в руки Божьи, потому что у Бога есть план на каждого человека, и только Он знает, что полезно или вредно для человека. Читай Библию вслух своему сыну (дочери. ), когда позволяет ситуация. Говори ему чаще о любви Божьей. Старайся приблизить его (ее) к Иисусу.

Аудиозапись молитвы за исцеление от шизофрении

Аудиозапись: Adobe Flash Player (версия 9 или выше) требуется для воспроизведения этой аудиозаписи. Скачать последнюю версию здесь. К тому же, в Вашем браузере должен быть включен JavaScript.

На этом я прощаюсь с вами, дорогие друзья. Мир дому вашему во имя Иисуса Христа.

До встречи на страницах моего сайта.

Если Вам понравилась эта статья, поделитесь, пожалуйста, ею со своими друзьями в социальных сетях – нажмите кнопочки, расположенные ниже. И не забудьте подписаться на обновления сайта, чтобы получать новые статьи на Email

chydesa777.ru