Великая депрессия в германии

Великая депрессия 1929–1933 гг.

Предлагаемый материал является главой из монографии: Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев «Глобальный кризис в ретроспективе. Краткая история подъемов и кризисов: от Ликурга до Алана Гринспена»*

Великая депрессия имела очень большое значение в жизни западных обществ. Например, Дж. К. Гэлбрейт пишет: «День Великого краха фондового рынка и спустя пятьдесят лет хранится в социальной памяти. И тому есть причины. С того дня жизнь миллионов людей уже стала иной»[1]. Дональд Дж. Хоппе считает: «Крах фондового рынка в октябре 1929 г. является одной из тех драматических вех, таких как убийство Юлия Цезаря, высадка на берег Колумба или битва при Ватерлоо, которыми историки отмечают поворотные пункты истории человечества»[2]. Поэтому данному кризису мы уделим несколько больше внимания, чем другим.

Основные изменения к моменту кризиса. Этот период характеризуется, с одной стороны, очень мощными техническими изменениями, а с другой – изобилием капиталов, позволяющими и обновлять капитал, и расширять биржевые операции, благодаря чему все более увеличивался спекулятивный «пузырь». Изменения в разных странах были многочисленными и важными. Прежде всего были временно урегулированы очень сложные вопросы, связанные с военными долгами и репарациями, что позволило нормализовать международные расчеты и внешнюю торговлю[3].

Первая мировая война повлекла за собой крах системы классического золотого стандарта; быстрому же его восстановлению сразу после войны помешала присущая тому периоду нестабильность, особенно немецкая гиперинфляция начала 20-х гг. В 1922 г. на Генуэзской международной экономической конференции была оформлена соглашением Генуэзская валютная система как денежная система 30 стран, основанная на золотодевизном стандарте[4]. Она сменила Парижскую систему (1867 г.), основанную на золотомонетной системе. Однако налаживалась система не сразу, в Германии свирепствовала инфляция, лишь в 1925 г. Англия вместе с США вернулась к золотому стандарту. К 1928 г. количество членов системы было уже гораздо больше довоенного; далее, в течение 1928–1931 гг. в нее вошло более сорока территориальных образований. Затем последовала Великая депрессия, которая подорвала международное финансовое взаимодействие, и система золотого стандарта быстро распалась.

За 1920-е гг. окончательно произошел переход экономического центра Мир-Системы в США (а вместе с этим объективно начинал смещаться туда и политический ее центр, несмотря на сугубо изоляционистскую политику США в этот период). К концу периода подъема США выпускали уже 44 % промышленной продукции всего мира (без СССР), что было больше, чем выпускали Англия, Франция, Германия, Италия и Япония, вместе взятые. По экспорту США заняли первое место в мире еще во время первой мировой войны. В 1929 г. Англия впервые за 300 лет уступила другой стране первенство в общем обороте внешней торговли; страной этой, естественно, были США.

Очень существенные изменения произошли в социальной жизни и социальном законодательстве целого ряда стран, что выразилось в уменьшении длительности рабочего дня и росте социальных гарантий и социального страхования. В США некоторые изменения начались еще до кризиса 1920 г., в частности введение 8-часового рабочего дня и ограничение использования детского труда. В Европе социалистические или рабочие партии усилили свое влияние, что не замедлило сказаться в принятии ряда важных социальных законов. Таким образом, заработная плата все более переставала регулироваться только спросом и предложением, что, как представляется, было одной из причин столь высокого уровня безработицы в период великой депрессии, так как уровень зарплаты не понизился адекватно падению производства (как это бывало в период кризисов XIX в.), а основная стихийная регуляция шла за счет увольнений. То же касалось и цен (о чем мы скажем ниже). Увеличение социальных гарантий и прочих государственных расходов было одной из важных причин повышения налоговых изъятий во многих странах. При этом направленность налоговой политики шла в сторону ее большей справедливости, то есть введения или изменения прогрессивной шкалы подоходного налога, увеличения налога на наследство и т. п. То есть налоги все заметнее касались именно богатой и состоятельной части населения. Надо отметить, что существенно расширилась и демократическая база во многих странах, так как право голоса стали получать женщины и молодежь. Развитие системы социального страхования, бóльшая стабильность заработной платы, повышение налогов, расширение демократии плюс опыт активного вмешательства государства в хозяйственную жизнь во время и после войны – все это было основой для перехода после кризисов 30-х гг. к системе государственного регулирования экономики.

Несмотря на антитрестовские законы, роль крупных корпораций («монополий») в экономике повышалась. Как признавался президент Т. Рузвельт еще до первой мировой войны, законодательное запрещение монополий оказалось бессмысленным, поскольку они вызваны к жизни экономическими законами. Поэтому остается только путь всестороннего их регулирования. Такое регулирование имело место, однако оно частью оказалось недейственным, частью было даже вредным для экономики, а где-то просто отставало от жизни, поэтому, хотя экономических возможностей для реализации человеческих потенций в Америке было по-прежнему много, в известной мере, по выражению другого президента США – В. Вильсона, сильные продолжали давить слабых[5].

С конца 1921 г. (и особенно с 1922 г.) рыночные цены все заметнее перестают снижаться и начинается их стабилизация, конъюнктура также в целом улучшается. Начались стабилизация денежного обращения и приведение государственных расходов и доходов в относительное соответствие. Такие мероприятия были проведены в первой половине 1920-х гг. в большинстве стран, включая Германию и СССР, переживших чудовищную бумажную инфляцию в начале 1920-х гг. и все последствия такого инфляционного кризиса. Такая стабилизация стала основой для подъема экономики в целом ряде стран, для роста объемов мировой торговли, для модернизации тяжелой промышленности и развития новых ее отраслей.

И все же ситуация с уровнем цен даже после дефляционного кризиса 1920–1921 гг., как показали дальнейшие события, окончательно не пришла в норму. Полной ликвидации «революции цен», по выражению Варги[6], не произошло. Фактически цены оставались еще завышенными, что стало одной из причин очень сильного падения цен в период великой депрессии, особенно на сельскохозяйственную продукцию. Таким образом, «элемент негибкости цен и заработной платы»[7] после 1921 г. явно усилился.

Нельзя не упомянуть большую международную активность в 1920-е гг. по созданию работоспособных международных наднациональных организаций (среди которых самой важной была Лига Наций), а также подписанию договоров о международных гарантиях. Однако в большинстве своем эти попытки оказались неудачными. Усилилась (особенно во время и после Великой депрессии) тенденция перехода части стран к авторитаризму и тоталитаризму, а у части демократий (например, Франции) – к колебаниям между социализмом и консерватизмом.

Условия. После кризиса 1920–1921 гг. и фазы депрессии сначала в США, позже в Германии и ряде других стран начинается бурный подъем. 1920-е гг. нередко в американской литературе называют «бурными 20-ми» (Roaring Twenties)[8]. Для Америки это очень верно. Однако не во всех странах двадцатые годы были такими. Например, в Англии общий физический объем промышленного производства вплоть до кризиса 1929 г. не превысил ранее достигнутого довоенного максимума. При глубокой неравномерности развития отдельных отраслей промышленности эти страны в целом не знали в цикле 1920–1929 гг. фазы подъема. В Англии была высока безработица, и она по-прежнему делала ставку не на новые отрасли, а на традиционные – текстильную, угольную и судостроительную.

Хотя третья длинная волна в условной схеме и не включает в свое название автомобиля, однако уже в 20-е гг. мы видим в США расцвет автомобильной промышленности, служившей одной из основ подъема. Наиболее активно развивались также машиностроительная, электротехническая, химическая, авиационная отрасли. Но особая роль автомобильной промышленности заключалась в том, что автомобиль стал центральной частью подъема, как ранее железные дороги, так как требовал новой инфраструктуры. В частности, к концу 1929 г. в США насчитывалось свыше 1 млн км шоссейных дорог, из них около 125 тыс. – асфальтированных. Асфальтированные дороги протяженностью в 50 тыс. км были построены только за период 1925–1929 гг. Эти десятки тысяч километров асфальтированных дорог, десятки миллионов автомобилей, 50 тыс. гаражей, 100 тыс. авторемонтных мастерских и станций обслуживания вместе с расставленными по всем городам, поселкам и дорогам страны тремя сотнями тысяч бензиновых колонок служили главным обоснованием для разговора о «просперити». Рекламой для «процветания» служило также строительство, особенно жилищное, на которое в 1921–1928 гг. было израсходовано, по разным подсчетам, от 17 до 30 млрд долларов, в результате чего было построено 3 млн новых домов. Строительных контрактов же в эти годы было заключено на гораздо большую сумму. Очень мощным было и остальное строительство. Таким образом, в США в 1920-е гг. быстро растут продажи частных домов и товаров длительного пользования, к которым помимо автомобилей следует отнести бытовые электроприборы: холодильники, пылесосы, стиральные машины. Тем самым закладывалась модель экономического роста нового типа, которая позже, в 1950–1960-е гг., стала важнейшей во всех развитых странах.

Большие изменения в отношении механизации происходили в сельском хозяйстве Америки, однако уровень цен в нем не восстановился после кризиса 1921 г., чему способствовал и выход СССР на мировой хлебный рынок, так что сельское хозяйство в отличие от промышленности испытывало трудности, и роста объемов в нем почти не было[9].

Как было сказано выше, с одной стороны, цены после 1921–1922 гг. не упали до оптимального уровня, но, с другой стороны, они и не росли так (или даже вовсе не росли), как должно было бы быть в фазе подъема, исходя из опыта предыдущих циклов. Таким образом, в теорию циклов приходилось вносить важные коррективы, рост цен в период подъема уже не был обязательным моментом. Как указывает, например, Хаберлер, яркий пример бума, не сопровождавшегося ростом цен, – американский бум 1926–1929 гг. Правда, он добавляет важное (даже принципиально важное) уточнение: стабильными были лишь оптовые цены. Более общий индекс цен (исчисленный Карлом Снайдером) показывает заметное повышение, то есть то, что была «относительная инфляция»[10]. Также иногда указывается, что был очень большой рост стоимости фондовых и иных денежных активов.

Отсутствие видимой инфляции, таким образом, существенно искажало уже известные показатели перегрева. О том, каким образом отсутствие инфляции вводило в заблуждение целый ряд экономистов, включая и таких выдающихся, как И. Фишер или Дж. Кейнс (которые из-за отсутствия роста цен не видели опасности переинвестирования и краха), см. интересную статью М. Скоузена «Кто предсказал крах 1929 г.?». Стоит отметить, что и в первые годы XXI в., еще в 2005–2006 гг., отсутствие видимой инфляции в США на фоне невиданного роста цен на сырье, металлы и топливо в мире ставило в тупик даже Алана Гринспена, который посвятил этой проблеме в своих мемуарах целую главу с символичным названием «Головоломка». Возможно, он и прав, считая, что уже с середины 1980-х гг. глобализация стала заметной дефляционной силой, хотя в ряде стран она как раз стала мощнейшей инфляционной силой (как, например, в странах бывшего СССР или даже в Китае)[11]. Но, по-видимому, также ясно, что считать инфляцию только по потребительским ценам, видимо, уже неправомерно, иначе уровень такой инфляции вводит в заблуждение о том, как это происходило 80 лет назад.

Внешний фактор. Несмотря на временную стабилизацию мировой финансовой системы, она не пришла в полное соответствие с изменением ситуации и стала явно менее устойчивой, чем до войны. По мнению некоторых аналитиков, например Дж. Хикса, мировая денежная система полностью не приспособилась к изменениям в уровне денежных доходов, имевших место в период и после первой мировой войны, золотой запас был недостаточен. Действительно, даже крупный золотой запас США не спас ее денежную систему от краха. Тем не менее, в этот период господство доллара в мировых расчетах усиливалось, что подкреплялось огромными долгами Европы перед США, активным проникновением американского капитала в разные страны, включая и европейские. Были даже наивные надежды, что «американцы станут в большой степени хозяевами Германии»[12]. Интересы американского капитала постепенно распространялись на весь мир, но пока его присутствие, например в Азии, а тем более в Африке, было весьма слабым. Например, в 1929 г. экспорт США только в одну Канаду или в Латинскую Америку в 15 раз превышал экспорт во все азиатские страны. В 1930 г. американские инвестиции во все государства Азии составляли около 1 млрд долларов – в 4,5 раза меньше, чем американские инвестиции в Канаде, в 5 раз меньше, чем в Европе, и почти в 6 раз меньше, чем в Латинской Америке. Из этой суммы 445 млн долларов было инвестировано в Японии, 201 млн долларов – в Индонезии и всего 130 млн долларов – в Китае. Тем не менее, Дальний Восток, в частности Китай, занимал большое место во внешней политике Вашингтона в послевоенные годы. Из этих цифр также видно, что американский континент (в полном соответствии с господствующим тогда изоляционизмом и ростом интереса к доктрине Монро) был более интересен американским капиталам, чем даже Европа. Быстро росли связи с северным соседом – Канадой. Канада заняла второе место в мире после Англии по импорту товаров из США. Особенно интересно было то, что через Канаду американские товары на льготных началах проникали в страны Британской империи. Добавим, что Канада была землей обетованной для американских бутлегеров. Несмотря на рост экспорта капитала из США, важнейшие позиции в этом направлении продолжали удерживать Англия (что позволяло ее экономике совершенствоваться, несмотря на крайне вялый рост, а фунту стерлингов – оставаться ведущей валютой мира), а также Франция. В то же время во второй половине 20-х гг. экспорт капитала из США замедлился в связи с начавшимся экономическим подъемом.

Неполная урегулированность платежных проблем и слабость международной финансовой системы способствовали скатыванию к протекционизму. Эта тенденция обозначилась уже перед первой мировой войной, когда снова появилась дискриминационная защита, а некоторые страны отказались от практики предоставления статуса «наибольшего благоприятствования»[13]. После первой мировой войны это еще более усилилось, в том числе с образованием СССР, распадом Австро-Венгрии и появлением ряда так называемых лимитрофов (стран Балтии, Польши и др.)[14]. Многие торговые связи, прерванные Первой мировой войной, оказались невосстановимыми. С 1913 г. и до краха в 1929 г. объем мировой торговли вырастал на 2,2 % в год, в то время как тарифы оставались на предвоенном уровне. В США при президенте Кулидже в 1924 г. даже подняли и без того значительные ввозные пошлины. После краха 1929 г. протекционизм распространился еще более широко, страны подняли торговые барьеры и отказались от практики предоставления статуса наибольшего благоприятствования в пользу дискриминационных мер.

Между тем экспорт товаров оставался важнейшим стимулирующим фактором для роста американской и многих других экономик. Поэтому в США придавали его поддержанию огромное значение. И конгресс, и правительство, и министры, и послы, и консулы, и моряки – все старались увеличить торговлю США с другими странами. Например, в 1927 г. конгресс США решил командировать сотни агентов за границу в поисках новых возможностей для экспорта.

Усовершенствованные финансовые инструменты. Рост и расширение производства происходили в значительной мере за счет усовершенствования техники производства, а подъем протекал в условиях изобилия ссудных капиталов и характеризовался большим ростом кредитной надстройки. 1920-е гг. вполне явно обнаружили рост тенденции на увеличение значимости финансовых услуг в общем объеме ВВП[15]. Финансовые услуги и ранее занимали видное место в экономике таких стран, как Англия и Франция, но теперь эта тенденция становилась мировой (тогда как ранее ведущей по значимости была тяжелая промышленность, в том числе машиностроение). И особенно заметной она становится в США. К. Кларк в процессе продуктивного анализа взаимосвязей между сдвигами в отраслевой структуре экономики и изменениями в темпах экономического роста пришел к выводу, что эта тенденция на увеличение значимости сектора финансовых услуг будет расти.

Рост значимости финансового сектора выражался, конечно, в росте эмиссии ценных бумаг, которая во всех странах достигала больших размеров, но особенно велика была в США; а также в росте активности банков, которые стали все более агрессивно играть на биржах. Сильно выросло и число держателей акций, а на бирже к 1929 г. принимало участие в игре не менее 1 млн человек. Но рост значимости финансовых услуг не мог не идти рука об руку с распространением финансовых технологий. Прежде всего усовершенствовалась сама биржа, как за счет дополнительной регуляции, так и за счет более тонких инструментов анализа. Уже в 20-е гг. (в неразвитом состоянии и заметно ранее) на биржах стали применять различные индексы, например индекс Доу-Джонса. Выросла роль центральных банков, особенно молодой ФРС в США[16]. Далее можно отметить: рост услуг по управлению активами, в том числе свободными финансами, увеличение всякого рода трастовых (и им подобных) компаний; рост потребительского кредита, который способствовал увеличению покупок недвижимости, автомобилей и товаров длительного пользования; рост кредитования фермеров, распространения лизинга и др.

В это время расцветают холдинги. Как констатировала комиссия президента Гувера, держательская компания является фактически «продуктом 20-х гг. XX в.». Другие авторитетные заявления в американской литературе подтверждают, что экономическая история 20-х гг. – это в известной мере история деятельности держательских компаний. В 20-х гг. держательская компания стала наиболее характерным орудием превращения отдельных предприятий и корпораций в крупные монополии. В 20-х гг. параллельно усилению деятельности держательских компаний у акционеров, не имеющих отношения к руководству корпораций, отнимались даже формальные права. Такой поворот был одним из проявлений того, что в 1930-е гг. назовут «менеджерской революцией», в результате которой собственник окончательно отделяется от управления. Позже эта структура крупных управляющих крупных корпораций, которая фактически самостоятельно (то есть без собственника) формирует корпоративные цели и бизнес-стратегию, будет названа Дж. К. Гэлбрейтом техноструктурой.

Кризис и его этапы. Когда говорят о финансовых «пузырях», то в американской литературе в качестве самого яркого примера приводится биржевой «пузырь» перед 1929 г.С одной стороны, конечно, нельзя забывать, что рост биржевых котировок во многом был обусловлен открывшимися новыми перспективами в связи с внедрением в массовое потребление таких достижений, как радио, автомобили, самолеты и т. д.; но, с другой стороны, достаточно очевидно, что источник роста в значительной мере был спекулятивным. За семь лет, с 1922 г. по осень 1929 г., индекс Доу-Джонса поднялся со 103 пунктов до 381 на пике, то есть вырос почти в 4 раза. Перегрев экономики был очень высоким, переоцененность активов дошла до максимума[17], перенапряженность финансового рынка чувствовалась явственно[18], кредитная экспансия была очень активной, чему в целом способствовала политика ФРС, направленная на поддержание относительно низкой учетной ставки. Только с весны 1929 г. Совет ФРС стал проявлять беспокойство относительно неустойчивости Уолл-Стрит, были приняты некоторые меры и поднята учетная ставка, но реально эти меры уже не оказали нужного действия либо, напротив (как и считал М. Фридман), оказали вредное влияние к октябрю 1929 г.

3 сентября 1929 г. индекс достиг пиковой высоты в 381 пункт. Биржу начало лихорадить. Группа нью-йоркских банкиров пыталась поддержать курс скупкой акций. Казалось, это удалось, поскольку индексы хотя более и не росли, но, однако же, в течение нескольких недель и не падали резко. Уже раздавались вполне разумные предупреждения о возможном обвальном падении курсов, но они не могли решительно повлиять на игроков. В то же время некоторые экономисты оспаривали «пессимистов» и говорили, что рынок вышел на высокое плато, на котором надолго останется, а другие продолжали считать, что цены акций еще будут расти. Ошибки эти теперь очевидны, однако заметим, что одно дело – предвидеть крах вообще, другое дело – точно предсказать его дату (что, к тому же, удается обычно одному человеку только один раз). Например, Л. фон Мизес правильно предсказывал неизбежность краха, но говорил он об этом начиная еще с 1924 г. Крах между тем приближался. 24 октября 1929 г. наступил всем известный «черный вторник», и курсы начали обваливаться. Почти сразу же после успокаивающих заявлений президента Гувера и ряда экономистов, 29 октября, произошел новый, еще более мощный, обвал, вызвавший невиданную панику. После некоторой стабилизации обвалы продолжились в декабре 1929 г. В целом с естественными колебаниями падение продолжалось в течение многих месяцев, достигнув дна только в 1932 г. на уровне 40 пунктов, что означало спад на 87 % от высшего уровня в сентябре 1929 г. Это было самое глубокое падение биржевых индексов за всю историю бирж. И хотя во многих кризисах в США падения были очень жестокие, но все же даже в самые тяжкие времена они оставались в районе 40 %[19]. Это видно из следующей таблицы[20].

США. Глубина падения индекса курсов акций

в кризисе 1929 г. и предшествующих кризисах

www.socionauki.ru

Причины великой депрессии в США

О мировом экономическом кризисе, начавшемся в конце 1920-х годов, знают практически все. И это неудивительно. Великая депрессия, длившаяся около десяти лет, потрясла весь мир, особенно остро сказавшись на финансовых делах таких великих держав, как Соединенные Штаты Америки, Германия, Канада, Франция, Великобритания. Экономический кризис, охвативший эти страны, существенно отразился на политике и экономике всего мира.

Так каковы же причины Великой депрессии в США? Что происходило в те страшные далекие годы? И как удалось Соединенным Штатам Америки выйти из сложившейся ситуации? В данной статье постараемся найти ответы на эти вопросы.

Но прежде чем узнать, что происходило в период Великой депрессии в США, кратко ознакомимся с историческими событиями тех дней.

Что происходило перед кризисом

Годы Великой депрессии в США охватывают довольно продолжительный период времени. Началом экономического кризиса в этом государстве принято считать октябрь 1929 года. Только через десять лет американской державе удалось выйти из трясины финансовой несостоятельности. Первые четыре года после начала Великой депрессии в США называются самыми бедственными в экономическом и политическом плане. Причем тяжесть финансового кризиса ощутили на себе не только Штаты, но и весь мир.

Что происходило во времена Великой депрессии в США? Всего за семь месяцев до начала кризиса в государстве был избран новый президент. Им стал республиканец Герберт Гувер.

Новый глава государства был полон сил и энергии. Он добился того, чтобы Конгресс одобрил его идею создания на федеральном уровне фермерского управления. Гувер намеревался провести важные реформы в сфере бизнеса и экономики вверенного ему государства. Например, президент хотел, чтобы изменения коснулись распределения электроэнергии, фондовой биржи, железнодорожного транспорта и банковской сферы.

Казалось, все благоприятствовало новым реформам. 1920-е годы стали для Соединенных Штатов золотым временем. После окончания Первой мировой войны прошло достаточно времени, чтобы позабыть все неприятности и трудности, сопряженные с участием в боевом конфликте. Оживилась международная торговля, заявил о себе технологический прогресс. США уверенно встали на путь перестройки своей экономики и производства.

Были изобретены новые технологии, благодаря чему модернизировалась организация труда, улучшалось качество и увеличивалось количество изготовляемой продукции. Появились новые отрасли производства, а простым обывателям представилась возможность разбогатеть, участвуя в операциях с ценными бумагами на бирже. Все это способствовало тому, что среднестатистический американец становился более состоятельным.

Однако все было не так просто. Существовало множество подводных камней в процессе такого резкого подъема экономики. Почему же за периодом процветания и уверенности в завтрашнем дне наступила Великая депрессия в США? О причинах данного события поговорим ниже.

Провоцирующие факторы

Стоит сказать, что невозможно определить единственную причину мирового кризиса, потрясшего весь мир в 1930-е годы. Это просто неосуществимо, потому что на любое событие влияет совокупность сразу нескольких факторов, отличающихся друг от друга по степени важности и значимости.

Что же стало причиной развития мирового кризиса? Исследователи выделяют как минимум семь провоцирующих факторов, вызвавших Великую депрессию 30-х годов в США и ряде других стран. О каждом из них поговорим подробнее.

В связи с тем, что в Штатах стал широко использоваться конвейерный метод изготовления продукции, товаров стало больше, чем спроса на них. Из-за отсутствия планирования на государственном уровне как самого производства, так и рынка сбыта у обычных обывателей понижается спрос на продукцию, что приводит к сокращению промышленности. А это в свою очередь провоцирует закрытие многих предприятий, снижение заработной платы, увеличение безработицы и так далее.

Недостаток наличных средств в обращении

Во времена Великой депрессии в США деньги как таковые были привязаны к золотому резерву (или золотовалютному запасу), находящемуся в ведении Национального банка. Такая ситуация существенно ограничивала доступную для наличного обращения денежную массу. А так как производство росло, появлялись новые и дорогостоящие товары (такие как самолеты, автомобили, радио и поезда), которые предприниматели и частные лица хотели приобрести.

Из-за отсутствия наличных долларов многие переходили на оплату векселями, долговыми обязательствами или обычными расписками, которые плохо контролировались государством на законодательном уровне. Вследствие этого участился невозврат кредитных средств, что в свою очередь способствовало ухудшению экономического состояния крупных и малых предприятий или даже их полному банкротству. Из-за разорения производственных гигантов обычные люди теряли работу, вследствие чего вновь понижался спрос на товары.

Годы Великой депрессии в США ознаменовались невероятным приростом населения. Так как жизнь перед кризисом стала лучше, рождаемость увеличилась, а смертность уменьшилась. Этому же способствовал прогресс, произошедший в медицине и фармакологии, а также относительное улучшение условий труда.

Вследствие переизбытка населения, особенно малолетних детей и людей преклонного возраста, произошел всемирный экономический кризис.

Согласно многочисленным исследованиям, именно неконтролируемая система оборота ценных бумаг и стала причиной возникновения мирового кризиса. Всего за пару лет до Великой депрессии стоимость акций взлетела на сорок процентов по сравнению с предыдущими годами, что в свою очередь увеличило оборот биржевой торговли. Вместо привычных двух миллионов акций в день продавалось четыре миллиона и более.

Одержимые идеей легкого и быстрого обогащения, американцы начали вкладывать все свои сбережения в могучие, казалось бы, корпорации. Чтобы продать ценные бумаги подороже, они во многом ущемляли себя в надежде на прибыль в будущем. Таким образом, спрос на товары и изделия этих самых корпораций стремительно падал. Более того, инвесторы, чтобы продать простым обывателям побольше ценных бумаг, энергично брали кредиты, то есть сами становились должниками. Понятно, что такая абсурдная ситуация не могла долго продолжаться. И действительно, спустя какой-то период времени биржевой пузырь громко лопнул.

Понижение спроса на военные заказы

Период Великой депрессии в США начался спустя двенадцать лет после окончания Первой мировой войны. Многие исследователи видят в этих датах закономерность. Ни для кого не секрет, что Соединенные Штаты обогатились благодаря активной продаже военной продукции по заказам правительства. Так как наступил относительный период мира, то численность заказов сократилась, что привело к падению внутреннего валового продукта.

Особенности политической ситуации

Не будем забывать, что в начале 1920-х годов стало набирать силу коммунистическое движение. Россия пережила революцию и стала коммунистической страной. Революционные идеи повлияли и на ситуацию в некоторых других государствах.

Американское правительство как огня боялось распространения социалистических идей среди своих граждан. Поэтому любая забастовка или демонстрация (не говоря уже об активной позиции профсоюзов) вызывала у политиков огромное подозрение и рассматривалась ими как коммунистическая угроза и измена родине.

Любые недовольства рабочих подавлялись, что приводило к неудовлетворенности среднего класса и затаенному протесту против правительства. Чтобы держать рабочих в узде, крупные промышленники стали занимать государственные и политические должности, что отрицательно сказывалось не только на экономической, но и на политической жизни самого государства и его граждан.

Нельзя сказать, что именно эта причина, выделяемая многими исследователями, спровоцировала начало Великой депрессии в США. Однако можно смело утверждать, что увеличение размера таможенной пошлины значительно усугубило экономическую ситуацию в стране. Каким образом?

Летом 1930 года президент Гувер издал указ, который, казалось бы, должен был защитить экономику государства. Суть закона состояла в том, что увеличивался таможенный налог на более чем двадцать тысяч импортных товаров. Согласно мнению господина Гувера, такая ситуация должна была поспособствовать защите внутреннего рынка от импортной продукции и увеличению национального товарооборота.

Однако все пошло не так, как планировалось. Другие страны, такие как Канада, Германия и Франция, глубоко оскорбились повышением цен на их экспорт и увеличили тарифы на ввоз американской продукции на свою территорию. Понятно, что товары Соединенных Штатов перестали пользоваться спросом у иностранных покупателей. Это в свою очередь отрицательно сказалось на экономике американской державы, так как резко упал экспорт (практически на шестьдесят процентов по сравнению с предыдущими годами). Ситуацию усугубило еще и то, что в стране и так наблюдалось перепроизводство.

Итак, мы подробно выяснили причины возникновения экономического кризиса 1930-х годов. Чем же ознаменовалось начало мировой депрессии? Давайте узнаем.

Именно под таким именем осталось роковое 24 октября в умах и сердцах миллионов американцев. Что же произошло в эти, казалось бы, ничем не примечательные сутки? Прежде чем выяснить это, давайте узнаем, что предшествовало событиям “черного четверга”.

Как уже упоминалось выше, в экономике государства образовывался так называемый биржевой пузырь, который не насторожил общественность. Из-за того, что все участники биржи находились в долгах, крупные столичные банки стали выдавать брокерам кредиты на сутки, то есть с требованием погашения долга в течение 24 часов. Это подразумевало то, что к концу рабочего дня акции необходимо было продать по любой, даже самой невыгодной цене, чтобы вернуть деньги в банк.

Вследствие этого возникла паническая распродажа всех ценных бумаг, какие были на руках у вкладчиков. За один день было сбыто почти тринадцать миллионов акций. В последующие дни, называемые “черной пятницей” и “черным вторником”, было реализовано еще тридцать миллионов ценных бумаг. Именно тогда мелких вкладчиков настигла проблема возврата кредитов. То есть огромные суммы денег (по некоторым подсчетам десятки миллиардов) просто исчезли как с поля владения биржи, так и из государственного оборота.

Последующие события в финансовой сфере

Понятно, что в таких обстоятельствах обычные вкладчики теряли свои кровно заработанные деньги. Однако ситуация усугублялась еще и тем, что банки, финансировавшие своими кредитами покупки акций, не могли вернуть огромные долги, а потому стали объявлять о своем банкротстве. Из-за этого различные предприятия перестали получать кредиты и закрывались. А среднестатистические американцы, потерявшие все свои средства, оказывались без работы.

Конечно, данная ситуация затронула не только средний и низший класс. Банкротами стали крупные производственные концерны, а также более мелкие предприятия и бизнесмены. По стране прокатилась волна самоубийств.

Что делало правительство, чтобы избежать Великой депрессии? Президент США Гувер издал указ о закрытии банков. Это было сделано для того, чтобы воспрепятствовать повсеместному изъятию наличных вкладов, а также предотвратить различного рода акции протеста, которые обыватели совершали под дверями финансовых учреждений. Однако по мнению многих экономистов, такое решение только усугубило ситуацию. Банки закрылись, и финансовая система великой державы просто перестала существовать.

Так как Соединенные Штаты являлись кредиторами многих европейских государств, то их также постиг экономический упадок.

Великая депрессия обернулась огромным несчастьем для простого американского народа. В стране закрылась почти половина всех работающих предприятий, что отрицательно сказалось на уровне жизни обычных граждан. Более половины трудоспособных людей лишились своих рабочих мест. Те же, кто остался работать, трудились неполный рабочий день либо неполную рабочую неделю, что также отрицательно сказывалось на их зарплате.

Голод в США во время Великой депрессии приобрел ужасающие размеры. Дети болели рахитом, взрослые страдали от истощения.

Люди экономили на всем. Например, так как нечем было платить за проезд, американцы путешествовали на крышах поездов, что нередко приводило к травмам и инвалидности.

Массовые выступления

Вследствие описанных выше обстоятельств участились забастовки рабочих. Однако ни к чему хорошему они не могли привести, так как Соединенные Штаты уверенно скатывались в экономическую пропасть.

Здесь стоит привести пример одного из выступлений рабочих, вошедших в историю как детройтский голодный марш. Сотни людей пришли к воротам завода Форда, откуда их бесчеловечно уволили. Тогда по обездоленным и изможденным людям был открыт огонь со стороны охранников предприятия и полицейских. Рабочие, оказавшие сопротивление, были избиты, вооруженные полицейские также были серьезно ранены. Пятеро бастующих погибли, десятки подверглись жесточайшим репрессиям.

На фоне описываемых событий расцветала преступность. Вооруженные банды обкрадывали простых людей и богачей. Вошедшие в историю Бонни и Клайд прославились тем, что грабили финансовые учреждения и ювелирные магазины. Они стали причиной гибели многих мирных жителей и полицейских, однако люди настолько ненавидели банки, что идеализировали грабителей, считая их национальными героями.

Нельзя сказать, что господин Гувер ничего не делал для того, чтобы вытащить государство из Великой депрессии. Он предпринимал некоторые шаги в этом направлении, однако экономический кризис находился в самом разгаре, поэтому его невозможно было приглушить в считанные минуты.

Что хорошего сделал Герберт Гувер, кроме как временно закрыл банки и повысил таможенный налог? Прежде всего, он направил денежные массы из госказны на улучшение банковской системы и аграрного дела. Прокладывались железные дороги, возводились новые дома, на строительство которых активно привлекались безработные. Малоимущим и тем, кто лишился своих должностей, была оказана гуманитарная помощь в виде бесплатных столовых (для посещения которых необходимо было заранее занимать места), проводились и другие социальные программы.

Позднее банкам были выделены госкредиты для возобновления деятельности, а производство предприятий стало строго регламентироваться: вводились ограничения на выпуск продукции, был установлен рынок сбыта, уровень оплаты труда рабочих находился под контролем самого правительства.

И все же противокризисные меры оказались малоэффективными, и население возненавидело президента за то, что тот якобы осуществляет свои функции слишком поздно и в недостаточном объеме. Правда это было или нет – кто знает? Может быть, в то время невозможно было так быстро победить Великую депрессию. А быть может, господин Гувер и правда оказался не слишком добросовестным (или не слишком мудрым) главой государства.

Как бы там ни было, народ не поддержал Гувера на президентских выборах 1932 года. Его место занял Франклин Рузвельт, которому удалось вытянуть Соединенные Штаты из трясины Великой депрессии.

Политика нового главы государства

Чем ознаменовалось начало выхода США из Великой депрессии? Был объявлен так называемый новый курс президента Рузвельта.

Однако, как говорят эксперты, данная программа была точным продолжением плана Гувера, только с небольшими дополнениями.

По-прежнему в строительстве муниципальных и административных объектов задействовались безработные. По-прежнему периодически закрывались банки. Все также оказывалась помощь аграриям. И все же были проведены существенные финансовые реформы, предполагавшие ограничение права банков на различные операции, осуществляемые с ценными бумагами, а также в обязательном порядке было учреждено страхование банковских вкладов. Этот закон был принят в 1933 г.

В следующем году на законодательном уровне была проведена конфискация золота (в слитках и монетах) у американского населения. Благодаря этому государственная цена на этот драгметалл возросла, что привело к насильственной девальвации доллара.

Таковыми были меры, предпринятые президентом по выходу США из Великой депрессии. Рузвельт добился кое-каких улучшений, хотя полностью государство смогло поднять экономику лишь в 1940-х годах. И то, согласно мнению экспертов, это произошло из-за появления военных заказов вследствие начала Второй мировой войны.

К чему привел экономический кризис

Последствия Великой депрессии в США для американских граждан:

  • Миллионы людей погибли от голода, болезней и других причин. Согласно подсчетам экспертов, эта цифра колеблется в пределах семи-двенадцати миллионов.
  • Резко увеличилось количество радикально настроенных политических партий.
  • Почти три миллиона человек стали бездомными.
  • Произошло объединение предприятий в монополии.
  • Проводилось регулирование биржевых отношений.
  • Последствия Великой депрессии в США для всего мира:

  • Падение экономики некоторых европейских держав.
  • Так как иметь торговые отношения с Америкой стало невыгодно, был расширен рынок сбыта в других странах.
  • Была найдена новая валюта для замены доллара. Ею оказался английский фунт стерлингов.
  • Произошло финансовое объединение некоторых стран Европы и Азии.
  • Фильмы о Великой депрессии в США

    Экономический кризис 1930-х годов надолго запечатлелся в умах и сердцах людей. Образ Великой американской депрессии был увековечен в десятках кинокартин. Среди них следует выделить такие:

  • “Проклятый путь”. Боевик 2002 года повествует о межклановых мафиозных войнах, происходивших в тот страшный период.
  • “Неприкасаемые”. Криминальная драма 1987 года, повествующая о борьбе ФБР и мафии в годы великого кризиса.
  • “Бонни и Клайд”. Боевик 1967 года об известных грабителях.
  • “Фаворит”. Фильм 2003 года о том, как в период финансовой нестабильности люди искали отдушину, для многих ею оказался ипподром.

Как отмечают историки, в период Великой депрессии американцы активно посещали кинотеатры, так как именно там они отвлекались от гнетущей и изматывающей душу реальности. Некоторые фильмы того времени до сих пор являются популярными среди киноманов («Кинг-Конг», «Унесенные ветром» и так далее).

fb.ru

Великая депрессия в германии

«Политик не должен быть слишком умен. Очень умный политик видит, что большая часть стоящих перед ним задач совершенно неразрешима.» (С. Лем).

После поражения в Первой мировой войне Версальский договор 1919-го года обязал Германию платить такие суммы денег в качестве «возмещения потерь», которые препятствовали бы нормальной жизни любой страны. Решая эту проблему, немецкое правительство начало печатать банкноты, что привело к «гиперинфляции» [3]. Стоимость рейхсмарки резко упала. Если в 1913-1915 гг. немецкая марка котировалась на уровне четырех к одному доллару, то в 1917 и 1918 гг. она упала до 6:1. Затем положение начало стремительно ухудшаться, от 20 рейхсмарок к доллару в 1919, до 63 в 1920 и 105 к одному доллару в 1921. Потом курс марки подскочил до 1886 марок за доллар в 1922 году, и, наконец, до астрономической величины в 525 миллиардов марок за один доллар в 1923 г. Цена газеты, стоившей в Германии в январе 1921 года меньше, чем марки, через 2 года составляла 70 млн. немецких марок [4].

Однако уже в 1924-1925 гг. в Германии началось постепенное улучшение экономической конъюнктуры. До ноября 1929 года Германия использовала для инвестиций преимущественно краткосрочные иностранные займы. Кредиты брались частными банками и муниципалитетами и зачастую тратились непродуманно, хотя промышленность и оправилась. Такое положение сохранялось вплоть до 1929 года.

КАК ВЕЛИКАЯ ДЕПРЕССИЯ УДАРИЛА ПО ГЕРМАНИИ

Мировой экономический кризис, начавшийся осенью 1929 г., особую остроту приобрел в Германии. Однако, на самом деле, признаки экономического кризиса появились в Германии ещё в начале 1929 года, когда впервые безработица перешагнула за 3 млн. [6]. К середине 1929 года рост промышленного производства прекратился.

После биржевого краха в США уже в первые 5 дней ноября 1929 года в Германии были зафиксированы 55 заявлений о банкротствах. Ежедневно в суде давали показания 500-700 должников об их имущественном положении. В ноябре 1929 года краткосрочные кредиты — основа восстановления послевоенной Германии — были отозваны иностранными кредиторами. Резкое падение объема мировой торговли свело на нет любую перспективу хотя бы частично компенсировать потери за счет увеличения экспорта [5]. Вскоре в Германии началось падение курса акций и затем стремительный рост безработицы, а также числа закрываемых и заложенных предприятий. Кризис поразил все сферы экономической жизни страны. Промышленное производство сократилось почти вдвое. Число безработных достигло 7,5 млн. человек. К исходу 1929 года число безработных составило по заниженным данным 3,4 млн. [7].

В течение 1930 г. кризис усилился. В марте 1930 года безработица составила 3 млн. человек, а число частично безработных достигло уровня 2,9 млн. В ноябре 1931 года число безработных достигло 5 млн. К средине 1930 г. что-то удалось сделать, но число безработных вновь превысило 3 млн. В 1931 г. 4,5, а в сентябре 1932 г. 5 млн. (хотя статистика в начале года давала 6 млн., и жизнь 15/20 млн. человек зависела от пособия по безработице.

В июле выплавка стали упала на 40% по сравнению в июлем 1929 года, чугуна — на 35%, добыча каменного угля — на 20%. Общий индекс промышленной продукции снизился к концу 1930 года на 16,5% по сравнению с 1928 г. [8]. Для преодоления кризиса был разработан план Юнга, который предусматривал реорганизацию страхового обеспечения безработных, поскольку наниматели требовали, чтобы платежи по пособиям существенно были снижены. Профсоюзы же были против снижения пособий [9]. Была даже попытка повысить пивной налог.

В 1930 г. особенно плачевным было состояние в сельском хозяйстве Восточной Германии, в частности в Восточной Пруссии. 18 марта 1930 г. президент Германии Гинденбург просил у Рейхстага помощь для сельского хозяйства Восточных областей. Эту помощь он выдвинул в качестве условия своего подписания плана Юнга. Поэтому правительство разработало проект аграрной программы, обеспечивающей более высокие тарифы и меры по контролю и защите от импорта. В марте 1930 года был найден компромисс и решение было временно отложено. В конце концов, Рейхстаг ратифицировал план Юнга [9].

В начале 1931 г. в мире начались попытки прекратить экономическую войну всех против всех путем заключения торговых соглашений и устранения таможенных тарифов. Но когда Германия и Австрия заключили таможенное соглашение, французские банки немедленно предъявили в Германии и Австрии к оплате свои краткосрочные векселя, вызвав в этих странах гигантскую волну банкротств. Когда 20 июля 1931 года президент США Гувер предложил отсрочить репарационные платежи на год. Франция стала оттягивать переговоры. [10]. Осенью 1931 года промышленный кризис в Германии осложнился финансовым кризисом, который парализовал всю кредитную систему.

28 марта 1932 г. правительством Германии был предложен ряд дополнительных проектов общественных работ, введение добровольной трудовой повинности, широкомасштабной программы ремонтных и восстановительных работ, которые стимулировались налоговыми льготами. Владельцам предприятий гарантировались налоговые льготы на наём дополнительных рабочих. Чтобы увеличить занятость было предложено снизить зарплаты. 4 ноября 1932 г. был опубликован экономический декрет. Была продолжена экономическая защита от иностранной конкуренции. Правительство Германии хотело разделить крупные юнкерские хозяйства, те, которые постоянная правительственная помощь не смогла сделать платежеспособными. Обанкротившиеся поместья следовало разбить на мелкие фермы и передать безработным поселенцам. Это могло обеспечить землей 600000 человек. Для проведения акции были доступны изрядные суммы, позволявшие выкупить земли и финансировать их раздел на маленькие фермы. Но это решение не прошло [9].

В 1932 г. во Франции к власти пришло левое большинство, что привело к тому, что в 1932 г. на конференции в Лозанне (Швейцария) все репарационные долги Германии были прощены за исключением одной завершающей суммы в 715 млн. долларов (1 доллар равен 4,2 марки).Были опубликованы декреты, снизившие налоговое бремя промышленных предприятий, чтобы стимулировать расширение производства и одновременно урезавшие и без того жалкие выплаты безработных. Пруссии выделили 100 млрд. марок (1 доллар равен 4,2 марки).

Летом 1932 г. в Германии появились экономического роста. В конце же 1932 года начался выраженный процесс экономического роста. Экономическое возрождение шло медленно. Меры по стимуляции исх. встретили сопротивление землевладельцев. Часть денег были разворованы. Снижение социальной помощи вызвало волну забастовок. В январе 1933 года кабинет Шлейхера предложил даже национализировать угледобычу и металлургию [9].

Все это время в 1929-1932 гг. в Германии постоянно проходили выборы за выборами и менялись правительства, что порядком поднадоело бюргерам.

ЧТО ПОЛУЧИЛ ГИТЛЕР В НАСЛЕДСТВО ОТ ДЕМОКРАТОВ

Придя к власти в 1933 году, Гитлер получил печальное наследство: 6 млн. безработных и страну в экономической разрухе. Надо было срочно спасать положение.

В Германии главной причиной кризиса был сброс инфляция из США за счет репарационных платежей. Настоящей программы выхода из кризиса у нацистов не было. Например, один нацист говорил на митинге: «Мы не хотим низкие цены на хлеб. Мы не хотим высокие цены на хлеб. Мы не хотим неизменные цены на хлеб — мы хотим национал-социалистические цены на хлеб» — Бурные овации.

БОРЬБА С БЕЗРАБОТИЦЕЙ

Когда Гитлер пришел к власти уровень безработицы в Германии достигал 30%. Поэтому для того, чтобы привлечь к себе симпатии населения, режим занялся трудоустройством безработных и успешно решил проблему безработицы — полная занятость была достигнута. Гитлер выбрал политику, ориентированную на уменьшение безработицы за счет вовлечения населения в производство, особенно военное. Министр экономики рейха в 1933-1937 годах Ялмар Шахт пошел на риск, взяв относительно небольшой кредит (1 млрд. рейхсмарок) и потратив его исключительно на создание рабочих мест [3]. Существенная часть безработных была удалена с рынка труда путем призыва в армию.

Лидеры нацистов считали, что депрессия вызвана слишком высоким уровнем потребления и недостаточным инвестированием в индустрию, а полная занятость может быть восстановлена только в том случае, если увеличить долю национального дохода, которая не будет потребляться. Поэтому для ликвидации депрессии было решено снизить потребление. При этом с точки зрения нацизма, все инвестиции, которые не были направлены на воспроизводство рабочей силы, являлись экономически не оправданными [11].

Хотя политика общественных работ была начата ещё до Гитлера, но она была продолжена. Была принята программа широкого строительства Реинхардта. Если в 1933 году в Германии в строительстве было задействовано 660 тыс. рабочих, то в 1936 году их стало 2200 тыс. Особенно быстро строились автодороги [12]. Большой толчок дал стране проект «Имперский автобан», который, кстати, имел инфраструктурное значение, а не военное (основной военно-грузовой поток во время обеих войн все равно шел по рельсам) [3].

Чтобы прекратить классовую борьбу в Германии, нацисты ликвидировали независимые профсоюзы рабочих [3]. В 1934 году был введен порядок принудительного набора рабочей силы и ее перевод на военные заводы, если этого требовали задачи «особого государственно-политического значения». Все права трудящихся аннулировались. Нацисты запретили не только профсоюзы, но и забастовки. Рабочим не только было запрещено бастовать, но они должны были работать столько часов, сколько им скажут. Как солдаты, они практически не могли сменить место работы, переехать из одного города в другой, покинуть страну. На основании Закона «О порядке национального труда» 1934 г. и других нормативных актов предпринимателям предоставлялось право определения условий труда, увольнения, взыскания штрафов и пр. Роль «беспристрастного посредника» между предпринимателями и рабочими отводилась фашистскому Министерству труда. Для отдельных экономических районов это министерство назначало из числа крупных предпринимателей «опекунов труда».

Закон об организации национального труда создал нормативную базу для становления принудительного труда. Было ликвидировано право увольняться. Можно было сменить работу только при наличии согласия прежнего работодателя. А в 1938 г. местным органам власти было предоставлено право привлекать в принудительном порядке население к любым видам работ в свободное от основной работы время [12]. Отмечу, что больше всего выиграли от ликвидации безработицы именно неквалифицированные и малоквалифицированные работники, которые первыми получили преимущество от восстановления занятости.

Используя эти малопопулярные меры, лидерам Третьего рейха удалось через год правления сократить число безработных вдвое, а к 1936 году в некоторых отраслях промышленности даже добиться полной занятости. После массовой безработицы и резкого падения жизненного уровня немецкий народ приветствовал усилия нацистов по снижению безработицы [3].

Долгое время считалось, что было снижено в основном потребление рабочего класса. Это не так. В целом, индустриальные рабочие почти не снизили своих доходов в Германии. Но они не получили прибавки от увеличенной промышленной активности. Перед войной уже почти нигде не было либерального восьмичасового рабочего дня. 58–65 часовая рабочая неделя стала почти нормой [3]. Рабочие Германии стали работать дольше за ту же самую зарплату [11]. В период с 1933 по 1938 год реальная зарплата снизилась на 25% [12].

На самом деле, с момента завоевания власти фашистами другие классы Германии снизили потребление существенно больше, чем рабочие. Средний класс так называемых профессионалов снизил потребление на 60%. Перед приходом к власти Гитлера годовой доход среднего врача был 9000 марок, а в 1939 году – 6000 марок. Все, что было выше, доктора должны были отдавать (так ожидалось от них) в фонд партии. Ожидалось, что высококвалифицированный персонал и все старшие служащие будут отдавать 15% их зарплаты. Большая часть промышленников и бизнесменов поступали также. Добровольные» пожертвования в партийные фонды существенно снизили их реальные доходы. Более того, добровольные пожертвования, предписываемые сверху постоянно росли. Индивидуальный вклад индивидуальных предпринимателей мог доходить до 40% от их общей прибыли.

Сходные требования адресовались врачам. Средний доход юриста уменьшился на 35%. Его налоги и пожертвования возросли на 60% и составили 40% от его дохода. Держатели мелких магазинов были превращены в плохо оплачиваемых государственных служащих. Их доход был фиксирован независимо от инвестирования капитала и прибыли. Вопреки общепринятому мнению в Германии при экспроприации имущества евреев и католической церкви их собственность не передавалась другим предпринимателям, а инвестировалась в военную индустрию [11].

С другой стороны, покупательная способность высших и средних классов в Германии снизилась очень резко также из-за того, что продукты, потребляемые низшими классами были в изобилии и дешевы, высококачественные же товары в недостатке и очень дороги. В Германии большая часть высококачественных товаров могла быть куплена только в магазине, к которому данный человек приписан, и только в ограниченных количествах, которые были одинаковы для каждого [11].

Были повышены налоги на высшие и средние классы. В целом, при нацистах жизненные стандарты упали на 20% с 1932 года. В 1939 году гитлеровское правительство считало, что жизненные стандарты должны упасть еще на 60% пока не будет достигнут уровень жизни низших классов [11].

Зарплаты и цены в Германии контролировались — были введены запреты и ограничения не только на рост цен, но и зарплат. Размеры же окладов оставались на уровне, который в 1939 году составил 83% докризисного 1929 года.

ТОВАРЫ НАРОДНОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ

Головной болью руководства рейха стала и проблема производства товаров народного потребления, финансирование науки и образования. Чтобы строить современные танки и самолеты, требовались инвестиции в прикладные науки, а на них, как и на все остальное, денег было в обрез. По производству товаров для гражданского сектора страна лишь в 1938 году перевалила докризисный уровень [3].

Самой крупной аферой Гитлера была затея с «народным автомобилем». Построенный в 1934 году автозавод «Фольксваген» (в переводе — народный автомобиль) предложил жаждущим получить свой автомобиль внести предоплату. Свыше 300 тыс. заказчиков внесли предварительных платежей государству на сумму более 110 млн. Никто из них автомобиль так и не получил [3].

Когда Гитлер стал Канцлером, он первым делом собрал руководителей ведущих промышленных предприятий Германии и сообщил им, что раз они действуют в рамках корпоративной экономики, то будут подчиняться требованиям Рейха. Однако он заверил промышленников, что не собирается покушаться на их частную собственность и готов с ними сотрудничать с обоюдной выгодой [3].

24 марта 1933 г. рейхстаг принял Закон «Об устранении бедственного положения народа и государства», на основании которого правительство получило законодательные права, в том числе и по вопросам бюджета.

Предприниматель уже не имел больше полной свободы. Он должен был подчиняться приказам, идущим от государства, даже если они не соответствовали его персональным или экономическим интересам. Он должен был выполнять интерес только всей социальной армии в целом. Нередко промышленность получала приказы без всякого предварительного консультирования с ними. Только для исполнения. Например, когда рабочих послали на строительство фортификационных сооружений летом 1938 года, предприниматели не только были обязаны платить им зарплаты, но и держать их рабочие места [11].

Правительство позволяло циркулировать прибыли по экономической системе, чтобы затем изъять ее в форме налогов и обязательных государственных займов. Обсуждалось даже решение — заставить банки отдавать дивиденды в пользу государства. Часть прибыли шла государству, а часть — капиталисту. Прибыль была строго подчинена необходимостям военным национальным интересам. Прибыль, по сути, была низведена до уровня бухгалтерского дохода и стала заменой заработной платы предпринимателя. Однако риски предпринимательства остались. [11]. Дивиденды были ограничены 6% к вложенному капиталу [12]. Все, что было выше шло в пользу государства. Налоги на корпорации были резко увеличены.

В 1933 г. был создан Генеральный совет немецкого хозяйства, на который возлагалась обязанность определять общие направления развития экономики Германии. Затем был принят закон «О подготовке органического построения народного хозяйства» от 27 февраля 1934 г. Все отрасли хозяйства были разделены на «имперские группы», число которых сначала было 12, а затем сократилось до 6: промышленности, банков, торговли, страхования, энергетики, ремесленного производства. Параллельно создавалась территориальная структура управления хозяйством — окружные группы промышленности в — хозяйственных округах. И отраслевые, и территориальные промышленные группы возглавлялись «фюрерами» — представителями монополистического капитала, которые были ’ наделены широкими полномочиями. Общее руководство промышленностью осуществлялось сначала Министерством имперского хозяйства.

Основополагающим принципом проекта нового гражданского кодекса, работа над которым была начата в 1938 г., стала формула: «право — это то, что полезно народу и рейху». В соответствии с этим пересматривались понятия «собственность», «юридическое лицо», отвергалась такая его форма, как «общество с ограниченной ответственностью», непременным условием деятельности акционерного общества становилось его партийное руководство и партийный контроль. В ст. 70 Закона «Об акционерных обществах», принятого в 1937 г., прямо указывалось, что правление акционерного общества «должно руководствоваться сознанием ответственности перед общим благом народа и рейха».

Предприниматели должны были предоставить свою собственность туда, куда укажет правительство. Другими словами, право владения собственностью было существенно редуцировано в пользу государств. Предприниматель не мог ни нанять, ни уволить рабочего без разрешения правительства. Он не мог переманить наемного работника у своего конкурента. Цены, по которым он продавал свою продукцию, были фиксированы. Промышленникам просто говорилось, что производить и по какой цене [11].

В нацистской Германии основные вопросы на предприятии решала тройка: хозяин предприятия, секретарь парторганизации, председатель профкома. Предприятию давался план — куда и что поставить. Как и кем эти планы вырабатывались? Если бы предприятию план просто сбрасывался, НСДАП недолго бы оставалась у власти. На самом деле, предпринимателю гарантировался сбыт и кредит. Это было корпоративное общество. Планы создавались имперскими союзами и палатами в их, и государства, интересах. Правительство не «указывало», а выступало желанным партнёром общественных корпоративных объединений и промышленных концернов.

ЦЕНТРАЛИЗАЦИЯ И ПЛАНИРОВАНИЕ

Следующей мерой Гитлера по борьбе с кризисом стала централизация и планирование экономики, при которой все решения оказались замкнутыми на Гитлера. В гитлеровской Германии принципы прибыльности сочетались с принципами выполнения планов. Закон от 27 февраля 1934 года жестко установил, что предпринимательские союзы всецело подчиняются министерству экономики. Собственники, хозяева предприятий и банков объявлялись служащими государства, полновластными руководителями, вождями своих коллективов. Крупнейших капиталистов нацистская верхушка назначила на руководящие посты в государственном аппарате. Им предоставили должности, связанные с регулированием экономики.

Таким образом, в стране практически провели своеобразную национализацию, огосударствление хозяйства, придав правящему классу корпоративно-элитарный характер [11]. Ряд принятых законов о картелировании экономики, о подготовке к органическому построению германского хозяйства, об обороне империи и др. позволил установить жесткий контроль государства над большей частью промышленного потенциала.

В Германии в компетенции исключительно государства находились такие важнейшие вопросы экономической деятельности, как объем и ассортимент производства, цены на продукцию, выбор контрагентов в обмене (т.е. поставщика покупателя). Все это определялось ни в коем случае не выбором отдельных предпринимателей, а централизованными правительственными решениями, совершаясь по указанию из центра. Как видите, почти чистая командно–административная система. Впрочем, она и официально называлась: планкоммандвиртшафт» — «планово-командное хозяйство». Вот почему Хайек относит Гитлеровскую Германию к социалистическим странам [11].

В 1936 году было создано ведомство по выполнению четырехлетнего плана перевода всей экономики Германии на военные рельсы, во главе его встал Геринг. Централизованное планирование затрагивало распределение ресурсов, ограничивало предпринимательскую свободу и образование новых предприятий, устраняло конкуренцию.

Были созданы большие промышленные и финансовые картели и ограничен мелкий бизнес [12]. Руководство экономикой Германии осуществлялось из единого центра — Главного хозяйственного совета, перераспределявшего финансовые, людские и сырьевые ресурсы, прежде всего в военный комплекс за счет гражданских отраслей. Таким образом, в условиях фашистской диктатуры при отсутствии необходимых средств на широкомасштабные военные инвестиции, прекратившейся помощи со стороны других стран, самоизоляции страны методы государственного регулирования изначально приобрели ярко — выраженные прямые административные формы. Быстрыми темпами шло расширение государственного сектора в экономике, что, в частности, было связано с политикой «ариизации» предприятий. Росла доля участия государства в акционерных кампаниях. Такой вариант интервенции государства в хозяйственную жизнь оказался весьма эффективным и позволил в течение 1934 г. покончить с кризисом, прежде всего в тяжелой промышленности и на этой основе обеспечить быстрые темпы роста [13]. В 1939 году до 80% приказов, относящихся к производству, исходило от правительства.

Бюрократия стала наиболее властным классом. Возник этого гигантский привилегированного класс бюрократов числом в 2.5 млн.: надсмотрщиков, секретарей партии, деятелей трудового фронта и крестьянского фронта. Стоимость содержания этого бюрократического аппарата доходила до 25% от затрат в промышленности [11].

В аграрном секторе правительство рейха взяло в свои руки производство, транспортировку и сбыт сельхозпродукции. Оно закрепило землю за фермером и обязало его трудиться только в этой сфере, даже если немец этого не хочет и не может. Каждому немецкому крестьянину давали план-задание — что произвести, сколько, куда сдать и по какой цене. То есть, с одной стороны, он вроде, как и хозяин, а с другой стороны, он был под полным контролем у государства [11].

Фермы стали неотчуждаемыми, поэтому они не могли быть разделены, проданы или заложены. Фермер должен оставаться на своей ферме. Он не мог ее покинуть или обменять на другую. Фермер должен был производить то, что ему скажут. Он попадал под суд, если не следовал инструкциям. Он должен продавать свои продукты армии и государству по тем ценам, по каким ему скажет правительство. То есть он тоже терял свою экономическую независимость [11].

Для того чтобы достичь максимальной продуктивности и эффективности сельского хозяйства было оно было объединено и индустриализировано. В сельском хозяйстве на базе независимых фермеров и крупных землевладельцев были созданы индустриально организации, чтобы обеспечить требование производства высококачественных товаров для экспорта и внутреннего потребления на базе дешевых импортируемых кормового зерна. Часть фермеров были преобразована в зерновые фабрики, которые производили низкокачественные продукты типа ржи, картофеля, сахарной свеклы. Индустриализация сельского хозяйства была проведена под лозунгом военной самоизоляции. Массовое производство сельскохозяйственной продукции было необходимо, чтобы иметь его во время блокады поставок во время войны [11].

Экономическая эффективность мелких фермеров была невелика и мешала развитию индустриального сельского хозяйства, поэтому Германия ввела индустриальные методы в сельском хозяйстве. В южной Германии возникли своеобразные организации по производству с/х продукции, похожие на советские колхозы. Там сохранялось частное владение фермерской землей, но они должны были использовать механизированные и трудосберегающие методы работы. Государство использовало фермеров так же, как безземельных наемных работников в с/х фабриках, принадлежащих государству. Зерновые фабрики были созданы в Восточной Пруссии, где крупные землевладений были экспроприированы (с компенсацией или без) и уволенные в запас профессиональные солдаты были на них поселены. Формально эти солдаты имели землю как независимые землевладельцы. В действительности, они были наемными работниками, выполнявшими приказы правительства [11].

Однако нацисты столкнулись с противоречием — сделать продукцию села недорогой для потребителя блокировало повышение закупочных цен на нее, что ударяло по карману крестьян. В итоге невысокая оплата и тяжелые условия труда гнали немецких крестьян всеми неправдами в город [3].

Для укрепления патриотизма использовалась пропаганда. Радио и газеты постоянно трезвонили, о том, что фермеры постоянно вели баталии. Фермеру внушали, что он находится среди первых солдатом третьего рейха, который служит биологических хребтом расы. Для аграрного сословия. Эта псевдовоенная функция играла роль неэкономического стимулирования

Все это позволило фашистскому государству снизить потребление на 1/4 и удвоить количество капитала для инвестирования. Снижение покупательной способности высших и средних классов —

стало одни из источников капитала для инвестиций. Более чем 1/2 национального дохода накапливалось [11].

Фашистская экономика стала дефляционной. Число кредитов очень уменьшилось из-за их централизации и контроля. Все частные заимствования на рынке капитала были запрещены. Оборот денег снизился и экономика стала малоэмиссионной. Резкое увеличение производства вело к снижению цен. К сожалению, я не нашел подробного описания того, как работал банк Гитлеровской Германии.

Снижение потребления и добровольные пожертвования дали 10% от капитала, пошедшего на инвестиции [11]. Гитлеру помогли страны Запада. В качестве своеобразной платы за экономическую и политическую стабильность в Европе, в рамках плана Дауэса, страны-победители предоставили своему бывшему противнику Германии крупные займы.

Высокие налоги резко ограничили возможности самоинвестирования. Государством же инвестиции направлялись туда, куда было выгодно государству [12]. Но они не инвестировались в технологию. Они инвестировались в развитие военного производства. Государство стало монополистом и стало контролировать инвестирование капитала. Все сбережения в банках были насильственно конвертированы в инвестиции в производство вооружений. Предприниматели были обязаны дать все резервы государству. Они могли продавать или получать скидки на счета только, если они доказывали, что не имеют резервов. Резкое накопление в банках таких счетов в 1939 году свидетельствовало, что большая часть промышленности инвестировала все свои резервы в эти обязательные займы. Предприниматели финансировали также замещающую индустрию, малоквалифицированные железные работы, гидрогенерацию угля, финансировали напрямик. Бизнесмены должны были создавать занятость напрямую путем содержания армии гражданских служащих, партийных официальных лиц и частных служащих, контролирующих плановую индустрию. В Германии контроль осуществлялся 2 миллионами человек — 15% от общего числа работающих [11].

АВТАРКИЯ И ИМПОРТ

Огромной проблемой для фашизма всегда была проблема импорта. Зависимость от импорта является очень серьезной слабостью в войне. В 1939 году не было еще единой международной валюты. Поэтому Германии приходилось покупать бразильский кофе в обмен на те немецкие товары, которые Бразилия соглашалась покупать. Затем Германия перепродавала кофе по более низкой цене, чтобы затем на вырученные деньги купить импортные составляющие, которые не могут быть обменены напрямую на немецкие товары. С целью экономии золотовалютных резервов ведомством по внешней торговле было принято решение взять контроль над ними, а также по возможности расширять бартерный обмен: в обмен на рурский уголь — бразильский кофе, на краски и медикаменты концерна «ИГ Фарбен» — сою из Болгарии, на немецкие искусственные удобрения — египетское волокно. Это не касается стран, которые были самодостаточны, типа России. Поэтому Гитлер постоянно пытался снизить зависимость страны от импорта. В 1939 году Более, чем 2/3 импорта использовалось Германией для создания военной продукции и индустриального перевооружения [11].

Незаменимые импортируемые материалы представляли все большую проблемы для фашистской экономики, которая постоянно сокращала производство товаров высокого качества в пользу вооружений. Импорт должен оплачиваться экспортными товарами. Из-за падения цен на готовую продукцию и роста цен на сырье Германия столкнулась с трудностями в поддержании торгового баланса. Ситуация в Германии стала похожей на ситуацию для стран, где имеется монокультура или экспортируется только сырье. Когда падают цены на экспортируемые товары низкой степени переработки, то для того чтобы покрыть импорт приходится экспортировать все больше и больше монопродукта, а это ведет к еще большему падению цен на него. Круг замыкается. В 1939 году общий импорт Германии снизился совсем не намного. Но хотя перед Гитлером около 2/3 импорта было использовано на потребление, а оставшаяся часть на производство более ценных товаров на экспорт. Например, импорт кормового зерна шел на производство мяса, которое затем экспортировалось. Если перед 1933 годом около 35% фуражного зерна приходилось импортировать. В 1939 году импорт фуражного зерна был прекращен и вся валюта брошена на импорт материалов военного значения. Поставки же немецкого фуражного зерна владельцам частных коров продолжают падать, несмотря на увеличение его общей продукции на 20-30%. Это привело к такому состоянию, при котором коровы почти голодали [11].

Несмотря на свои потуги в развитии аграрного сектора, Германии пришлось все-таки импортировать пятую часть сельхозпродукции (зерно, растительный жир, мясо, масло). Импорт огромного количества сырья здорово опустошил золотовалютные резервы страны: с 1933 по 1937 год из полумиллиарда рейхсмарок в казне осталось не более 70 млн. Чтобы срочно достать 500 млн., в 1936 году Геринг продал большую часть акций иностранных компаний и часть недвижимости рейха за рубежом [3].

Если производство товаров для потребления сокращается, то доля товаров, идущих на покрытие импорта, растет, так как количество незаменимого импорта остается неизменным. Вооружение имеет наибольшее соотношение между сырьем и трудозатратами. Роль труда минимальна. Уменьшение потребления в ответ на милитаризацию. Но строительство импортозамещающих технологий требует инвестиций капитала [11]. В 1936 году Шахт был заменен Герингом с требованием добиться автаркии государства, и импорт был резко уменьшен [12].

В результате происходит постоянное увеличение нагрузки производства экспортных товаров, на которые обменивается импорт. В 1932 году 1/4 продуктовой способности Германии производится для экспорта. 25% от импорта шло на потребление, поэтому внешнеторговый баланс был нормальным. В 1939 г. импорт составил менее 1/5 национального дохода. Но для оплаты импорта приходилось тратить почти половину прозведенной в Германии продукции. Это привело к резкому ухудшению внешнеторгового баланса [11].

Гитлер нашел оригинальный выход. Он сделал угрозу войны способом экономического давления. Угрожая войной соседям на континенте, Германия заставила их принять на себя часть проблем, вызванных милитаризацией экономики Германии, на себя и принудила их тоже снизить внутреннее потребление [11]. Под угрозой пушек Германия заставила страны Южной и Юго-Восточной Европы торговать на немецких условиях, обменивая сырье на немецкие товары. 50% внешней торговли Югославии, Болгарии, Венгрии, Румынии и Греции было переориентировано на Германию [12]. Так, угрожая войной, Германия принудила обменять такое количество аспирина, достаточного чтобы удовлетворить потребности Югославии на 15 лет в обмен на югославскую медь и пшеницу. Греции пришлось обменять 1 тонну ротового органа на свой табак и изюм. Болгария купила 1 млн. фотокамер из искусственной кожи без фотопленки и линз в обмен на свое мясо и табак. Эти внешнеторговые трюки снижали нагрузку импорта на Германскую промышленность, но только временно и путем перекладывания военной нагрузки с плеч немецких трудящихся на плечи трудящихся Греции, Болгарии и Югославии [11]. С другой стороны, была ограничена торговля со странами, которые не относились к сфере Германии [12].

КАК ФИНАНСИРОВАЛИ ВОЙНУ

Основным методом вывода страны из кризиса стала тотальная милитаризация народного хозяйства. Так, с целью подготовки к войне было принято решение создать автономную в плане ресурсов экономику, то есть создать в Германии запасы стратегически необходимого сырья для производства металла, топлива, резиновых изделий, запасов продовольствия и т.п. Германская промышленность пошла на внедрение дорогостоящих технологий по производству синтетического топлива на основе угля, резинозаменителя (без каучука), выплавки металла из низкосортной немецкой руды. Идея потерпела почти полный крах, поскольку такие изделия для военных целей оказались малопригодными.

Массированная милитаризация немецкой экономики началась с 1935 года, что выражалось не только в росте производства вооружения, но и в подчинении многих промышленных отраслей, прежде всего химической, авиационной, металлургической, задачам подготовки к войне. Рост военной мощи Германии не заставил себя долго ждать. С момента возврата Германией военного суверенитета в 1935 году она начала спешными темпами развивать военно-морской флот. Подводный флот (57 подлодок) к 1939 году немцы вообще создали с нуля [3]. Если в 1933 году будущий стратег танковой войны Гудериан мог представить Гитлеру по одному взводу учебных танков и бронемашин, то к началу войны, в 1939 году, у него в распоряжении было несколько танковых корпусов и отдельных механизированных дивизий [3].

Однако скоро грандиозные планы фюрера споткнулись о нехватку ресурсов для производства вооружения. Для скрытного кредитования и финансирования военной отрасли министерство экономики изобрело очень простое решение, создав подставное Металлургическое исследовательское общество. Через него инвесторам до 1938 года было выдано процентных векселей почти на 12 млрд. марок, которые пошли на будущую войну [3]. Между тем расходы на оборонку росли в геометрической прогрессии: в 1936 году военные траты Германии достигли 10% от ВВП [12], а к 1939 году Германия тратила на военные расходы уже 23% своего ВВП.

Внутренний долг государства к началу войны вырос до 50 млрд. марок. «Аризация» еврейских предприятий, грабеж иудеев, миллиардный долг, наложенный на немецкую еврейскую общину после так называемой кристальной ночи (еврейских погромов в Третьем рейхе в ночь с 9 на 10 ноября 1938 года), были попыткой залатать дыры в бюджете [3].

Низкие зарплаты в оборонной промышленности должны были снизить себестоимость военной продукции, но это приводило к высокой текучке кадров и к сбоям в производстве.

Неудовлетворительные жилищные условия (в основном съемное жилье или общие бараки), длительная разлука с семьями и масса работы при слабом стимулировании к ней — факторы, которые негативно сказывались на работоспособности немецкого пролетариата. Даже в «заорганизованной» Германии того времени было зафиксировано много случаев падения рабочей дисциплины, в том числе самовольного прекращения работы и прогулов. До 1938 года рядовые бюргеры еще не до конца осознавали, для чего делают в большом количестве пушки, все больше и больше отказывая себе в масле. Нацисты же все чаще заглядывали в карман бюргера, дабы вытрясти оттуда еще чего-нибудь.

В конечном итоге, нехватку денег нацистская верхушка частично решила старым методом, запустив денежный станок и увеличив к 1939 году объем национальной валюты почти втрое [3]. Но это было уже после вступления Германии в полосу непрерывных войн.

В 1939 году валовой национальный продукт Германии превысил показатель 1929 года на 51%, его увеличение происходило, в основном, за счет производства вооруженных сил и оборудования [14].

Итак, причины, вызвавшие депрессию экономик Германии и США, разные, по сути. В США причиной депрессии стала банковская паника, которая уничтожила сначала кредитные деньги, а затем и доверие к банкам. Это лишило банки возможности делать необходимые для функционирования промышленности кредитные деньги. Германия оказалась той страной, куда США сбросило свою инфляцию.

Проблемы, возникшие во время Великой депрессии, также были решены этими двумя странами во многом по-разному. Они использовали разные методы выхода из экономического кризиса, однако и механизмы его развития были там разными. В обеих странах сменилась власть. И если в США к власти пришел вполне рыночник, то в Германии к власти пришла третья сила, нацисты, которых только потом назвали фашистами. Самое интересное, что, по сути, антикризисные меры были почти и те же. Гитлер, как и Рузвельт, просто продолжил те же мероприятия, что были предложены до них, но делал это решительно и последовательно.

Можно выделить следующие общие для двух стран (Германия и США) способы борьбы с кризисом. И это, прежде всего общественные работы, через которые деньги доставлялись непосредственно потребителям. Далее получив деньги, работники шли на рынок продовольствия и запускали спрос там. Сельское хозяйство, потребляя машины, запускало спрос в промышленности. Но в обеих странах этот путь оказался ограниченным. Тем не менее, во всех трех странах пришлось прибегать к надуванию военного пузыря, который был схлопнут только после второй мировой войны.

В Германии рост производства стимулировался не только через общественные работы, но и через рост армии. Нацизм в Германии создал закрытую экономику, где был запрещен экспорт капитала, а цены большей частью фиксировались. Антикризисные мероприятия в Германии носили чрезвычайный характер, преследовали не только тактические цели вывода экономики в режим роста, но и стратегические — возвращение утерянных территорий и рынков, дальнейшее расширение границ государства, завоевание мирового господства. Нацисты создали мощный аппарат государственного регулирования экономики, явившейся основным рычагом сосредоточения финансовых, сырьевых, производственных, людских и прочих ресурсов. Гитлер смог продержаться в условиях мирного времени только 5 лет и затем сорвался на войну.

3. Кузин Д. 2007. Война в кредит. «Московские Новости». N° 34. http://artofwar.ru/d/dmitrij_m_k/vojnavkredit.shtml

4. Мэнкью Н. Г. 2007. Принципы экономикс. 2-е издание. М и др. Питер. 624 стр. С. 462.

5. Фест И. 2007. Гитлер. М. Вече. С. 441.

6. Фест И. 2007. С. 440.

7. Гинцберг Л.И. 2004. Ранняя история фашизма. М. Вече. 384 стр. С. 238.

8. Гинцберг Л.И. 2004. С. 247.

9. Дорпален А. 2008. Германия на заре фашизма. М. Центрполиграф. 479 стр. С. 333.

10. Фест И . 2007. С . 488.

11. Drucker P. 1969. Drucker P. 1969. The end of economic man. New York. Harper Colophon Books.

contrtv.ru